1 глава
1 июня.
Солнце в это утро встало особенно рано, будто ему не терпелось увидеть, как начнется лето. Трава уже от росы блестела, воздух был свежий, сладкий, пахло чем-то цветущим и молодым. Деревня просыпалась.
Маруся стояла у раскрытого окна в доме, где пахло пирогами и только что выглаженным бельем. Семья приехала с вечера, и теперь все вокруг казалось чужим после городской квартиры: петухи орали так, будто их режут, коровы мычали низко и протяжно, а забор требовалось красить.
— Марусь, иди завтракать! — крикнула из кухни мама Клавдия. — Поешь нормально, а то в городе одними бутербродами питаешься.
Маруся вздохнула, еще раз глянула на себя в маленькое зеркальце на подоконнике. Голубые глаза смотрели внимательно, даже строго. Светлые волосы, длинные, до пояса, она заплела в небрежную косу — так и красиво, и жарко не будет.
— Иду, мам.
За столом уже сидели все. Отец Михаил, загорелый, с руками, похожими на корни старых деревьев, неторопливо пил чай из блюдца. Рядом ерзал младший брат Юрка — ему только десять, и он уже успел выпачкать нос в варенье. Ксюшка, самая младшая, пяти лет, деловито ковыряла ложкой кашу и строила из себя взрослую.
— Ну что, дочка, — отец поставил блюдце на стол, — как тебе наша деревня? Отвыкла, поди?
— Не отвыкла, — ответила Маруся спокойно. — Но город лучше.
— Эх ты, — мать покачала головой. — Город — он душный. А здесь воздух, простор.
— И комары, — добавила Маруся, но без злости, скорее для порядка.
Юрка засмеялся, подавился молоком и получил от матери ложкой по лбу. Ксюшка строго сказала: «Не балуйся».
После завтрака Маруся вышла на улицу. С крыльца открывался весь вид: зеленые холмы, деревенская улица с редкими фонарными столбами, вдалеке речка блестит. Она поправила волосы — привычным движением провела ладонью по косе, дернула кончик — и огляделась.
Тихо. Только куры копошатся.
Но вот из-за поворота показались знакомые фигуры. Трое парней и две девушки. Маруся сразу узнала их: своя компашка, та самая, с которой они каждое лето пропадали до темноты. Впереди бежала Машка — лучшая подруга, круглолицая, с вечно растрепанным хвостом.
— Маруська! — заорала Машка еще издалека. — Приехала! А мы думали, ты в этом году вообще не будешь!
Она подлетела, обняла так, что хрустнули ребра.
— Привет, — Маруся улыбнулась, хотя еще минуту назад была хмурой. — Я же всегда приезжаю.
— В прошлом году в середине июня приехала, — заметил один из парней, Витька, с веснушками во все лицо. — А нынче первого. Прям как раньше.
Все расселись прямо на лавке у забора. Кто на доски, кто на траву. Солнце уже припекало, и Маруся пожалела, что не взяла с собой кепку.
— Ну, рассказывайте, — сказала она, прищурившись. — Что тут без меня было?
Сначала говорили все сразу: как корова Ивановых убежала в лес, как старый мост через ручей наконец починили, как в клубе дискотеку устроили на День Победы. Но Маша сидела тише всех, только улыбалась в уголок губ и теребила край своей футболки.
Маруся заметила это сразу. Она всегда замечала.
— Маш, а ты чего молчишь? — спросила она, повернувшись к подруге.
Машка вздохнула, будто собиралась с духом, и выпалила:
— У меня отношения.
Все замолчали. Даже Витька, который никогда не замолкал, притих.
— Это с кем же? — Маруся приподняла бровь.
— С Лешкой Тарасовым, — сказала Маша и покраснела так, что веснушки на носу стали почти незаметны.
— С Лешкой? — переспросила Маруся. — С тем, который в прошлом году тебе портфель в лужу уронил?
— Ну да. А потом он помириться пришел. С цветами. И вообще… он изменился.
— Все они меняются, — философски заметил Витька. — До первого дождя.
Маша легонько толкнула его плечом.
— Ты не слушай его, Марусь. Он просто завидует. Лешка красивый, серьезный. И в кино меня водил. В город.
Маруся смотрела на подругу и видела, как та светится изнутри. И хотя сама Маруся деревню не любила, а к деревенским романам относилась скептически, сейчас ей стало тепло и немного завидно. Только по-хорошему.
— Ну что ж, — сказала она, — тогда знакомь. Посмотрим на твоего Лешку.
Машка просияла.
— Завтра он придет на речку. Приходи и ты. Все приходите! — обвела она руками компанию.
— Придем, — пообещала Маруся и, сама не заметив как, впервые за сегодня улыбнулась по-настоящему.
А июньское солнце стояло уже высоко, и ветер гнал по зеленой траве светлые волны, и лето только начиналось.
Продолжение следует
