Просроченная задолженность российских предприятий перед контрагентами впервые в истории превысила 8 трлн рублей. Особенно тяжёлое положение — в чёрной металлургии и ряде гражданских машиностроительных производств — производстве потребительских товаров длительного пользования, автопроме, сельхозмаше, желдормаше…
По информации Росстата, опубликованной РБК, на январь 2026 года размер государственного долга достиг 8,2 трлн рублей. Это на 21% больше, чем годом ранее, и в 2,5 раза превышает показатель пятилетней давности. В процентном отношении к ВВП страны долг составляет 3,8%, что значительно выше уровня начала 2022 года, когда он был 2,4%. Основной фактор, способствовавший росту задолженности, — это высокая стоимость заимствований. Однако ожидать скорого снижения ключевой ставки не приходится, что указывает на продолжение увеличения долговой нагрузки.
Тенденция роста дебиторской задолженности к настоящему времени уже стала устойчивым трендом, констатирует руководитель направления анализа и прогнозирования развития отраслей реального сектора ЦМАКП Владимир Сальников.
Наибольшие объемы просроченной дебиторской задолженности зафиксированы в оптовой и розничной торговле (1,9 трлн руб.) и в обрабатывающем производстве (2,9 трлн), следует из данных ЭОС. А по доле просрочки в общем объёме требований к контрагентам лидируют энергетика (13%), добыча (8,7%), обрабатывающие производства (7,7%) и торговля (6,5%).
По мнению гендиректора ЭОС Антона Дмитракова, к проблемам с ликвидностью привели замедление экономического роста, рост цен, снижение потребительской активности – всё это наложилось на ограниченные кредитные возможности из-за высокой учётной ставки.
«Финансовое положение организаций ухудшается. Это видно по падению выпуска во многих видах деятельности. Снижается прибыль. Растет доля убыточных организаций», — отмечает заведующий лабораторией среднесрочного прогнозирования воспроизводственных процессов ИНП РАН Михаил Гусев.
Из опубликованных сегодня операционных и финансовых результатов «Северстали» хорошо видны проблемы компании с ликвидностью – при отрицательном денежном потоке компания залезает в резервы, чтобы финансировать производство и не сворачивать инвестиции.
Помимо чёрной металлургии тяжёлое положение практически во всех секторах, завязанных на «гражданский» инвестиционный спрос, а также экспортирующих секторах с высокой кредитной нагрузкой: производстве потребительских товаров длительного пользования, автопроме, сельхозмаше, желдормаше, на подходе — стройдормаш, говорит руководитель направления анализа и прогнозирования развития отраслей реального сектора ЦМАКП Владимир Сальников.
«Неплатежи — спутник приближающейся рецессии. Поэтому, конечно, ситуация тревожная», — считает президент «Опоры России» Александр Калинин. По словам Калинина, неплатежи создают крупные компании, включая госсектор. Причины — высокая кредитная нагрузка, падение цен на энергоносители, низкий курс доллара, санкции, жесткая денежно-кредитная политика, рост налогов, зарплат, логистики и тарифов естественных монополий. «Прибыль у многих компаний отсутствует, уже порядка трети крупных компаний убыточны», — указывает глава «Опоры».
Кроме того, ситуацию усугубляет то, что просрочками злоупотребляют крупные компании, особенно государственные. При высокой ключевой ставке им выгоднее держать деньги на депозите и платить подрядчикам с задержкой. Административный штраф за просрочку оплаты по госзакупкам — от 50 до 100 тысяч рублей для юрлица — для компании с многомиллиардным оборотом трата несущественная.
Реагируя на ситуацию, правительство создало штаб по неплатежам МСП под руководством Максима Решетникова. В феврале обсуждались меры: повышение штрафов за просрочку и электронное актирование закупок. Бизнес-объединения предлагали: семидневный срок расчетов, включение платежной дисциплины в KPI и ликвидацию черных списков. На апрель ни одна из этих мер не принята.
На фоне роста неплатежей растут рынок корпоративной цессии, то есть купли-продажи долгов юрлиц у российского бизнеса, а также угро банкротства компаний, особенно в малом и среднем бизнесе.
Ещё осенью 2025 года ЦМАКП предсказал, что скачок неплатежей из-за роста процентных ставок сравним с шоком 2022 года, а в обрабатывающей промышленности даже превосходит его. К середине 2025 года треть прибыли компаний уходила на проценты по кредитам. ЦБ снижает ставку: в марте до 15%, 24 апреля — еще одно осторожное снижение из-за риска разгона инфляции.