Все, стоявшие в нише, ждали, но ничего не происходило. Спустя полчаса Папазол вернул всем голос, и Пух немедленно пробормотал:
– Пора наших звать!
Двур кивнул и исчез. Болюс посмотрел на спину Стива и принялся водить над ней руками. Огромные пузыри на коже стали исчезать, а кожа из багровой приобрела нормальный цвет. Все молча ждали, удивляясь терпению Стива, который молчал, и волнуясь за Двура.
Через полчаса появились все члены стаи с сумками в руках. Папазол хмыкнул и воззрился на них.
– Это всё, кому?
– Тебе! – заявил Ксен. – Не фuг тут силу ума демонстрировать! Магию применять нельзя, обозначишься. Ты официальный военный советник, так что бери сюрикены и кидай во всё, что не понравится.
Папазол хихикнул и даже не пошевелил пальцем.
– А это? – Болюс вытянул из сумки два изумительных меча.
– Это тебе подарок от Логана. Он сказал, что такому бугаю, как ты пора пар выпустить, а не завидовать честным мужьям и не будить их по утрам.
– Вот гaд! – пробурчал Болюс, примеривая мечи к руке.
Мелетьев повернул Двура спиной к себе и осмотрел её. Спина почти зажила, но всё ещё были видны, следы от ожега, куда пришёлся поток огня, а от куртки ничего не осталось. Мелетьев покачал головой.
– Болит?
– Уже нет, отмахнулся Двур.
– Ну-с, это хорошо! Я думал будет намного хуже. Твоя работа, Фил? Я заметил, что Болюс водит руками по спине Стива? - Мелетьев нахмурился.
Все с уважением посмотрели на здоровяка, тот отмахнулся.
– Терпимо, да и Болюс расстарался.
Фил, надувшись, наябедничал:
– Вот, а ты, Двур, что выпендривался? Представь, Болюс, этот… Даже не знаю, как его назвать, не дал лечить, только анальгетики проглотил. Всё кричал, чтобы мы пошевеливались.
– Да ладно тебе! Болюс же запустил процессы регенерации, – сурово отмахнулся Двур, и вместе со Стивом скользнули к выходу из коридора.
Ксен изумлённо переглянулись с Глебом, а тот улыбнулся и показал на Тэй, которая, прикусив губу, бесшумно метнулась за ними.
– Это они друг перед другом выпендриваются, – Ксен весело подмигнул ему.
Этой ночью они в очередной раз поняли, что счастливы только втроём. Их жена, часто забываясь от восторга, свирепо кусала их, но они тоже не сдерживали ни сил, ни эмоций, полагая, что их укусы скоро живут на теле Мэй. Теперь они радовались, что Тэй не будет одинока.
Все вошли в новый коридор и переглянулись. Вдоль стен лежали горки знакомого Синего песка. На лицах жриц мелькнул ужас, но они вышли вперёд, их остановил Двур, а Кеша тихо включил музыку флейты. Дымок, который уже начал куриться над горками Синего песка исчез, зато появился песчаный смерч. Смерчик извивался и кланялся им.
– Знакомьтесь! – прошептал Кеша. – Это наш, так сказать, проводник! Теперь вас всех узнали и сочли своими.
Жрицы недоверчиво переглянулись, Ник стукнул по зaдy Кэй.
– Ну что? Удивили наши мужики вас? – получил в награду поцелуй.
Ник переглянулся с Леней, радуясь, что получили в награду от судьбы свою жену. Они до сих пор не совсем очухались от колдовской ночи, и готовы были продолжать и продолжать.
Теперь все шли смело, не прячась, по переходам, украшенным удивительной каменной резьбой на мраморных стенах, из зала в зал. Удивляло, что на стенах в некоторых залах всё ещё висели картины с пейзажами невероятной красоты, но Синий песок вдоль стен показал, что эти картины защищают. Все переглянулись, оставив на потом возникшие вопросы. Вскоре они оказались в коридоре, который был ярко освещён. Высокий отсев Синего песка вдоль стен показал, что охрана здесь была немалая, и вся она теперь стала песком.
Коридор заканчивался узкими, обитыми металлом дверьми.
«Диверсанты» осторожно открыли их. Ничего не произошло, они вошли и остановились.
В огромном зале, с высоким сводчатым потолком их ждали толпы клонов и объектов. В руках нескольких клонов были шланги с водой. Все замерли.
– Ну-с, а что вы удивляетесь? Хорошее оружие против песка, – громко проворчал Полковник. – Они быстро учатся.
Кеша восхитился.
– Да уж, научишься тут. Но ведь их еще очень много! Вон сколько! И твари, и клоны! Думаю, Синий песок не первый раз, так сказать, атакует их.
– Конечно! – ответил ему Пух. – Не зря они не суются на нижние этажи, вот и научились.
Кеша с интересом спросил Пуха.
– Объекты здесь синие почему-то, а лица клонов зеленоватые. Интересно, это специально и случайно?
– Да кто их знает, генетиков, – отмахнулся Пух. – Может клоны фотосинтезируют.
– Как ты думаешь, эти клоны настоящие мужики, или им половой аппарат, так сказать, без надобности? – Кеша внимательно осматривал клонов.
– Вот уж не знаю! Они в таких балахонах, ничего не видно, – пожал плечами Пух.
– Я бы не стал тратиться на доводку деталей такого рода, они же пушечное мясо, – нравоучительно проговорил Фил. – Сам подумай, роботам стали бы такие детали делать? Вот! Их создатели тоже не тратились на это.
Они говорили спокойно, остальные молча рассматривали клонов, не предпринимая никаких действий, в результате очередной клон Никанора выступил вперёд и гневно возразил:
– Ошибаешься землянин! Мы доведены до совершенства и способны оплодотворить женщину.
– А удовлетворить? – поинтересовался ехидный Пух. – Вас как отбирают? По размеру или по сексуальности?
Клоны глухо зароптали, а Тэй презрительно фыркнула:
– Какая у этих может быть сексуальность? Фрр! Они же никто! Они мясо на наших когтях.
– Ты бы заткнулась! Они ещё никого не оскорбили, – посоветовал ей Двур. Жрица задохнулась и раздраженно саданула его по голени. Тот в ответ отвесил её леща и гавкнул. – Псиxoпaткa!
– Я говорил, что бaбы – это геморрой на голову, – пробурчал Стив.
– Вот поэтому у них баб и нет, – заметил Двур, потом осмотрел роскошную грудь Тэй и облизнулся. – Но мне жаль их.
– Ах, вы… Зacpaнцы! – жрица вспыхнула и повернулась к нему спиной.
Полковник понял, что делают парни – они упорно будили ту часть, которая у клонов была человеческой.
Фил, оглядывая их ряды клонов поинтересовался:
– А что, мужики, бaб не удаётся клонировать?
– Нет, причина совсем в другом! Их не было среди прототипов, – невольно подчинившись спокойствию в голосе врача, угрюмо возразил клон Никанора. – К тому же у нас очень высокие требования, а женщины плохо соответствуют им.
– Согласен! – подмигнул ему Фил и поцеловал Фэй. – Мы едва нашли, тех, кто нам соответствует.
По толпе клонов пронёсся ропот, а клон Никанора зарычал:
– Жрицы, не люди. Они звери!
– Ага, – по губам Фила мелькнула мечтательная улыбка. – Особенно в постели. Уж такие звери. Обалдеть! Каждую ночь наслаждаемся.
– Кончай болтать! – сердито одёрнула его Фай.
Фил окинул взглядом помещение и скривился.
– Понял, и не возникаю! Слушайте, парни, а что вы с этой овцой связались?
– Это кого ты имеешь в виду? – раздался визгливый голос Нины.
Все подняли голову, на узкой лестнице из белого мрамора, ведущей к двери, расположенной высоко в стене почти под потолком, стояла их бывший психолог.
Фил помахал ей рукой.
– Тебя, Нинок! Похоже, ты нашла мужиков, которым всё равно с кем в интим вступать. Помнится, что никто из наших не захотел стать твоим мужем.
– Мерзавец! Я прикажу, и ваших бaб бросят к моим ногам!
– О! А зачем они тебе? Никак решила пережить новые чувства? Ну? ты даёшь! – захохотал Фил.
– Kpeтuн, знаешь, сколько было у меня мужиков?
– Это еще вопрос, кто из нас глупее! Кто же из женщин этим хвалится?! – фыркнул Фил. – Как-то обычно это, очень личное.
Полковник заметил, что шланги были опущены, а в задник рядах клоны тихо переговаривались. Творения местных генетиков были растеряны, потому что те, кого они считали своими врагами, стояли и просто разговаривали.
– Мужики, а что это вы теряетесь? – засмеялся Пух. – Наш психолог со всеми и бесплатно. Она как на зарядке: раз – раздвинула ноги, два…
– Не сметь!! – взревел клон Никанора. – Она наша надежда на потомство.
Папазол наклонился к Мелетьеву.
– Юра, эти клоны тянут время.
– Я понял, но нас сомнут. Давай, посмотрим, что задумали ребята.
– Ага! А это ничего что она со всеми того, а потомства как не было, так и нет? – засмеялся Фил.
Ксен нахмурился от внезапной догадки.
– Глеб, а если потомство есть?! Ведь наши девочки договорились с детьми. Она тоже могла договориться со своим потомством и задержала их развитие до нужного времени. Помнишь, как на Земле её защитнички хотели, чтобы она провела ночь любви с нами. Уверен, она носит в себе оплодотворённые бойцами Земли яйца гачей.
– Проклятье! Понял! Кончай, Фил! Что с ними говорить? У их мечты – жабья кровь, а они ошибка природы, – проворчал Глеб, клоны глухо зароптали. Глеб рыкнул. – А что вы больно разоряетесь? На Земле её не больно уважали. Вот, есть среди вас хоть один мужик, который защитит вашу общую красотку?
– Так сказать, её честь! – встрял Кеша.
– Я готов, – клон Никанора вышел вперед.
Глеб пошёл по кругу, осматривая клон.
– А ты не развалишься? У тебя какие-то пятна проступают. Коричневые почему-то.
– Не бойся землянин, не развалюсь! Это – специальные морфологические признаки, отличающие каждое поколение. Я в бою докажу, что люди уже отжили своё.
После этих слов стало тихо. Однако ошеломлены были не только прибывшие бойцы, но и клоны землян.
Глеб посмотрел на замерших клонов и негромко уточнил:
– Значит, говоришь, что люди отжили своё? А ты кем себя считаешь?
Клоны зароптали, Кеша возмущённо проговорил:
– Подумать только! Мы искали тех, кто пропал, бойцов-защитников Земли, а нашли неизвестно кого, так сказать. Кто же вы? Какая мать поплачет на вашей, так сказать, могилке?
– А где ваши прототипы? – спросил Фил. – Ваши отцы, если нет матерей? Они-то где? Они же земляне! Оставайтесь здесь, а их мы заберем их с собой!
Ряды клонов качнулись, шелест шёпота пронёсся по их рядам. Дон подошёл к Филу и крикнул клонам:
– Мою мать, убил прототип вот этого, – он ткнул пальцем в клон Никанора. – А не он ли убил ваших отцов? Вы хоть раз их видели? Неужели вы, сироты, не захотели увидеть родителя. Где ваши отцы?!
– Отцы, отцы! – гулко заметалось эхо.
Клоны стали передвигаться, и вскоре напротив стаи стоял не монолит клонов, закрывающий собой лабораторное оборудование, а отдельные группы, которые что-то обсуждали, размахивая руками.
Заметив это, Нина воскликнула:
– Не слушайте их!! Не слушайте! Вы наше будущее! В вас течёт кровь, очищенная от грехов ваших отцов. Ваших отцов нет, потому что они столько нагрешили, столько наворотили, что их уничтожили! В новом мире, всех у кого руки в грязи не должно быть! Это наш новый мир, нам Земля не нужна! Вы теперь свободны в своем выборе. Мы сможем жить, как хотим, и земляне нам не указ. Мы жители нового мира!
И опять гулкая тишина, все переваривали, как она сказала, что отреклась от Земли.
Вперёд вышла Мэй, её низкий мелодичный голос заполнил зал:
– Чистая кровь, говоришь, погань?! Арр! Я жрица Араи! Мою кровь закляла моя мать. Если здесь есть убийца моей матери, то он погибнет от моей крови.
– Не ври! – клон Никанора захохотал.
Кто-то из толпы клонов крикнул:
– Докажи, жрица!
Мэй бестрепетно рванула зубами запястье и широким жестом сеятеля взмахнула рукой. Брызги крови разлетелись по залу. Клон Никанора упал на пол и застыл, потом из его рта стала вытекать черная слизь.
– Магия крови? – нахмурился Папазол. – Жрица, это плохо!
Лицо Мэй стало холодным и надменным.
– Молчи, магистр! Это – дело крови, а не магия крови! Он убивал мою мать дважды. Он убил мою сестру. Моя кровь – это яд для всех его клонов. У него до сих пор в крови кипит злоба и желание убивать.
– Так ты сестра Дона? – нахмурился Глеб. – Почему же не сказала?!
– Что?! – Ксен и Дон воскликнули одновременно.
Жрица не ответила им, но закричала:
– Смотрите! Моя кровь несёт смерть убийцам! – и, рванув зубами вторую руку, закружилась, разбрызгивая кровь.
Многие клоны упали замертво и затихали, но часть клонов сомкнули ряды.
– Не все здесь убийцы твой матери! – прокричал один из клонов.
– Я тогда повторю, кто же вы? – спросил Глеб. – Да-да! Кто?! Сами-то вы знаете?
– Разве важно кто мы? Вы тоже не люди! – прокричал один из клонов. – Мы, в отличие от вас, за девок не прячемся.
Глеб дёрнул за руку Мэй.
– У нас мужской разговор, отойди к девочкам. Я с тобой потом поговорю, и про брата, и про всё остальное. Мы с тобой честны, а ты всё время…
Мэй сердито фыркнула, а Ксен дернув её за косу, толкнул к жрицам.
– Только вякни!
– Вяк! – жрица, которая всё ещё злилась на них, айкнула, потому что Ксен укусил её за плечо. – Ай!
Папазол и Болюс, закрыв глаза, будили и будили предковую память землян в сознании клонов: светлая русая коса Мэй, ярко-красные губы, влажно блестевшие глаза, её сердитую нежность, с которой она смотрела на своих мужей. После их воздействия клоны теперь смотрели только на жриц.
– Видите, они готовы всех унизить, растоптать! – завизжала Нина. – Они даже свою женщину не уважают.
– Ага, – проворчал Глеб, – мы просто их хотим. Ой, а как мы их любим! Долго-долго, и ещё любить будем.
Мэй вспыхнула и закрыла лицо руками, но потом показала язык Глебу, тот захохотал.
– Правильно! Мы их очень любим, – засмеялся и Фил, – а тебя Нинок не хотим. Что же вы молчите, мужики? Неужели вы эту резиновую хотите? Она вам что, мозги промыла?
– Не верьте этому эскулапу! Вы самостоятельные личности. Не забыли, как земляне вас предали? – закричала Нина. – Они всегда лгали вам, все до одного.
Всех отодвинул их вожак, он встал перед клонами и рявкнул:
– Смирно!
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: