В 1558 году Иван IV подписал жалованную грамоту Григорию Строганову. Сто сорок шесть вёрст пустых земель по обе стороны Камы.
Это был не подарок. Это был подряд на освоение окраины.
Грамота разрешала ставить городки, варить соль, рубить лес, звать людей «неписьменных и нетяглых». Иначе говоря, Строгановы получали кусок страны с правом строить свою администрацию. И платили за это собственными деньгами, людьми, пушками.
Через двадцать три года с их варниц и складов уйдёт в Сибирь дружина казака Ермака.
Аника в Сольвычегодске: с чего начинался капитал
Чтобы понять Строгановых, надо встать в Сольвычегодске около 1540 года. Соляные варницы дымят круглые сутки. Рассол качают из скважин, проваривают в больших цренах, соль ссыпают в рогожные мешки.
Хозяин всего этого: Аника Фёдорович Строганов. Год рождения: 1497-й. Человек жёсткий, расчётливый, грамотный.
Он не первый в роду. Солью занимался ещё его дед Лука и прадед Кузьма. Но именно Аника сделал то, чего не удавалось предкам: превратил семейный промысел в торговый дом с филиалами от Холмогор до Перми.
Соль тогда была как нефть сейчас. Без неё не сохранить рыбу, не заготовить мясо на зиму, не накормить войско в походе. Тот, кто владел варницами, владел стратегическим ресурсом страны.
Аника это понимал. И начал скупать всё, до чего дотягивались руки.
Откуда фамилия: три версии и одна правда
А вот с происхождением фамилии всё менее ясно.
Семейная легенда, записанная в XVII веке, выводила род от татарского мурзы Спиридона, якобы крестившегося при Дмитрии Донском. Версия красивая, но документами не подтверждённая. Её сами Строгановы сочинили уже графами, когда понадобилась древность.
Борис Унбегаун в своих «Русских фамилиях» осторожен. Форма, по его мнению, прозрачна: фамилия от прозвища «Строган», по глаголу «строгать». Кто-то из предков был мастером по дереву, резчиком, плотником. Отсюда «Строганов»: сын Строгана.
Есть и третья версия, её пересказывал ещё историк Андрей Введенский в монографии 1962 года. По ней, фамилия поморская, возникшая в документах Двинской земли в конце XV века. Никакого мурзы, никакого Донского. Обычные крестьяне, сумевшие выбиться в солевары.
Правдоподобнее всего третья. Но семейная легенда красивее, и в памяти осталась именно она.
Грамоты 1558, 1568 и 1574 годов: государство в миниатюре
Теперь к главному.
В истории Строгановых три документа стоят особняком. Я бы назвал их «сибирской триадой».
Первая грамота, 1558 года, даёт Григорию Аникеевичу земли по Каме от устья Лысьвы до Чусовой. Право строить острожки. Право держать пушки и «пищальников». Право двадцать лет не платить податей.
Вторая, 1568 года, выдана брату Якову. Земли вниз по Каме, до устья Чусовой. Та же вольность, та же пушечная статья.
И третья, 1574 года. Именно она меняет всё.
В ней впервые упомянуты земли за Уралом. По Тоболу, по Иртышу, по Оби. Формулировка осторожная: разрешалось «ставить крепости» на землях, «где кто сядет». То есть Строгановы получали право колонизировать ещё не завоёванную территорию.
Читали ли они грамоту буквально? Похоже, да. Потому что уже через семь лет из их городка уйдёт отряд, которому предстоит снести царство хана Кучума.
Ермак и 1 сентября 1581 года
Здесь надо оговориться. Дата выхода Ермака в поход остаётся дискуссионной.
Строгановская летопись называет 1 сентября 1581 года. Есиповская упоминает 1582-й. Большинство современных исследователей, вслед за Русланом Скрынниковым, склоняются к версии 1581 года. Но полной уверенности нет до сих пор.
Важно другое. Поход был снаряжён не казной. Не царём. А купцами из Сольвычегодска и Чусовских городков.
Строгановы дали казакам порох, свинец, хлеб, одежду, пушки и знамёна. Скрынников в книге «Сибирская экспедиция Ермака» называет примерную численность в 540 человек. Каждый получил жалованье вперёд.
Это был коммерческий проект. Рискованный, дерзкий, на грани авантюры. Представьте себе купеческую семью, которая на свои деньги собирает армию и посылает её воевать чужое ханство.
Иван IV, узнав о походе, сначала разгневался. Потом, когда Ермак прислал в Москву ясак с мехами из Сибири, сменил гнев на милость. А Строгановы получили новую грамоту, расширявшую их владения ещё дальше на восток.
Фамилия, рождённая в поморской глуши, стала первой частной корпорацией, раздвинувшей границы царства.
От «именитых людей» до графов империи
После Смуты Строгановы получили уникальный статус.
В 1610 году царь Василий Шуйский указом причислил Максима, Никиту и Андрея Строгановых к «именитым людям». Это особое сословие, промежуточное между дворянством и купечеством. Судить их мог только сам государь. Писать их полагалось с «-вичем», что было привилегией, какой не имели даже иные бояре.
Такого звания до них не давали никому. После них тоже никому.
При Петре I Строгановы меняют костюм. В 1722 году трое братьев, Александр, Николай и Сергей Григорьевичи, получают баронский титул. Основание простое: они дали казне огромные займы на Северную войну и помогли со строительством флота.
Прошло ещё тридцать девять лет. В 1761 году Александр Сергеевич Строганов становится графом Священной Римской империи. Через семь лет он уже граф Российской империи.
Поморские солевары оказались в высшем свете. С дворцом на Невском, с картинной галереей, которую ещё обсуждал Дидро.
Что осталось
Загляните в словарь Даля. Слово «строгановский» там уже как имя нарицательное, применительно к особому типу иконописи.
Строгановская школа: тончайшее письмо, миниатюрные фигуры, золотая графья. Икона – Никита-воин из Благовещенского собора Сольвычегодска считается её классическим образцом. Школа возникла в мастерских Строгановых в конце XVI века, когда Никита Григорьевич начал приглашать лучших мастеров из Москвы и Новгорода.
А ещё бефстроганов. Блюдо, названное уже в XIX веке в честь графа Александра Григорьевича Строганова, открывшего в Одессе «открытый стол» для всех, кто прилично одет. Повар придумал, как подавать жёсткую говядину старому графу с выпавшими зубами. Рецепт разошёлся по миру.
Фамилия человека, чей прапрадед варил соль в Сольвычегодске, оказалась на меню парижских ресторанов.
И это, пожалуй, лучшая метафора пути Строгановых. От рогожного мешка с солью до золочёной карты империи. За три века. Через Урал. Через Сибирь. Через русскую кухню.