Новость о том, что Министерство просвещения РФ решило «прокачать» список литературы для внеклассного чтения, вызвала у общественности приступ когнитивного диссонанса. Из него исчез роман Джорджа Оруэлла «1984». Вместе с ним в небытие отправили «Дивный новый мир» Хаксли и «Постороннего» Камю. Реакция читателя, который еще вчера покупал эту книгу как самую продаваемую (421 тысяча экземпляров, Карл!), укладывается в два простых тезиса. Первый — «Да ну?» с оттенком легкого удивления. Второй — «Да ну на фиг!», когда понимаешь глубину нашего локального абсурда. Давайте разбираться, почему выкинуть Оруэлла из школьной программы — это как запретить градусник при эпидемии гриппа.
О чем книга? (не о том, как плохо жить в СССР)
Первое, что нужно уяснить любому, кто собрался запрещать литературу: вы либо читали книгу, либо смотрите на нее сквозь призму чужих прочтений. «1984» — это не пасквиль на конкретную страну. Оруэлл, бывший полицейский в Бирме и борец с фашизмом в Испании, рисовал модель абсолютного, законченного тоталитаризма. Да, Большой Брат усат, как Сталин, и враг народа Гольдштейн списан с Троцкого. Но действие происходит в Лондоне, а Министерство правды — это даже не Лубянка, а родная английская BBC, где Оруэлл работал и возненавидел профессиональную ложь.
Книга о том, как власть отнимает у человека последнее — право думать иначе. Это о том, как двойное мышление (Doublethink) заменяет реальность, как история переписывается под текущую политическую конъюнктуру, а любовь превращается в предательство. Это крик о том, что если ты сдашься и согласишься, что «2+2=5», ты выживешь, но перестанешь быть человеком.
И главное: Оруэлл предупреждал, что тоталитаризм придет не с палками и дубинками, как ему казалось. Хаксли оказался прав: рабство наступит под соусом комфорта и развлечений. Но суть от этого не меняется. Это учебник того, куда катится любое общество, если дает государству засунуть руку себе в карман и в голову.
Где книгу запретили и почему? (Россия, Беларусь и старые грабли)
Итак, новости из первых рук. В РФ «1984» исключили из рекомендательного списка внеклассного чтения. Формально — не запрет, а так, «легкое движение плечом». Но мы-то знаем эту мелодию: сначала «рекомендуют не рекомендовать», потом «изымают из продажи», как это случилось в соседней Беларуси. Там, по данным «Нашей Нiвы», книгу приказали снять с полок конкретным распоряжением «из соображений безопасности».
Ирония судьбы достойна пера самого Оруэлла. В СССР роман был под грифом «секретно» до 1987 года. Его считали «клеветой на советский строй». Теперь, спустя 40 лет перестройки и «гласности», мы плавно возвращаемся к истокам. Только теперь цензоры, кажется, решили, что раз уж книга стала самой продаваемой, значит, она опасна.
Официальная причина? Ее нет, есть только приказ. Неофициальная — читается между строк: «Потому что дети увидят параллели». А если школьник прочитает про Министерство Правды, где говорят «Война — это мир», и вдруг сопоставит это с новостной повесткой, то у него может «слететь крыша». Лучше дадим им «451 градус по Фаренгейту». Ой, подождите… Книгу про сжигание книг оставили? Оставили. Брэдбери — свой. Он про то, как запрещать книги плохо. А Оруэлл — про то, почему их запрещают. Видимо, эту разницу в Минпросвещения не уловили.
Кто обиделся и почему? (Обида патриота или инстинкт самосохранения?)
Обиделась, как ни странно, не «прогрессивная общественность» (она уже привыкла), а часть патриотически настроенных граждан. Но их обида странная. Она звучит так: «Опять эти либералы радуются, что в России запрещают Оруэлла, значит, мы такие же, как в книге!». Это защитный рефлекс, который называется «книга обижает мою страну».
Ребята, успокойтесь. Оруэлл умер в 1950 году. Он не знал про вашу страну в её текущем виде. Он писал про бюрократическую машину, которая перемалывает личность. Если вы, читая про комнату 101 (самое страшное место на Земле), чувствуете, что речь идет о вашем кабинете или о телевизоре в вашей квартире — это проблема не Оруэлла. Это проблема вашей богатой фантазии или, наоборот, отсутствия оной.
Обижаться надо не на Оруэлла, а на тех, кто своими действиями десятилетиями создавал мем «это как в 1984». Запрет книги только подтверждает её правоту. Если власть боится вымысла — значит, вымысел слишком похож на правду. Самая обидная правда для чиновника — это осознание того, что он ведет себя как персонаж пародии, сам того не желая.
Смысл книги: почему запрет — это глупость с двойным дном
Запрещать «1984» в России — это все равно что надеть мокрую простыню на солнце, чтобы оно не светило. Во-первых, книга уже продана тиражом под полмиллиона в прошлом году. Она есть в каждом телефоне, в каждой «закладке». Запрет только создаст ей рекламу уровня «Битлз» в СССР. Школьники, которые ленились читать, сейчас бросятся искать файл, чтобы понять, что же там такого страшного, что его прячут.
Во-вторых, это отказ от иммунитета. Прививка антиутопией — единственное спасение от реально тревожных тенденций. Когда человек знает, как выглядит тотальный контроль, он замечает его зачатки в зародыше. Выкидывая Оруэлла из программы, мы растираем порошок из противоядия и предлагаем выпить его детям. Им же будет больнее, когда они столкнутся с реальным цинизмом власти и пропаганды, потому что у них не будет шаблона для распознавания.
И наконец, в-третьих, это просто смешно. Оруэлл писал про общество, которое ненавидит свободу слова настолько, что готово вырезать слова из словарей. Ваш приказ об исключении книги из списка — это буквально страница из его романа. Вы — тот самый «Министр Правды», который пытается сделать историю изменчивой. Но есть нюанс: в книге у них были экраны-телескопы и полиция мыслей. У вас есть только приказ, который уже через час высмеют в том самом интернете, который вы так старательно учитесь контролировать.
Итог: «да ну на фиг» — это слишком мягко. Запрет «1984» — это не победа над идеологией врага, а капитуляция перед собственной глупостью и трусостью. Хотите воспитать мыслящее поколение и получить светлое будущее? Не прячьте от них страшную книгу. Объясните, почему этот мир ужасен. Иначе они построят его сами, по нарисованной вами же карте. И кушать придется из деревянной лохани.
А вы читали без пяти минут запретное издание? Делитесь мыслями, пока можно, и ставьте лайки, пока их не запретили. И, конечно же, подписывайтесь, чтобы лента стала более человечной (политику с чернухой вам все равно пихнут, а так хотя бы можно будет оградить себя оазисами здравого смысла).