В центральном холле Академии царила столь редко случающаяся в нём суматоха. По-свойски прозванный учениками Афелием, этот зал почти всегда пустовал, ведь большинство востребованных, повседневных маршрутов его миновали и собирались здесь хорошо если три-четыре раза в год, для важных объявлений, касающихся всей Академии и двух достаточно значимых для официальных поздравлений праздников – и, конечно же, по окончании выпускных экзаменов, что и стало нынешним поводом для столпотворения. Эмоции от результатов экзаменов были уже пережиты, а первостепенные бюрократические вопросы урегулированы, но согласно традициям всё же следовало провести это торжественное мероприятие; послушать речи, обменяться впечатлениями, подытожить результаты в официальном виде.
Бо́льшую часть шума производили учителя, наводящие порядок и тщательно следящие, чтобы всё прошло как положено, согласно традициям, излишне соблюдающимся в Академии, – а вот следили за порядком несколько уже хорошо знакомых ученикам воинов Закатной Стражи, вооружённых, во всех регалиях, хоть и были выставлены они чисто формально, конечно же, в угоду традициям. Если что и произойдёт на этой встрече, то решать возникшие проблемы будут точно не они.
Несмотря на кажущийся беспорядок, при внимательном рассмотрении можно было заметить, что ученики делились условно на две группы: весёлые выпускники, в более естественном представлении, которые сейчас собирались небольшими компаниями и радостно делились своими результатами, бахвалясь достижениями в учёбе – как правило, все они заканчивали Академию ради титула, который они беззаботно понесут в свою прежнюю жизнь, явившись на обучение по повелению влиятельных родителей, требованию для открытия своего дела или просто для самоутверждения; вторая же часть учеников была куда более мрачная и собранная – это те, кто обучался для дальнейшего становления магом, для кого уже утратило смысл понятие “прежняя жизнь”, ведь теперь их жизнь была посвящена Академии.
«А я напоминаю, пожалуйста, все, у кого Негатив проявился выше третьей ступени, не пытайтесь покинуть стены Академии до дальнейшего разбирательства, это для вашего же блага. Вы не в темнице и не попадёте туда, ничего плохого не будет, мы заботимся о вас», — доносился гнусавый голос старшей преподавательницы мисс Мильсии. «А вы не до конца откровенны», — подумал про себя Закаэл, услышав знакомый, раздражающий ещё с учёбы тон.
Облокотившись на одну из каменных колонн, он устало прикрыл глаза — сказывалось длительное недосыпание при подготовке к экзаменам, — но долго побыть в покое не удалось, ведь рядом с ним возникла знакомая миниатюрная фигура Лорианы. Привычным жестом, вместо приветствия, они ударились подушечками больших пальцев, после чего девушка также прижалась к каменной кладке рядом с ним.
– Ура? — меланхолично поинтересовалась она.
– М? — столь же безучастно отозвался парень.
– Наконец-то я свободна от твоего занудства?
– Ты о чём это?
– Ну всё, мы разойдёмся по орденам, никаких нравоучений, – устало выдохнула Лориана.
– Ага, почти. Согласно королевскому указу о регулировании магии мы обязаны ещё месяц посвятить себя практическим работам на благо Академии, – Закаэл мягко улыбнулся.
– Ясно, никуда мне от тебя не деться. Зануда.
– Ещё скучать будешь.
Воцарилась недолгая пауза, разбавляемая окружающими разговорами и выкриками учителей.
– Отдел Печатей и Сигилов? – как бы между делом поинтересовался парень, нарушая молчание.
– Да, разумеется. А ты? Приткнул свой талант к заклинателям или к боевым?
— М-м-м, нет. - Закаэл пожал плечами. – Я решил пойти к художникам, Астральное Понимание Энергий. Заклинателем я всегда побыть успею, хочется чего-то более… вдумчивого, что ли.
– Ну ты чудной, – усмехнулась Лориана и они снова замолчали.
«А я напоминаю, пожалуйста… – как гвоздём по доске продолжал скрежетать голос Мильсии, – если ваша итоговая оценка по спиритизму выше пяти баллов, то настоятельно рекомендую рассмотреть вступление в Отдел Экзорцизма! Вас ждут привилегии и поощрения»
– Экзорцистов всё ещё не хватает, – с печалью в голосе прошептала девушка, но Закаэл всё же сумел её услышать.
– Потому что мрут как мухи, – без смягчения отозвался он. – Нужно быть таким же отбитым, как наш Маркус, чтобы мечтать попасть к ним.
– Не могу его судить, он ребёнком пережил Затмение. После такого сложно оставаться нормальным.
– Вот и я про то же. – кивнул Закаэл, попутно махая рассеянно осматривающемуся в толпе парню.
К ним поспешил высокий лысый здоровяк, чьё лицо было испещрено шрамами – он больше походил на какого-то разбойника или бойца арены, нежели на выпускника магического учреждения. Бодро подбежав к парочке, он, словно шпагой размахивая массивным больши́м пальцем, отбил привычное приветствие своим друзьям.
– Зак, Лори, примите мои поздравления! – Несколько маниакальная улыбка могла напугать стороннего человека, но его собеседники давно успели привыкнуть к таким особенностям.
– Ну что, в рядах экзорцистов таки прибавилось одной безмозглой головой?
– Ага! — самодовольно улыбнулся тот, кого назвали Маркусом. – Жду не дождусь нырнуть в Тень, чтобы надавать всем этим тенебрусам.
– Сразу видно прилежного ученика, который идеально знает свои задачи, – нарочито саркастично произнёс Закаэл.
– Отвали, – совершенно беззлобно ответил ему здоровяк и тут же восторженно сменил тему: – Представьте что я узнал! В Отдел Экзорцизма вступил ещё и Тот-Самый-Иезекиль, и, мало того, он ещё будет в нашей группе на этот месяц!
– Тот бледный немой? – искренне удивился Зак.
Они начали наперебой перечислять известные им сплетни:
– Говорят, на нём лежит проклятие…
– Говорят, его заколдовал сам директор…
– Говорят, он заглядывал в Бездну…
– Говорят, он сам на себя наложил Печать Тишины…
– Да, на нём действительно наложена Печать Тишины, – резко перебила парней Лориана. – Вот только вряд ли он сам на себя её наложил. Такой учеников в Академии не учат, – девушка выжидающе обвела взглядом застывших собеседников, после чего многозначительно добавила: – Учителей такой тоже не учат, там что-то такое, у-ух.
Закаэл непроизвольно начал вглядываться в учеников, пытаясь найти глазами объект их обсуждения, но тут же поймал себя на мысли, что немного боится преуспеть. В памяти всплыли картины с его белыми и тонкими как паутина волосами, бледной кожей и, словно натянутой маской, призрачным заклинанием поверх рта. Парня пробрала дрожь, отчего он неуютно поёжился.
– Замечательная нас ждёт практика.