— Ты переведешь эти деньги сегодня, или мне опять краснеть перед строительной бригадой? — раздраженно бросил Виктор, с грохотом отодвигая пустую тарелку.
Ольга смотрела на мужа, чувствуя, как внутри нарастает непреодолимая усталость. Ее квартальная премия, ради которой она брала дополнительные смены и работала по выходным, уже была нагло поделена.
Напротив Виктора сидела его мать. Нина Васильевна деловито вытирала губы салфеткой, всем своим видом показывая, что полностью поддерживает претензии сына.
— Витя дело говорит, — вмешалась свекровь, не дожидаясь ответа Ольги. — У нас на даче крыша течет. Это общее семейное дело. Девочка должна понимать — семья важнее всяких там личных желаний и новых нарядов.
— Какое еще общее дело? — Ольга отложила вилку, прямо глядя на свекровь. — Дача полностью оформлена на вас. Я там была два раза за три года, и оба раза в роли бесплатной рабочей силы на чужих грядках.
Виктор недовольно цокнул языком и сильно ударил ладонью по столешнице, пытаясь продемонстрировать свой авторитет.
— Опять ты начинаешь считать каждую копейку! Мы находимся в браке, у нас общий бюджет. Моя зарплата уходит на питание и мелкие бытовые нужды, а с твоих крупных поступлений мы закрываем важные вопросы. Маме нужна помощь прямо сейчас!
— Твоя зарплата уходит исключительно на твои платежи за машину и твои же развлечения с друзьями, — голос Ольги звучал неестественно ровно. — За последние полгода ты не купил в этот дом даже обычного хлеба. Я оплачиваю коммунальные услуги, покупаю еду, одежду и содержу нас обоих.
Нина Васильевна возмущенно всплеснула руками, изображая крайнюю степень оскорбления.
— Как тебе не стыдно так попрекать родного мужа! Он взрослый мужчина, ему нужно время, чтобы найти достойную должность. Я его не для того растила в любви и заботе, чтобы чужая женщина в собственном доме его так унижала!
— В моем доме, — веско поправила ее Ольга. — Эта квартира досталась мне от бабушки задолго до нашего похода в отдел регистрации браков. И в ней правила устанавливаю исключительно я. Никаких совместных прав у вас на эти квадратные метры нет и никогда не будет.
Виктор скривился, всем своим видом показывая крайнее пренебрежение к словам супруги.
— Хватит постоянно тыкать меня своей жилплощадью! Не хочешь отдавать всю премию — не надо, обойдемся. Просто переведи маме сорок тысяч на строительные материалы, как мы договаривались на прошлой неделе. У меня сейчас свободных средств нет.
Ольга медленно достала из кармана домашней одежды свой мобильный телефон. Разблокировала экран и открыла банковское приложение.
— Ты права, Нина Васильевна, — произнесла Ольга, глядя на экран смартфона. — Девочка действительно всё поняла. Только выводы сделала совершенно другие.
Она зашла в раздел регулярных платежей. Несколько быстрых движений пальцем по экрану — и ежемесячный перевод на банковскую карту свекрови был безвозвратно удален. Этот платеж Виктор настроил с телефона жены несколько месяцев назад, аргументируя это сыновней заботой.
Затем Ольга открыла телефонную книгу. Нашла номер свекрови и уверенным нажатием отправила его в черный список.
— Что ты там так долго копаешься? — с подозрением спросил муж, пытаясь заглянуть через широкий стол. — Переводишь сумму?
Ольга подняла взгляд. В ее глазах больше не было ни малейших сомнений, ни желания сохранять этот бракованный союз.
— Хватит считать мою зарплату семейным бюджетом. Сегодня я обнулила все переводы и навсегда удалила твою маму из своего телефона. Вы больше не получите от меня ни единой монеты.
Виктор густо покраснел. Он резко вскочил со стула, едва не опрокинув его на пол.
— Ты совсем совесть потеряла?! — закричал он, размахивая руками. — Мы же семья! Ты обязана нам помогать в трудную минуту!
— Семья — это когда заботятся друг о друге на равных, — Ольга тоже встала из-за стола. — А вы просто нашли себе очень удобного спонсора с готовой недвижимостью. На этом аттракцион невероятной щедрости объявляется закрытым.
Нина Васильевна начала суетливо собирать свою объемную сумку, попутно обвиняя невестку в невероятной жадности и отсутствии всякого воспитания.
— Пойдем, сынок! — скомандовала она от дверей прихожей. — Пусть сидит тут одна, раз считает себя такой умной! Завтра же сама прибежишь прощения просить, когда поймешь, что нормальному мужчине ты с таким характером даром не нужна!
Виктор гордо вздернул подбородок и вышел вслед за матерью, громко хлопнув входной дверью. Он явно рассчитывал, что жена испугается перспективы одиночества и начнет звонить с извинениями через пару часов.
Но Ольга даже не подумала расстраиваться. Как только за наглыми родственниками закрылась дверь, она подошла к вместительному шкафу в коридоре. Достала большие плотные мешки и принялась методично скидывать туда вещи пока еще законного супруга.
Его модные рубашки, дорогие брендовые вещи, купленные исключительно на ее доходы, спортивный инвентарь — всё это быстро заполняло черные пакеты. Ольга работала быстро и сосредоточенно.
Она собрала все его документы, дипломы и сложила в отдельную жесткую папку, чтобы у него не было повода возвращаться в квартиру под предлогом поиска важных бумаг.
Ближе к полуночи она вызвала мастера из круглосуточной службы. Специалист приехал очень быстро, проверил документы на право собственности и за полчаса поставил в металлическую дверь совершенно новый, надежный механизм. Старые ключи Виктора теперь годились только на металлолом.
Рано утром Ольга выставила шесть туго набитых мешков за дверь, разместив их прямо возле мусоропровода на лестничной клетке.
Виктор объявился ближе к десяти часам утра. Он дернул ручку двери, затем попытался вставить свой ключ, но тот ожидаемо не вошел в замочную скважину.
Сначала он просто настойчиво давил на кнопку звонка. Ольга неспеша подошла и открыла внутреннюю деревянную дверь, оставив наружную железную закрытой.
— Ты что устроила?! — завопил муж на весь подъезд, увидев жену через узкую щель. — Открывай немедленно! Я домой хочу! И почему мои куртки валяются на грязной площадке?!
Рядом с ним тут же нарисовалась Нина Васильевна. Она прибежала на подмогу сыну, готовая устроить грандиозный скандал и защищать его интересы до победного конца.
— Ты не имеешь права выгонять законного супруга! — закричала свекровь, яростно стуча ладонью по металлической поверхности. — Я на тебя управу быстро найду! В суд подам на раздел имущества!
— Подавайте куда вам заблагорассудится, — абсолютно спокойно ответила Ольга. — Замки другие, вещи тщательно собраны. Можете забирать свой багаж и ехать на дачу. Там как раз бесплатные рабочие руки нужны, вот заодно и поработаете на свежем воздухе.
— Оля, прекрати этот глупый спектакль! — Виктор попытался сменить гнев на милость, его голос предательски дрогнул. — Соседи же смотрят и всё слышат. Ну погорячились вчера немного, с кем не бывает. Впусти меня обратно, нам нужно очень серьезно поговорить.
— Говорить нам больше совершенно не о чем. Мой юрист подготовит документы на развод завтра утром. И не вздумайте ломиться в мою дверь или устраивать засады в подъезде, иначе я сразу вызову наряд полиции.
Ольга плотно закрыла внутреннюю дверь, отсекая все возмущенные крики и угрозы бывших родственников. Вскоре шум на лестничной площадке окончательно стих. Виктор и его мать поняли, что проиграли эту битву, забрали мешки и удалились в неизвестном направлении.
Квартира наполнилась долгожданным, невероятным покоем. Больше никто не требовал подробных отчетов за потраченные деньги, не упрекал в эгоизме и не указывал, как правильно распоряжаться собственными доходами.
Ольга прошла на светлую кухню. Она неторопливо приготовила себе легкий завтрак из свежих продуктов. Включила тихую, приятную музыку, которую раньше муж всегда требовал выключить из-за надуманного раздражения.
Солнечный свет ярко заливал просторную комнату. Впереди были неизбежные хлопоты с оформлением бумаг, но это больше совершенно не пугало. Главное — она вернула себе законное право распоряжаться своей судьбой.
Она сидела у большого окна, смотрела на просыпающийся город и очень ясно понимала одну простую вещь. Ее личное спокойствие и достоинство стоят гораздо дороже любых денег. И это спокойствие она больше никогда и никому не позволит нарушить.