Уважаемый читатель, прошу рассматривать мои статьи исключительно как материал для размышлений. Это собрание личных, субъективных точек зрения, а не экспертных заключений или установленных истин.
Темы излагаются через призму моего восприятия, с допустимым упрощением для ясности. Наиболее точной рамкой для этих текстов будет гипотеза или авторское эссе, основанное на ассоциативном мышлении и жизненном опыте.
Полное описание моей концепции и рекомендации по чтению находятся в статьях [ссылка 1],[ ссылка 2],[ ссылка 3].
Вы читаете пятую часть цикла статей «Чувства и Эмоции». Предыдущую часть читайте по ссылке: [часть 4].
Здравствуйте, дорогой читатель!
Приветствую вас на канале «Семантика абстрактного»!
Продолжим рассуждения о нашем внутреннем мире. Понятия, которые мы относим к чувствам и эмоциям, прежде всего служат для понимания другого человека, передачи информации о пережитом опыте.
Полученную от других информацию мы сравниваем со своим опытом, находим параллели, аналогии и говорим себе: «Да, это понятие переживаемых кем-то чувств и эмоций соответствует моим представлениям».
Как я ранее говорил: эмоции – это наши помощники в действиях, а чувства – это информация, которая проходит через структуру нашего сознания и даёт начало эмоциям. Но об эмоциях как о помощниках можно рассуждать только, если смотреть в глубину самого себя и рассматривать свою личность как постоянный процесс, в котором одни стороны нашего «я» стараются опередить другие, перехватить энергию, необходимую для развития будущих структур сознания.
В результате нашего поверхностного взгляда на эти понятия появились негативные эмоции, которые носят характер разрушения (например, злоба и уныние) или характер торможения и частичной блокировки сознания (страх).
Нам неприятно испытывать такие чувства и связанные с ними процессы. При страхе мы чувствуем себя ограниченными, а при злобе или унынии вообще теряем свой привычный облик. В своих предыдущих статьях я попытался найти этому целесообразность, определённую самой жизнью, поэтому кто не ознакомился с ранее опубликованными частями, может это сделать.
В данной статье я предлагаю порассуждать на тему совершенно других эмоций, которые нас не разрушают и не сдерживают, которые, наоборот, открывают перед нами двери, развеивают облака и делают путь для роста свободным. Мы будем говорить об эмоциях счастья и радости.
При этом попробуем разобраться в следующих вопросах: «Почему, будучи детьми, мы так беззаботны и счастливы, а в зрелости не можем себе этого позволить, хотя вроде бы опыт и понимание есть? Есть ли возможность радоваться и быть счастливым у плохих людей, и является ли счастье и радость стороной исключительно светлого и доброго?»
Попробуем ответить на эти вопросы в виде микса рассуждений, где каждый попробует найти для себя что-нибудь полезное.
Приступим.
Рассуждения о счастье как приобретении без потерь.
Начну с достаточно конструктивных элементов в понимании того, что же такое счастье и радость.
Чувства радости скоротечны, они подобны небольшим кирпичикам, составляющим целостность нашего счастья. Мы иногда можем чему-то порадоваться, но вот счастливыми в целом себя назвать не сможем. То есть радость должна быть достаточно всеобъемлющей и более или менее непрерывной, чтобы чувствовать себя счастливым.
Радостные моменты в нашей жизни – это те преобладающие элементы картины мира, которую мы можем назвать счастливой. Если количество радостных элементов велико, то картина нашего мира, безусловно, счастливая. Но это всё пока звучит голословно.
В наших последующих рассуждениях я не буду слишком сильно разделять счастье и радость. Иногда я буду делать упор на чувства счастья, а иногда – радости. Самое основное их отличие я указал; в остальном – это следствие одного и того же процесса.
Чувства счастья и радости говорят о том, что мы что-то приобретаем, новое и ценное. И это новое, и ценное только во вторую очередь относится к приобретениям в материальном мире. В первую очередь – это приобретение: осознания, понимания, опыта, то есть новых структур сознания для нашего внутреннего мира, нашего «я».
В процессе этого приобретения должно выполняться одно очень важное условие: приобретая что-то, мы не должны ничего терять. То есть целостность нашего познанного сознания не должна быть затронута, а именно, рост новых структур сознания не должен затрагивать старые, конкурировать с ними, замещать их. Процесс приобретения новых структур или их рост сопровождается без деконструкции других поверхностных и неглубоких структур сознания.
Вся энергия нашего организма тратится только на приобретение, только на рост и на осознание себя нового, при этом оставаясь со всеми своими частями прошлого, настоящего или ожидаемого будущего.
Рассуждения о детском счастье и радости.
Будучи совсем юными, мы впитываем всё новое, постигая этот мир. Мы ничего не отбрасываем, в основном, лишь приобретаем. Наше сознание расширяется, мы испытываем радость по мелочам и от открытий, которые несёт новый день. Оглядываясь назад, будучи взрослыми, мы воспринимаем себя счастливыми и наполненными радостью. В детстве в нашем «я» нет потерь, в основном только приобретения.
Но так бывает, конечно, не со всеми. Детство бывает разное, я говорю лишь о примере, который у всех на слуху в нашем обществе.
Если поверхностные структуры сознания ребёнка подвергаются деконструкции, он испытывает душевную боль и расстройство. Многие из нас в детстве плакали, утопая в жалости, или вели себя громко и капризно, выжигая на поверхности сознания структуры послушного ребёнка. Но в основном наше детское время отводится на то, чтобы впитать как можно больше и быть счастливым. А далее мы выявляли в себе самое нужное, чтобы обзавестись механизмом Эго.
У взрослого человека детские структуры сознания находятся глубоко, появляется понимание инвариантности будущего. Маски и роли, которые мы играем, порой являются тем, чем мы готовы пожертвовать в постоянной гонке за желаемым. Это можно назвать ложью, лицемерием или готовностью столкнуться с непониманием. Мы защищаем себя и глубокие структуры сознания от деструктивных воздействий, жертвуя частью энергии во имя игры, в которую играем.
В этом нет ничего предосудительного. Наше основное «я» закрепилось в детстве, и если лицемерие и ложь не являются его основными направлениями роста, то, применяя подобные структуры, мы будем постоянно тратить энергию на недолговечное, то есть постоянно будем злиться и грустить.
С возрастом мы должны понять, что такими беззаботными, радостными и счастливыми, как дети, мы быть не сможем. Нам всегда есть что терять и между чем выбирать. Мы многое познали в жизни: были искушены, обмануты, невежественны, поэтому перед нами часто встаёт выбор: отказаться от одного ради другого.
Даже если выбор или обмен очевиден и выгоден, он всё равно не заменит счастливых и радостных моментов из детства. Поэтому гнаться за абсолютным счастьем в зрелом возрасте – не то что глупо, а скорее бессмысленно.
Но это не значит, что счастья и радости в зрелом возрасте нет, просто намеренно, по щелчку пальцев, оно не приходит. Надо учиться радоваться моментам и периодам жизни, когда мы целостны и вместе с близкими, не боремся и не выбираем, не теряем кусочки души, а вносим что-то новое в свой рост и понимание счастья. Конечно, таких моментов и периодов жизни не так много, как в детстве, но всё равно они есть, когда мы приобретаем, не теряя. Их просто надо видеть.
Рассуждения о счастье, которое не освещено благостью и добротой.
Счастье и радость часто связывают только с чем-то благим, добрым, светлым. Однако, как ни странно, счастье и радость вполне могут испытывать мерзавцы и негодяи.
Люди, которые наживаются на корысти, обмане, причиняют другим душевную или физическую боль через насилие, тоже испытывают радость и счастливы, когда добиваются своего.
Поступая определённым образом по отношению к другим, они укрепляют свою веру и рост сознания без личностных потерь. Они понимают, что находятся на пути, который утверждает их, заставляет расти основную форму познанного сознания.
Они не испытывают никакой обиды, злобы, вины или стыда – это дело забытого прошлого. Они просто получают радость от своих действий по отношению к другим и чувствуют себя счастливыми. Поэтому то, что для одних счастье и радость, для других может стать разочарованием и потерями.
Но мы привыкли рассматривать счастье через призму чего-то светлого и доброго, что мы не потеряли в детстве и не выжгли своей злобой в ранние годы, тем самым, не позволив жестокости закрепиться в глубоких структурах своего сознания.
Да, люди в основном рассматривают счастье и радость как то, что мы не хотим терять в зрелом возрасте, даже тогда, когда весь мир смотрит на нас с оскалом.
Это может говорить лишь об одном: наше общество прививает нам понимание счастья, завязанное на взаимопомощи, единении, поддержке друг друга, а не на обмане и предательстве, при которых существование в любом социуме будет проблематично. Соответственно, предрасположенность человека к социальным, сближающим структурам сознания на данный момент выше, чем к глубоким древним структурам сознания, рождающим противоборство. Хотя они вполне конкурентоспособны и остаются в противовес социальным структурам сознания.
Рассуждения о счастье, получаемом через духовные практики.
Мы все стремимся к счастью и радости, потому что в глубине души у нас есть понимание, что можно приобретать, не теряя. Однако мы не осознаём этого в полной мере, а лишь вспоминаем моменты из детства и юности, когда были счастливы. Поэтому нас порой тянет на родину или к прежним друзьям, чтобы вновь испытать счастливые моменты. Но часто мы разочаровываемся, приходя к выводу, что прошлое лучше оставить в прошлом, имея возможность лишь поностальгировать.
Иногда мы сами загоняем себя в ловушку разума, создавая картину мира, где всё плохо. При этом мы злимся на себя и других или, наоборот, предаёмся великой печали. Наши эмоции, работая с поверхностными структурами сознания, приобретёнными при взрослении в социуме, разрушают наше «я». Это часто приводит к разочарованию в жизни, потере веры в людей, общество, систему.
Здесь нам на помощь могут прийти духовные учения и практики, которые помогут обрести новые структуры сознания. Мы будем ощущать их рост в нашем сознании, в нашем «я»; будем наполняться радостью и счастьем, открывая в себе новые стороны личности.
Поскольку наше поверхностное сознание до этого было очищено злобой и унынием, единственное, что оставалось сделать – это взрастить новые структуры сознания, основанные на вере, на ещё имеющихся зачатках нашей прошлой социальной формы сознания.
Здесь нужно понимать следующее: взращивание новых элементов сознания и ощущаемое при этом счастье и радость не являются гарантией того, что мы будем испытывать подобные чувства и дальше. Дальше может быть лишь жизнь, в которой мы можем оберегать, поддерживать и развивать новую опору в виде приобретённой веры.
Также очень просто попасть в ловушку ложной гонки за счастьем, когда под видом духовных практик нам навязывают возможность обрести новые качества, помогающие быть более радостными и счастливыми. Для этого часто требуется отказаться от всего мирского, а также прежних представлений о мире и себе.
Могут применяться техники фокусировки внимания на тяготах этого мира и нашего прошлого, в которых заключены наша злоба и уныние, тем самым активируя процессы разрушения и одновременно подсовывая другую картину мира через методы работы с подсознательным.
При этом, мы действительно можем испытать счастье, которое будет подано нам как истина, ради которой стоит жить. А на деле это может быть всего лишь манипуляция и мошенничество, направленное на разрушение наших конкурентоспособных структур сознания и на превращение нас в удобного и управляемого индивида.
Рассуждения о счастье прошлого, настоящего и будущего.
Кто-то скажет, что радость и счастье – в моменте «здесь и сейчас». Кто-то скажет, что главное – это путь, именно он делает нас счастливыми и радостными, а не само обладание желаемым. Другой заметит, что человек может быть счастлив и радоваться только тогда, когда его взор свободен и устремлён в будущее, к своим возможностям.
Куда же всё-таки следует быть ориентированным и где искать своё счастье и радость? Можно ли всё время пребывать в моменте, чтобы быть счастливым в нём, не оглядываясь на прошлое и не заботясь о будущем? Но тогда ответственность за прошлое и будущее кто-то должен взять на себя – тот, кто будет оберегать нас благодаря своему опыту и дальновидному взгляду.
Безусловно, для того, кого оберегают, это счастье – самое настоящее счастье ребёнка. И если каждый ребёнок будет окружён им в моменте, то это будет его мир счастья и радости ровно до тех пор, пока он не научится мечтать, желать и стремиться к своему будущему.
Мы вырастаем, обретаем опыт и знания, тем самым расширяя свои возможности. Да, мы не можем успеть всё, но прекрасно понимаем, чего могли бы достигнуть, приложив усилия и посвятив этому время. При этом мы воодушевляемся своими возможностями, ставим цели и движемся к ним.
Мы смотрим в будущее с надеждой, в ожидании хорошего и доброго, что нас ждёт в жизни. Порой ожидание праздника и подарка лучше самого подарка.
Для меня лично, возможность видеть своё будущее на несколько лет вперёд, представлять его, строить планы, мечтать – это и есть то важное в человеке, что делает его по-настоящему счастливым.
Это ориентированность нашего взгляда вперёд, в будущее, в которое мы делаем шаг, а именно возможность быть там, представлять, испытывать восторг, предвкушая потенциал своего роста. По сути, мы, заранее выстраивая необходимую нам форму сознания, делаем образ своего будущего «я».
Конечно, подобную ориентированность на будущее мы не всегда можем себе позволить. Это в первую очередь связано с нехваткой осознанности и понимания себя. Ещё будучи вполне молодыми, мы запутываемся в себе и в жизни, не зная, к чему стремиться и кого слушать.
Кроме этого, рано или поздно у нас накапливается усталость, и времени на всё не хватает. Сказываются годы. При этом мы обращаем свой взор в прошлое и ищем там своё счастье, в воспоминаниях детства и юности.
Кто-то скажет: «Это счастье для стариков и тех, чьи несбывшиеся мечты и ожидания ушли сквозь пальцы словно вода». С этим сложно поспорить, и вроде бы получается грустное счастье. Но так кажется только по началу.
Именно счастливые моменты прошлого могут противостоять нахлынувшей грусти и раздражению от мира. Мы фокусируем внимание на том, кем мы были и чего хотели, а не на том, кем стали и в чём разочаровались. Порой это снова возвращает способность мечтать, радоваться настоящему дню и с надеждой смотреть в завтрашний. А это, как правило, нужно не только в преклонном возрасте, но и в зрелом.
Сама возможность помнить и видеть себя счастливым в детстве говорит о том, что мы сохранили целостными свои ранние структуры сознания. И у нас есть место силы, куда мы можем вернуться.
Счастье и радость наполняют нас светлой, позитивной энергией, которую мы можем выразить в своих делах и во взаимодействии с другими людьми. Эти эмоции могут быть активированы в прошлом (просматривая свой жизненный путь), в настоящем (понимая, чего мы достигли, что имеем, где находимся), и, конечно же, в будущем (куда устремляем взгляд, о чем мечтаем, что видим впереди своего пути, который нас вдохновляет).
Да, я больше склоняюсь видеть счастье и радость именно в будущем. Разумеется, я не пренебрегаю счастьем, которое было в прошлом и есть в настоящем; это расценивается как запасы сил и энергии.
Будущее можно распространять не только на личную форму «я», но и на наших близких, родных, а также всех тех людей, которых мы знаем. Мы можем связывать своё будущее со своей семьёй, своим краем, страной, целым миром. Быть счастливым – значит видеть будущее таким, каким оно делает мир и нас в нём, без потерь для нашей целостности.
При этом важно понимать, что главное – вовсе не видение своего представляемого счастливого будущего, это следствие. Самое важное при счастье – это прежде всего сама способность видеть своё будущее как можно дальше, чтобы реализовывать свои возможности в нём.
- Благодарю всех, кто дочитал статью до конца, оставил комментарий и поставил лайк.
- До скорой встречи!