Лани очнулась, когда волны вынесли её к острову, открыла глаза и осмотрелась. Сутки в шторм, серьёзное испытание для ребёнка, но она не утонула, привыкла с раннего детства плавать, как рыба. Островок так себе, скала, торчащая из воды, но небольшой пляж есть, а где есть песок, там растут и кокосы. Со скалы стекал тонкий ручеёк воды, и девочка напилась, подставив ладошку и набирая в неё по глотку живительной влаги.
Поесть бы, но добыть кокос непросто. Надо забраться на пальму и срезать его, да ещё и вскрыть чем-нибудь. Срезать можно и ракушкой, а вот вскрыть не так просто, для этого нужно что-нибудь солиднее створок раковин. Снова взгляд упал на скалу, время откололо с неё камни, и они лежали, разбросанные у подножья. Один понравился, напоминая долото и девочка прихватила его с собой. Сунув камень за пояс, она полезла на пальму.
Для семилетней девочки это совсем непросто, но она справилась, хотя едва не сорвалась, спускаясь вниз. Зато теперь есть кокос, осталось его вскрыть, а это совсем непросто. Сперва сняла зелёную оболочку, раздвинула волокна, а потом долго била своим орудием. Нет, нужен камень побольше и другой формы. Потратив ещё час на поиски, она пробила отверстие и напилась кокосового молока. Теперь нужно добраться до питательной середины, а для этого уже не помешает длинный и узкий камень.
Вот сколько предметов нужно для кокоса. Ничего, потом она сделает хороший инструмент, а пока нужно поесть и отдохнуть. Настрогав внутри питательной копры, она наелась и заснула, надо отдохнуть, предстоит много дел. Снова приснилась та волна, взявшаяся вроде ниоткуда. Зря они ушли с отмели, на ней никогда не бывает таких волн. Сначала волны побежали поперёк друг другу, а потом из них поднялась большая волна и обрушилась на проа. Лани смыло за борт, а что с остальными, она не знала.
Отец с братом прекрасно плавают, но девочка всё равно переживала за них. По этой причине долго спать не получилось, да и надо заняться делом. Найти палку, на которой можно закрепить камень, несложно, но вот закрепить его как раз и нечем. Придётся добывать рыбу, а для этого нужна острая палка. Застрогать камнем сложно, но можно обжечь в огне и Лани занялась его добычей. Она много раз видела, как это делают взрослые, но вот сама ещё не добывала.
Верёвку сплела из кокосовой койры, разобрав кокосы, которые упали на песок. Волны ещё не унесли их в море, можно пустить кокосы в дело. В спелых не так много молока, но оно пока и не нужно, зато верёвка вышла прочная. Теперь сухая палочка с расщепом, куда можно всунуть сухую траву, растеребив её основательно. Собрав будущий костёр, Лани стала гонять верёвку по палке, наступив на неё. А это совсем непросто, но в итоге трава задымилась, и она раздула огонь.
Вот теперь можно обжечь ровную палку стирая о песок и пальмы обгоревший уголь, а в итоге получилась палка с острым и прочным концом. Гарпун есть, можно заняться рыбалкой. Не так-то просто загарпунить рыбу, да и не всякую получится удержать, всё-таки Лани ещё маленькая. Но до вечера она добыла пару рыб и даже пожарила их на костре, пока тот ещё не окончательно потух. Рыбьи кишки пошли на то, чтобы закрепить подходящий камень на палке.
Следующей была верёвка для ног, с ней намного безопаснее лазить по пальмам. Вот так и втянулась Лани в островную жизнь. Ловила рыбу, лазила за кокосами, готовила на костре и спала на самодельной циновке в небольшой пещерке, укрываясь в ней от ветра и дождя. Дни сменяли друг друга, складываясь в годы, а в её жизни ничего не менялось. Но однажды к острову подошла шхуна с белыми моряками. Какие-то грязные, косматые и злые. Им нужна была вода, и матросы кинулись обследовать остров.
Девочка благоразумно перебралась на другую сторону, а потом и вовсе нырнула в море и заплыла с той стороны, где были голые скалы. Её не заметили, хотя и поняли, что кто-то живёт на острове, но как не искали, никого не нашли. Воды мало, и, набрав с трудом бочку, пираты уплыли. Зато в отлив Лани заметила грот в скале и нырнула в него, несколько метров под водой, и она оказалась в пещере, довольно просторной, на её взгляд.
Удивили сундуки с монетами, дорогая посуда и красивое оружие. Удалось основательно обследовать пещеру, проведя в ней целые сутки. Свет проникал только из входа, но глаза быстро привыкли к темноте. Лани выспалась, когда стало совсем темно, а потом взяла самый удобный нож и покинула пещеру. Пираты уплыли, и она вернулась на свою половину острова. Её гарпун сломали и сожгли, а вот примитивный топорик остался цел. Не беда, нашла новую палку и разожгла костёр.
Уже на следующий день ничто не напоминало о посещении острова пиратами, и девочка вернулась к прежней размеренной жизни. Рыба в море водилась, кокосы росли, а она жила на острове, размышляя о многом в свободное время. Особенно после заката, когда резко темнеет, а спать ещё рано. Зато небо полно звёзд, тайн и загадок мироздания. В это время в голову лезут такие мысли, что в простой жизни им не появиться никак. Лани думала о вечном, о смысле жизни, а ещё просила у неба, чтобы её родные были живы и здоровы.
Звёзды отражались в воде, и тогда казалось, что остров отделился от мира и парит в неизведанном, не желая возвращаться к обыденности. Бывает и такое, что океан начинает светиться, и тогда нереальность момента поглощает полностью. Девочка смотрела на сказочное зрелище, затаив дыхание, да и засыпала прямо на песке, продолжая парить над миром в своих снах. Но океан не всегда тих и гладок, как зеркало, порой происходит такое, от чего хочется забиться в норку, закрыть глаза и уши, отгородившись от происходящего.
Ураганы бывают не просто сильными, но и кошмарными, зловещими и потрясающими. Ветер дует такой, что дождь не падает с неба, а летит горизонтально, не давая каплям упасть на землю. Такие ураганы Лани пережидала в крошечной пещерке, образовавшейся у подножья скалы. Ветер завывал и молнии сверкали, а раскаты грома били по ушам, как будто пушки стреляют у самой головы, но пушек Лани никогда не видела, поэтому считала, что это бог злится на людей, которые его не слушают.
И вот однажды, после такого урагана, она выбралась из своей пещерки, забралась на пальму, сорвала свежий кокос, хотя весь пляж был усеян сорвавшимися с пальм кокосами. Большой камень, отвалившийся когда-то от скалы, служил ей алтарём, и Лани вскрыла кокос и полила камень молоком, уговаривая бога не гневаться на неё и других людей. Камень она украшала венками из пальмовых листьев, считая, что великий бог будет благосклонен к ней, заметив, как она заботится о нём.
В этот раз бог океана послал ей подарок, на краю пляжа лежал человек, молодой парень, еле живой от пережитого. Он держался за кусок дерева, помогавший ему не утонуть. Это был рей с парусника, но девочка не знала таких тонкостей. Парня она вытащила из воды, уложила на солнечном месте, чтобы согрелся, напоила кокосовым молоком и улыбнулась, когда тот открыл глаза.
– Ты живой, теперь я не дам тебе умереть, – заметила она, помогая парню пить.
Тот не понял ни слова, но добрая девочка и кокосовое молоко привели парня в чувство. Развести огонь не получалось, всё намокло, и Лани кормила парня кокосовой стружкой, извлекая её с помощью ножа, добытого в гроте.
– У тебя такой богатый нож! – удивился тот, но девочка не поняла ни слова.
– Рыбу ловить бесполезно, её не на чем пожарить.
– А ты красивая, только маленькая ещё.
Слов они не понимали, но говорили, поскольку ситуация требовала этого. К вечеру просохли мелкие веточки и Лани решила развести костёр. Теперь весь пляж завален обломками кораблекрушения, обрывками канатов и даже парочка бочонков оказалась среди находок. Но девочка развела огонь, заставила гостя подкидывать ветки и сухие листья пальм, а сама ушла добывать рыбу.
Вернулась она через час с большой рыбиной и запекла её на костре. Ужин удался на славу, а когда стемнело, она рассказывала парню о звёздах. Тот ничего не понимал в её рассказе, но слушал, затаив дыхание, так завораживающе рассказывала Лани о звёздах, о небесном боге и бесконечности мира.
– Мой остров вон там, – показывала она пальчиком на звезду, – но уплыть не на чем, а вплавь туда не добраться.
Спала она на песке, в пещерке места для двоих не было. Надо сплести циновку, или построить хижину, утром подумает, слишком много всего выбросило море. Сон сморил её, а под утро приснилась большая волна, которая накрыла их проа. Резко подскочив, Лани с минуту не могла понять, где она. При свете звёзд всё видится иначе, но не узнать свой остров невозможно, и девочка успокоилась.
Следующие дни прошли в попытках наладить языковой контакт. Лани показывала всё, называя на своём языке: рыбу, кокос, пальмы, океан. Через месяц парень с трудом мог произнести простую фразу, и общение наладилось. Он занялся строительством хижины, понимая, что занял место хозяйки в небольшой пещере. Из обломков получалось не очень, но он старался, а Лани показала, что можно накрыть каркас пальмовыми листьями. Верёвок теперь хватало, и они увязали плотную крышу, под которой не страшен дождь.
– Нож маловат, – вздыхал Марио, – нужно хотя бы саблю, – он показал руками большое лезвие. – Ножом ничего не отрубишь.
Лани всё поняла и в отлив нырнула в грот, притащив оттуда довольно увесистый клинок, богато украшенный драгоценными камнями. Это здорово удивило парня, но Лани не стала ничего объяснять. Зато стройка пошла быстрее. Наконец, хижина готова, не особо красивая, но вполне пригодная, чтобы переждать любой ливень. Только пожить в ней удалось немного. Однажды Марио заметил в океане что-то странное и даже полез на скалу, чтобы с высоты рассмотреть, что именно течение несло к их острову.
– Лодка! – с криком прибежал он, – Там лодка, но надо помочь ей попасть к нам.
Это слово они ещё не произносили, но Лани поняла и тоже полезла в воду. Вдвоём они вернули небольшой вельбот на ровный киль, вычерпали воду и пригнали к берегу. Это оказался вельбот с погибшего в ураган судна, но его путь стал намного дольше. А может, кто-то попытался спастись на нём, но волны перевернули судёнышко, этого они не знали.
– Представляешь, теперь мы можем уплыть с этого острова, – пытался объяснить Марио, подбирая те слова, который знал.
– Нужен парус, – заметила Лани, показывая руками нечто большое. – Я сплету его, у нас есть теперь из чего.
Они радовались, как дети, впрочем, они и есть ещё дети, хотя и подросшие. Вот плести девочка умела вполне. Растянув шнуры, которые получили из обрывков канатов на раме, она стала продевать между ними другие, и в итоге, за пару недель сплела довольно приличное полотно. Для шлюпки немного маловато, но ход способно придать довольно бодрый. Оставалось установить мачту, которую ещё пришлось искать по берегу, но они справились. Канаты закончились, и пришлось плести верёвки из кокосового волокна, чтобы управлять парусом.
– Ну что, можно плыть? – Марио весь уже в пути.
– Погоди, надо набрать кокосов, наловить рыбы и вообще, хорошо приготовиться.
Лани проявила большое здравомыслие, спешить им некуда, а вот подготовиться нужно как следует. Бочонки увязали к банкам, чтобы помогли вернуться на ровный киль в случае переворота. Кокосов нарубили столько, что лодка стала напоминать грузовой кораблик. Рыба жареная и сушёная пополнила запасы, и тут разразился шторм. Пришлось отложить отплытие, отсиживаясь в хижине. Зато потом, когда океан успокоился, Лани долго смотрела в небо и только потом дала добро.
Плыть пришлось неделю, роль капитана выполняла девочка, она знала, где её остров и не раз представляла его ночами, глядя на звёзды. Воду не взяли, когда рядом столько кокосов, она не особенно нужна, да и хлопотно набирать воду в бочонки из того ручейка, что сочился по скале. Наконец, однажды утром Лани указала на большое облако на горизонте. Но только к вечеру удалось достичь острова, и они сошли на берег.
Всё население острова встречало их, узнав подросшую Лани. Отец и мать обнимали дочку, брат кинулся тискать сестрёнку, которую уже считали погибшей. Марио тоже приняли в племени, а он так и остался жить навсегда на гостеприимном острове. Собственно, на этом можно и прервать рассказ, но как же грот с сокровищами? А пусть себе так и остаётся на том острове, богатство не для детей природы, а полезных вещей там немного. Лани с Марио плавали туда на проа и забрали всё, что может пригодиться в их жизни, а остальное так и хранит свою тайну. Своим детям Лани покажет однажды это место, но и их не заинтересуют золотые монеты, пусть лежат себе, никого не тревожа.