Лондон, 1888 год. Уайтчепел.
Осенний смог стелился по мостовым Уайтчепела, тяжёлый, жёлтый, похожий на выдох самой земли. Газовые фонари дрожали в этом мареве, превращаясь в призрачные нимбы — точно свечи в руках умирающих. Сырость проникала сквозь пальто, сквозь кожу, до самого нутра; казалось, город высасывает тепло из живых, чтобы поделиться им с мёртвыми. Где-то в переулке хрипло кашляла женщина, и этот звук смешивался с далёким стуком копыт по мокрой брусчатке.
На Флит-стрит, в тесной комнате под самой крышей, у распахнутого окна стоял Оливер Крэйн. Двадцать три года, помощник хранителя гравюр в Британском музее.
На столе перед ним, придавленное медной пепельницей, лежало письмо. Не запечатанное. Без подписи. Бумага дорогая, с водяными знаками — такая, на которой пишут признания или завещания. Почерк — тонкий, наклонный, почти женский, если бы не хищные, ломаные росчерки в конце каждой буквы.
Оливер перечитал строки, уже знакомые до боли, до отвращения:
«Ты знаешь, кто я. Ты видел их такими, какими их создал Господь. Но Господь ошибся. Я их исправляю. Следующий — на Грейт-Смит-стрит, в полночь. Приходи. Или они решат, что это ты.»
Он провёл ладонью по лицу — пальцы дрожали. Три недели назад в доке нашли первую. Девушка из тех, что торгуют любовью в переулках Уайтчепела. Глаза её были открыты, но зрачки выжжены изнутри, словно кто-то заглянул в самую душу и не нашёл там ничего, кроме пустоты. На груди углём вывели: «ИСПРАВЛЕНО».
Потом — второй. Старьёвщик с Петтикоут-лейн. Ему аккуратно, по одному, отрезали пальцы на ногах — четыре недостающих, а пятый болтался на лоскутке кожи. Рядом, на стене, та же надпись: «ИСПРАВЛЕНО». И в кармане его засаленного жилета — визитная карточка Оливера Крэйна.
— Проклятье, — прошептал Оливер, отворачиваясь от окна.
Он вспомнил первый визит в Скотланд-Ярд. Кабинет детектива-инспектора Харриса пропах табаком и потом. Харрис — грузный, с красным лицом и тяжёлыми, как свинец, глазами — сидел за столом, заваленным бумагами. И поигрывал массивной дубовой линейкой, постукивая ею по столешнице: тук-тук-тук.
— У вас алиби на ночь убийства старьёвщика, мистер Крэйн? — спросил он тогда, не глядя на Оливера, а разглядывая собственные ногти.
— Я работал в музее до полуночи. Смотритель Морган видел меня.
— Морган глух как пень и слеп как крот. — Харрис наконец поднял взгляд. В его зрачках не было злобы, только усталое, всезнающее равнодушие. — Ещё скажите, что у вас есть алиби на послезавтра.
— Что?
— Вы не читаете газет, мистер Крэйн? Убийца, которого уже окрестили Корректором, работает быстро. Две недели между первой и второй жертвой. Инспекторы из Уайтчепела думают, что третья будет послезавтра. Так что я вас спрашиваю: есть у вас алиби на послезавтра?
Оливер тогда побледнел. Он понял, что Харрис не шутит.
Сегодня было это «послезавтра». А на Грейт-Смит-стрит, в полночь, кто-то умрёт. Или уже умер.
— Чёрт с тобой, — прошептал Оливер, засовывая в карман револьвер «Веблей» — тяжёлый, холодный, купленный на последние сбережения у оружейника на Стрэнде.
Оружейник, лысый жирный человек с моноклем, тогда ухмыльнулся: «Барин собрался на охоту? В Уайтчепеле нынче дичь крупная водится».
— Посмотрим, кто ты такой.
Он накинул пальто, проверил, на месте ли револьвер. В коридоре столкнулся с миссис Тредголд — хозяйкой, грузной женщиной в чепце, которая всегда смотрела на него так, будто он уже сидит на виселице.
— Вы куда это в полночь, мистер Крэйн? — спросила она, поджав губы.
— Гулять, миссис Тредголд. Душно в комнате.
— Душно? — Она хмыкнула. — Знаете, что говорят: по ночам гуляют либо влюблённые, либо убийцы. Вы-то к кому себя причисляете?
Оливер не ответил. Спустился по лестнице, вышел на улицу, и осенний смог тут же обнял его за плечи, повёл за собой — вниз, к Уайтчепелу, к Грейт-Смит-стрит, туда, где в полночь его ждёт или смерть, или правда.
А за спиной, в окне первого этажа, миссис Тредголд мелко перекрестилась — тем самым коротким, почти незаметным крестом, каким крестят покойников.
Не забывайте ставить лайк и комментарий, это увеличивает возможность прочитать этот рассказ другим подписчикам!
Подписывайтесь на канал, ведь каждый подписчик становится участником нашей дружной семьи любителей фэнтези и мистических рассказов!
Это очень помогает развитию канала и написанию новых историй)))
Поддержать автора можно тут https://dzen.ru/lifeandmistic?donate=true
продолжение будет тут