Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

История от подписчика: «Случай на Радоницу» от Марины из Твери

Привет, Меня зовут Марина, я из Твери. Хочу поделиться с вами историей, которая случилась со мной на Радоницу пару лет назад. До сих пор мурашки по коже, когда вспоминаю… В тот год я впервые решила поехать на кладбище одна — раньше всегда ходила с бабушкой, а тут она приболела. Я собрала всё по традиции: пасхальный кулич, крашенки, конфеты — и отправилась на старое городское кладбище, где похоронены мои дед и прадед. Погода была странная: ещё утром светило солнце, а к полудню небо затянуло серыми тучами, и воздух стал каким‑то… густым, что ли. Как будто тишина вокруг стала плотнее. Когда я подошла к могиле деда, то сразу заметила неладное. На памятнике лежал свежий букет ромашек — тех самых, которые я сама оставляла год назад. Цветы не завяли, не пожухли — будто только что сорванные, лепестки яркие, свежие. А рядом, на земле, стояла маленькая чашка с чаем — та самая, расписная, с цветочками, из нашего дома. Я её потеряла ещё в детстве, и бабушка говорила, что разбилась. У меня дыхание

История от подписчика: «Случай на Радоницу» от Марины из Твери

Привет,

Меня зовут Марина, я из Твери. Хочу поделиться с вами историей, которая случилась со мной на Радоницу пару лет назад. До сих пор мурашки по коже, когда вспоминаю…

В тот год я впервые решила поехать на кладбище одна — раньше всегда ходила с бабушкой, а тут она приболела. Я собрала всё по традиции: пасхальный кулич, крашенки, конфеты — и отправилась на старое городское кладбище, где похоронены мои дед и прадед.

Погода была странная: ещё утром светило солнце, а к полудню небо затянуло серыми тучами, и воздух стал каким‑то… густым, что ли. Как будто тишина вокруг стала плотнее.

Когда я подошла к могиле деда, то сразу заметила неладное. На памятнике лежал свежий букет ромашек — тех самых, которые я сама оставляла год назад. Цветы не завяли, не пожухли — будто только что сорванные, лепестки яркие, свежие. А рядом, на земле, стояла маленькая чашка с чаем — та самая, расписная, с цветочками, из нашего дома. Я её потеряла ещё в детстве, и бабушка говорила, что разбилась.

У меня дыхание перехватило. Руки задрожали. Я прошептала:

— Дедушка, это ты? Если ты здесь, дай мне знак…

И тут началось самое странное. Ветви старой берёзы над могилой зашевелились — но не от ветра, потому что в тот момент было абсолютно тихо. Ветви склонились и как будто указали в сторону дальней аллеи кладбища, туда, где стояли совсем старые могилы, почти забытые.

Я не могла пошевелиться от страха, но что‑то внутри меня подталкивало пойти туда. Ноги сами понесли меня по тропинке. Я шла, сердце колотилось так, что, казалось, вот‑вот выскочит.

Остановилась у одной могилы. Крест покосился, табличка почти стёрлась, но я вдруг *вспомнила* — это был брат моего деда, дядя Миша. Он погиб молодым, ещё до моего рождения, и о нём почти не говорили в семье. Бабушка как‑то обмолвилась, что его забыли, редко навещают…

Слезы навернулись на глаза. Я достала из сумки кулич, положила на могилу, перекрестилась и сказала:

— Прости нас, дядя Миша. Мы будем помнить тебя. Обещаю, мы будем приходить.

В этот момент тучи вдруг разошлись, и на могилу упал луч солнца. Стало так спокойно на душе, будто кто‑то невидимый погладил по голове.

На обратном пути я оглянулась на могилу деда. Чашки уже не было, а ромашки… они исчезли. Вместо них на камне лежал тот самый цветок — белая ромашка, одинокий, свежий, будто только что сорванный.

С тех пор я знаю: Радоница — это не просто день поминовения. В этот день граница между мирами истончается, и наши близкие могут подать нам знак. Главное — уметь его увидеть и услышать.

Берегите память о своих родных. И светлой вам Радоницы.

Ваша Марина, Тверь

P.S. Если хотите, могу рассказать ещё одну историю — у нас в Твери про старое кладбище ходят много легенд… МЫ в Telegram - подписаться

МЫ в МАХ - подписаться