Нередко участники в группе и на индивидуальных сессиях рассказывают о своих реакциях и внешнем поведении как о неизменном себе:
«Я такой. Я так обычно реагирую. Я имею право быть таким, потому что это и есть я»
Манифестом и защитой здесь служит убеждение, что человек — это его цикличное, не зависящее от обстоятельств поведение. Люди часто считают, что именно автоматически повторяющееся поведение и очерчивает истинные контуры личности.
Но дело в том, что с точки зрения психологических возрастов сформированная зрелая личность — это человек, который способен выбирать свои реакции и поведение осознанно. Его поведение учитывает контекст и задачи. А его реакции и внешнее поведение являются для него центрами воздействия и развития личности.
А личность, не достигшая психологической зрелости, то есть способности управлять своими внутренними и внешними реакциями, ассоциирует представления о себе со случайно сформированными где-то в детско-подростковом возрасте автоматическими реакциями, которые воспроизводятся сами собой по однажды усвоенному и десятки раз отрепетированному сценарию.
Отличают этих людей в первую очередь способность осознавать и координировать свои внешние цели со своими внутренними ресурсами. Если для зрелой личности её реакции и поведение — это рычаг, дающий пластичность и силу во взаимоотношениях с людьми и обстоятельствами, то для личности, не осознавшей свою пластичность, её цикличные эмоции и поведение — это хлыст, который ударяет вслепую. Он каждый раз взлетает в воздух и приземляется на авось — иногда попадает в цель, иногда бьёт мимо и разрушает внешний потенциал.
Он заявил твёрдо, даже агрессивно: «Я затыкаю в ответ всегда, когда меня перебивают. Меня бесит каждый, кто мешает мне договорить».
Но когда его спросили: «Что ты чувствуешь в самый первый момент, когда тебя перебивают?» — он всерьёз замолчал, потому что впервые пытался услышать себя, а не голос отца, внушавшего, что мужик — это тот, кто никогда и никому не даёт спуску; в этом сила мужика.
Сейчас участник группы впервые хотел понять свои первичные естественные чувства... свои… а не ту установку на сильного, агрессивного и атакующего всех мужика, внушенную отцом.
Он тихо сказал:
«Мне, видимо… страшно. Я боюсь столкнуться с тем, что моё слово для кого-то будет ничего не значить. И тогда я, не дожидаясь этого страха, бью в ответ собеседника, чтобы боялся он, а не я. Для этого я и демонстрирую жёсткую агрессию».
Вот она — разница между вторичной и первичной эмоцией.
Первичная эмоция — это то, что возникает здесь и сейчас: страх, ощущение уязвимости. Мы часто осуждаем в себе эти эмоции, как слабость, как нечто неприемлемое в общении с другими.
Вторичная эмоция — это автоматическая защитная маскировка естественной эмоции, которую мы стремимся спрятать от других и от себя.
Со временем эта маска становится настолько привычной, что человек перестаёт осознавать в этом защиту и начинает ассоциировать с ней свою собственную личность:
— «Я всегда спокоен, мне не важно, кто что обо мне думает здесь…»
— «Я циник, я давно всё понял…»
И тогда ни окружающие, ни сам человек уже не вспомнят, какие настоящие чувства лежали в основе этой вторичной, маскирующей реакции.
Чем опасна вторичная реакция? Тем, что она ригидна, то есть не даёт человеку быть пластичным, не даёт осознавать истинные цели и свои возможности, а обязывает к единообразию. Это однажды надетый на себя скафандр. В нём можно выполнять только строго заданные телодвижения.
Любой здоровый контакт обрывается на этапе возникновения вторичной эмоции и поведения, основанного на ней, потому что маска всегда звучит как окончательный ответ, а не как приглашение к диалогу и осмыслению ситуации. Она является не открытой дверью, а щитом против внешних опасностей и собственной уязвимости.
— «Я злюсь» — значит, «не трогай, а в следующий раз угоди мне, иначе все повторится»
— «Мне всё равно» — значит, «не надо задавать лишних вопросов. Ты не важен»
— «Я плачу или бойкотирую тебя» — значит, «ты уже всё сделал не так, ты в этом виноват, и это не исправимо. Устыдись!»
Именно первичные эмоции делают нас живым человеком, а общение, построенное на них, — искренним, спонтанным и доступным для коррекции.
Например, если страшно, что твои слова не воспринимаются всерьёз, об этом можно спросить: так ли это? И почему это так?
А впоследствии учесть слова собеседника, если он пояснит, что именно было причиной невнимания:
- Может быть, Вы повторяетесь — тогда стоит последить за своей речью и не повторяться; это сделает Вас более динамичным и интересным в общении человеком.
- Может быть, тема не интересна конкретному собеседнику — тогда для этой темы найти другого человека. Умение выбирать подходящего человека для подходящей беседы — это признак мудрости и эмоционального интеллекта. Когда мы пытаемся втолковать другому то, что ему заведомо не интересно — это не становится хорошим основанием для долгосрочных взаимовыгодных отношений. Темы, которые человеку не интересны, перегружают его психику и отталкивают от собеседника.
- Может быть, Вы слишком давите или слишком категоричны. Проанализируйте это. Излишняя резкость и категоричность — это не признак ума, а признак суженного на какой-то одной идее сознания и неспособности воспринимать мир и людей в их великом разнообразии. Ваше ограничение всегда сужает для Вас возможность благоприятного контакта со внешим миром и людьми.
О чем стоит попросить собеседника? - В процессе раскрытия своих первичных эмоций и ссылаясь на них, Вы можете попросить вашего собеседника давать вам возможность договаривать до конца, в знак уважения и внимания, чтобы Ваш страх собственной незначительности не провоцировать этим снова:
«Мне очень важно, чтобы ты давал мне договорить мысль, потому что именно так я чувствую, что я имею для тебя значение и что ты заинтересован во нашем общении».
Важно
Когда Вы позволяете себе докопаться до первичного чувства, даже если оно болезненно, — вы открываете дверь к глубокому, осознанному контакту с другим человеком. И тогда есть шанс, что отношения будут развиваться в здоровм русле и на пользу друг другу.
Именно с естственных эмоций начинается настоящая близость — и возможность расти в отношениях, а не просто выживать в них.