Вы когда-нибудь видели, как грабят банк? Обычно это выглядит так: врываются люди в масках, хватают мешки с деньгами и бегут. А вот ультраимпериализм грабит иначе. Он делает вид, что спасает, а сам вывозит всё. И конфликт в Восточной Европе, который развязан с подачи США, — это именно такой «грабёж под видом спасения». Только вот парадокс: те, кого грабят, ещё и благодарят. И даже не осознают, что уже разделись догола.
Эпоха ультраимпериализма заканчивается. И это не новость, это диагноз. Мир постепенно возвращается в состояние всеобщей конкуренции национальных экономик, в ту самую эпоху империализма, которую описал Ленин ещё сто лет назад, но, разумеется, в новом качестве. То мутировавшее нечто, что последние 40 лет пытались выдать за «высшую стадию развития человеческой цивилизации», — глобальный рынок, доллар как мировая резервная валюта, транснациональные корпорации, которым плевать на границы, — постепенно сходит на нет. Это не кризис. Это агония. И в агонии, как известно, хищники начинают пожирать друг друга.
Что будет в наступающей эпохе? Будут лидировать те государства, которые способны обеспечить самих себя самыми необходимыми товарами. Не те, у кого самые красивые лозунги про «открытый мир», а те, у кого есть своя промышленность, свои станки, свои чипы, свои лекарства, своё продовольствие. Самодостаточность — вот новый старый тренд. Самые дальновидные политические игроки (Китай, США, Россия, Индия и Турция) уже давно это поняли и занимаются индустриализацией своей экономики. Они строят заводы, субсидируют производство, вводят пошлины на импорт. Они готовятся к миру, где глобальный рынок перестанет быть надёжной кормушкой. А те, кто до сих пор верит в неолиберальные сказочки Хайеков, Мизесов и прочих апостолов глобального миропорядка, продолжают делать вид, что «рынок всё устроит», мол, не надо нам своих заводов, купим в Китае; не надо своих станков, возьмём в Германии; не надо своей электроники, закажем в Тайване. Глобальный рынок с нами навсегда. И это роковая ошибка, потому что глобальный рынок в том виде, в котором он господствовал последние 40 лет, — это, если можно так выразиться, исторически обусловленная случайность. Это состояние «ненормы», которое постепенно нивелируется. Мир возвращается к норме — к конкуренции, к протекционизму, к торговым войнам. И надежды на глобальный рынок тают, как снег весной.
И вот тут мы подходим к самому интересному. Неолиберальная элита Европы, которая создавалась практически в пробирке для обслуживания интересов транснационального монополистического капитала, кажется, этого пока ещё не осознаёт. Или осознаёт, но ввиду полной своей несамостоятельности сделать с этим ничего не может. Потому что элиты эти — не национальные. Они — глобалистские. Они мыслят категориями «европейских ценностей», «зелёной сделки» и «открытых границ», а не категориями «заводы — нам», «рабочие места — нам», «технологии — нам». И вот такая элита во главе с госпожой фон дер Ляйен, которую ещё недавно радикалы прочили в генсеки НАТО, отчитывается о настоящей всеевропейской катастрофе:
«В 300 млрд евро оцениваются ежегодные убытки ЕС из-за оттока капитала в США. Евросоюз теряет 300 млрд евро европейских накоплений, которые каждый год выводятся за границу, главным образом в США. Это те деньги, в которых нуждаются наши компании, и это подрывает нашу конкурентоспособность».
Остановитесь на секунду. Вдумайтесь в цифру. 300 миллиардов евро в год. Это поток капитала, который раньше работал на европейскую экономику, а теперь работает на американскую. И кто в этом виноват? По версии фон дер Ляйен — «высокие цены на энергоносители», «нехватка квалифицированных кадров», «бюрократия». Но не США, которые организовали взрыв «Северных потоков», заставили Европу отказаться от дешёвого российского газа, навязали санкции, бьющие в первую очередь по самой Европе, и разожгли конфликт у её границ, чтобы держать континент в постоянном напряжении. Госпожа фон дер Ляйен правда не понимает, куда утекают деньги, или делаете вид?
Зачем США это нужно? Стратеги, отвечающие за американское государство, понимают две очень простые вещи: настолько простые, что они доступны любому, кто знаком с диалектикой. Первое - распад ультраимпериализма вполне возможно будет связан с политэкономическим усилением Европы, которая сейчас выглядит как больной динозавр. Но у этого динозавра есть потенциал: технологии, квалифицированные кадры, индустриальная база, наука. Если Европа когда-нибудь проснётся и начнёт действовать в своих собственных интересах, а не в интересах США, она может стать самостоятельным центром силы — третьим после США и Китая. Второе - в случае распада ультраимпериализма именно США как центр этой системы окажутся под обломками первыми. Вся система держалась на долларе, на военном зонтике НАТО, на финансовом доминировании Уолл-стрит, и когда это рухнет, США потеряют свою глобальную ренту. А без неё — кто они? Континентальная держава с огромными долгами, социальным неравенством и устаревающей инфраструктурой.
Поэтому Вашингтон действует на опережение. Он ищет любую возможность:
- Вывести из Европы как можно больше капитала под свою юрисдикцию. 300 миллиардов в год — это не просто цифра. Это заводы, которые не построены в Европе. Это рабочие места, которые не созданы. Это технологии, которые не разработаны.
- Ослабить Европу как потенциального конкурента. Чем слабее Европа, тем меньше шансов, что она когда-нибудь бросит вызов США. Энергетический кризис, деиндустриализация, отток кадров, политическая фрагментация делают Европу слабее, и это выгодно Вашингтону.
- Сохранить ультраимпериалистическую систему хотя бы в урезанном виде. Да, система трещит по швам. Но если удастся перекачать европейские ресурсы в США, продлить агонию ещё на несколько лет — это уже победа.
Конфликт в Восточной Европе — идеальный инструмент для всего этого. Он создаёт нестабильность, пугает капитал, заставляет европейские компании переносить производства в США (там спокойнее, там дешёвый газ, там субсидии по закону о снижении инфляции). Он разрывает экономические связи между Европой и Россией (которые могли бы стать основой для самостоятельной европейской политики). Он загоняет Европу в ещё большую зависимость от НАТО, а значит, и от США. И самое смешное (или грустное): европейские элиты сами лезут в эту ловушку. Они голосуют за санкции, которые бьют по ним же. Они закрывают «Северные потоки». Они увеличивают военные бюджеты, закупая американское оружие. Они кричат про «российскую угрозу», хотя угроза их экономике исходит совсем с другой стороны Атлантики.
300 миллиардов — это не просто убытки. Это цена глупости. Фон дер Ляйен назвала цифру как диагноз, но не назвала причину. А причина проста: Европа ведёт себя как колония, которая даже не осознаёт свою колониальную зависимость. У неё нет своей армии (есть НАТО под командованием США). Нет своей энергетической политики (есть запрет на российский газ и принудительный переход на американский СПГ). Нет своей технологической политики (есть зависимость от американских IT-гигантов и тайваньских чипов). Нет своей финансовой политики (есть евро, который всё ещё слаб, и банки, которые подчиняются американским санкциям). И пока Европа будет оставаться в этом состоянии, США будут её грабить. Не потому что они злые, а потому что это империалистическая логика. Сильный грабит слабого. Тот, кто имеет свою волю, подчиняет того, кто своей воли не имеет.
Европа своей воли не имеет. У неё есть только менеджеры, типа фон дер Ляйен, которые отчитываются о катастрофе, но ничего не могут с ней сделать. Потому что их власть — производная от власти США. Да, сегодня они находят поводы сопротивляться веяниям из Белого дома — но эти всполохи всё ещё не дают Европе полной независимости. Это лишь первое осознание того, что идти в фарватере единой политики не получается. Как ни крути, чтобы дальше не было с политикой трампизма, он уже выполнил свою историческую роль. Раны, нанесённые трансатлантическому единству, столь глубоки, что не зарастут даже при самом глобалистском президенте-демократе в Белом доме. История Европы сегодня — это предупреждение для всех, кто верит, что «встраивание в глобальный рынок» решит все проблемы. Не решит. Решит только собственная промышленность, собственная энергетика, собственная армия, собственная наука, собственная воля.
Ультраимпериализм разваливается. На его место приходит мир, где каждый будет сам за себя. В этом мире выживут те, кто способен произвести всё необходимое у себя — от станков до лекарств, от чипов до продовольствия. А те, кто продолжит надеяться на «рынок», будут раздавлены. Европа, скорее всего, не выживет. Не потому что она слабая. А потому что её элиты — предатели. Они продали свой континент за либеральные гранты и места в советах директоров транснациональных корпораций. И теперь они с улыбкой наблюдают, как их страны деиндустриализируются, население беднеет, а капиталы утекают за океан.
Россия, кстати, тоже прошла через этот соблазн в 90-е. Тоже верила, что «рынок всё устроит». Тоже отдала свои заводы и ресурсы за обещания «светлого будущего». Итог мы знаем: дефолт, обнищание, потеря технологического суверенитета. Но, в отличие от Европы, Россия (пусть и с болью, пусть и с перегибами) начала возвращать себе самостоятельность. Не полностью, но начала. Конфликт в Восточной Европе будет продолжаться до тех пор, пока США выгодно его поддерживать. Пока они не получат более выгодное предложение по сотрудничеству. А выгодно им будет до тех пор, пока они выкачивают из Европы ресурсы и ослабляют её как конкурента. Это цинично, но это реальность.
Наша задача — извлечь уроки. Не стоит верить в «вечный глобальный рынок». Это временное состояние, которое заканчивается. Готовиться нужно к миру протекционизма, торговых войн и региональных блоков. Нужно восстанавливать промышленность и технологический суверенитет. Всё, что нельзя произвести у себя, превращается в рычаг давления извне. Нужно не быть Европой, то есть не отдавать свою экономическую и политическую волю другому центру силы. Сохранять самостоятельность, даже если это требует издержек. Требуется использовать кризис ультраимпериализма для социалистической альтернативы. Потому что капитализм в любом его виде — будь то глобальный или национальный — ведёт к эксплуатации, неравенству и войнам. Только плановая экономика, общественная собственность и рабочее самоуправление могут создать общество, где человек не будет средством, а станет целью.
Европа сегодня — это то, чем мы не должны стать, и то, что мы должны спасать, если у нас хватит сил. Потому что европейский рабочий класс — такая же жертва неолиберального грабежа, как и российский. Но для начала хватит смотреть на Европу с умилением. Она не образец. Она — предупреждение.
Подписывайтесь на наш журнал, ставьте лайки, комментируйте, читайте другие наши материалы. А также можете связаться с нашей редакцией через Телеграм-бот - https://t.me/foton_editorial_bot
Также рекомендуем переходить на наш сайт, где более подробно изложены наши теоретические воззрения - https://tukaton.ru
Смотрите наши стримы и видео здесь - https://www.youtube.com/@foton1917/featured
Для желающих поддержать нашу регулярную работу:
Сбербанк: 2202 2088 2020 2530