- Ну, вот и познакомила я тебя с Андреем, - раскрасневшаяся от пережитого волнения Тамара повернулась к матери, как только за гостем закрылась входная дверь, - понравился он тебе? У нас всё серьёзно, ты не думай.
- Главное, чтобы он тебе, дочка, нравился. И ты ему, конечно. Жаль, что твой Андрей недолго погостил, отца не дождался, задержался тот что-то в гаражах своих.
- Так у него – диплом, некогда, это я только на третьем курсе.
- Не волнуйся, парень хорошее впечатление производит. Видно, что воспитание у него нормальное. Он, кстати, из какой семьи-то? Я уж не стала с расспросами к нему лезть попусту.
- Да хорошая у него семья, мама, ты не беспокойся. Отец – заместитель директора металлургического комбината, человек известный и уважаемый. Андрей его и сейчас побаивается.
- Подожди-ка, - встревожилась Анна Григорьевна, - А фамилия этого грозного папаши случайно не Козырев?
- Точно так. И Андрюха тоже Козырев, у них на комбинате вообще с этой фамилией – целая трудовая династия.
- Ты, Тамарочка, вот что, - осторожно дотронулась мать до плеча дочери, - ты отцу про Андрюху своего пока ничего не говори. А уж про династию их – тем более. И вообще… Лучше забудь про этого ухажёра от греха подальше. Не будет у тебя с ним никакого будущего…
...Платон Семёнович Козырев шагал по жизни уверенно, без сомнений. С детства мечтал быть металлургом, как и большинство сверстников, - комбинат считался сердцем всего города, его гигантские трубы были обязательной частью местных пейзажей. Отучившись в техникуме, а потом в институте, Платон Козырев быстро стал мастером в бригаде и начал подниматься по карьерной лестнице ещё выше. Возглавил плавильный цех, и считанные дни оставались до назначения заместителем генерального директора. Но вдруг попал Платон Семёнович в ситуацию, которая могла всю его удачную и уверенную карьеру враз перечеркнуть...
На перекрёстке за городом угораздило его попасть в аварию – столкнуться с автомобилем такси, да ещё с пассажиром на переднем сиденье. Сам металлург отделался лёгким испугом и почти незаметными ушибами, а вот пассажиру такси досталось сильно, как и водителю. И по всему выходило, что виноватым в этом дорожно-транспортном происшествии был только Козырёв, и никто другой.
Это он на своём неизменном немецком внедорожнике мчал в аэропорт к московскому рейсу по главной дороге и проехал на красный свет, когда даже жёлтого на светофоре ещё не было, не говоря уже о зелёном.
Иномарка буквально протаранила переднюю дверцу такси, но, к счастью, не до конца. Штрафа за ДТП и даже лишения водительских прав Платон Семёнович не боялся. Насчёт прав с ГИБДД наверняка получится договориться, а штраф при его зарплате можно вообще не заметить. Но новое назначение… Если поднимется шумиха по поводу истинного виновника ДТП, генеральный может и передумать, он о репутации родного комбината беспокоится сильно…
...Сергей Константинович Соколов работал в компании-перевозчике таксистом уже почти десяток лет. Были времена, когда копейки приходилось считать до зарплаты, запчасти покупать втридорога. Но сейчас дела пошли на лад и на работе, и в семье. Дочь Тамарка школу заканчивает, в институт собирается поступать. Клиентов стало больше, иногда удавалось брать заказы в другие города на далёкие расстояния. Но белые счастливые полосы в жизни продолжительными не бывают, чёрная потом объявится обязательно...
Вот и Соколов неожиданно попал в аварию на злополучном перекрёстке за городом, да ещё с пострадавшим пассажиром. Въехал в него какой-то щёголь на внедорожнике. На красный въехал, это наверняка камеры зафиксировали. В транспортной компании за соблюдениям дорожных правил следят пристально, нарушителям могут и на дверь указать, и машину ремонтировать за свой счёт заставить. Но сейчас, вроде, беспокоиться не о чем. Да и пассажир может подтвердить, что он, Сергей, ехал на зелёный, он, вроде, всё время был в сознании...
К обеду в больничной палате появился посетитель, Соколов сразу узнал в нём водителя внедорожника. Лощёный весь. Либо начальник какой-нибудь, либо бандит. Хотя и металлурги в городе сейчас тоже нехило получают. Оказалось, - и плавильщик, и будущий большой начальник. Два в одном флаконе, так сказать.
Мужик присел на стул около кровати, расспросил про самочувствие. Потом сдержанно произнёс:
- Я знаю, что вина в этой аварии – моя. Но виновником мне быть нельзя никак.
- И что?
- Я не прошу вас говорить, что это вы на красный ехали. Просто скажите, что ничего не помните. Ударился, мол, головой, дальше – туман.
- А вы потом расскажете, что виноват я. Правильно понимаю? Так ведь меня за это по голове не погладят, ремонт машины заставят оплачивать, а то и с работы выгонят.
- Ремонт я оплачу в любом случае. И с работой хорошей договорюсь, если что.
- А пассажир? Он тоже всё видел, и светофор тоже.
- Пассажир ваш уже путёвку в санаторий получил. Как поднимется, сразу на Чёрное море поедет. И вы туда же попасть можете. Хотите - всей семьёй. С женой и дочерью.
- Вы и про семью мою всё знаете... Только я десять лет без аварий в такси ездил, и доброе имя своё марать не хочу. Расскажу, как было, так и знайте. И не приходите ко мне больше со своими апельсинами.
Посетитель удалился ни с чем. Но своего всё-таки добился. Камеры на перекрёстке оказались неисправными, пассажир вообще на разбор происшествия не явился, письменные показания из Сочи прислал. Оправдания Соколова сочли не имеющими силу после перенесённого сотрясения мозга. К тому же, нашлась ещё парочка очевидцев, которые клялись, что видели, как автомобиль такси выехал на перекрёсток на красный свет, и никак иначе.
Правда, за ремонт машины деньги с него взыскивать не стали и за рулём оставили. Но Соколов через пару месяцев сам уволился: ноги после аварии болели , голова постоянно кружиться начала. Инвалидность давать не стали, но на работу сторожем в гаражный кооператив удалось устроиться.
Сергей Константинович на жизнь не роптал, однако заместителя генерального директора комбината недобрым словом вспоминал часто. Правда, не при дочери Тамаре. От неё подробности аварии решили скрыть, чтобы лишний раз не волновать. Выходит, зря.
Анна Григорьевна рассказав эту историю дочери после ухода Андрея, ничего Тамаре указывать не стала. Заметила только:
- И теперь представь, какую бурю в душе отца знакомство с твоим женихом вызовет. Ведь этот наглый заместитель ему, считай, всю жизнь переломал.
- Но сын за отца, вроде бы, не отвечает, мама. Так в книгах пишут.
- Отвечает, дочка, и ещё как. Да и как ты это себе представляешь, - станешь ты выходить за него замуж, придётся нам семьями породниться. Думаешь, отец на такое согласится? Ты ж его знаешь, - скорее, проклянёт. А любовь – она только в тех же книжках вечная. Перетерпишь немного, и всё пройдёт. Отцу только ничего не говори. Пусть не знает.
Тамара согласилась сохранить тайну, но встречаться, видимо, с Андреем продолжала. В конце концов, узнал про эти встречи и Сергей Константинович. Давно в семье не видели его в такой ярости:
- Ты, Тамарка, хоть за чёрта с рогами замуж выходи, против не буду, - бушевал он, - но не за это отродье!
- Да не отродье он, а хороший, нормальный парень. Ты же, папа, его не знаешь.
- Зато я отца его до сих пор помню. А яблоко от яблони известно, куда падает… Он ведь наверняка знает, чья ты дочь.
- Не ведал Андрей ничего, как и я. А сейчас даже из дома ушёл, с отцом поругался из-за той аварии, квартиру отдельную снял. Хочет, чтобы мы после свадьбы в ней жили.
- Не будет никакой свадьбы, слышала? Даже не думай! И квартиру эту он на свою стипендию, что ли, снял? Отец наверняка подсуетился. А у таких начальников деньги чистыми не бывают…
Однажды Андрей, несмотря на уговоры Тамары, пришёл к ней домой с букетом алых роз и попробовал попросить у родителей её руку и сердце. Даже у Анны Григорьевны сердце, вроде, смягчилось, но Сергей Константинович молча выставил гостя за дверь. Но после с ноткой одобрения добавил:
- Смелый. Я б на такое не решился…
Однако этим неудачным сватовством дело не кончилось. Однажды подкатил к подъезду Соколовых знакомый внедорожник. Заместитель генерального нажал на кнопку дверного звонка, сказал с порога:
- Уж прости ты меня, Константиныч, ради Бога. Пойдём-ка поговорим.
- Опять путёвку в санаторий предлагать будешь?
- Зятя буду предлагать, сына своего. Иначе я его совсем потеряю. Хочешь, на колени встану?
Рассказывают, разговор был не из простых. Но на следующий день Тамара и Андрей отправились в ЗАГС подавать заявление. А их отцы через некоторое время поехали ресторан выбирать для проведения соответствующего торжества. Правда, не на внедорожнике. В него Соколов отказался садиться категорически. Вот такая непридуманная история...
Дорогие мои! Вы уже наверное в курсе, что происходит с Телеграмм. Он пока функционирует и я публикую там рассказы, но что будет завтра - неизвестно. Кто хочет читать мои рассказы днем раньше, чем в Дзен, подписывайтесь на мой канал в Максе. Все открывается без проблем и ВПН. И кто, не смотря ни на что, любит ТГ - мой канал в Телеграмм.