Двадцать с лишним князей привели свои дружины под стены Твери. Город был окружён. Гарнизон не мог ни прорваться, ни дождаться помощи.
А ведь ещё несколько лет назад Тверь грозила отобрать у Москвы главенство над Русью. Что заставило непримиримых соперников собрать против неё небывалую коалицию? И почему всего два года спустя русские полки ждала страшная катастрофа на безвестной речке Пьяне?
Давайте разбираться.
Дмитрий Иванович стал великим князем в двенадцать лет. Мальчик — на троне. Вокруг — волки.
Тверской князь Михаил Александрович не собирался мириться с возвышением Москвы. Он искал союзников за пределами Руси. И нашёл сразу двух: темника Мамая, который фактически управлял Золотой Ордой, и Ольгерда — великого князя Литовского.
В 1371 году Михаил Тверской получил от Мамая ярлык на великое княжение Владимирское. Это был прямой вызов. Ярлык означал право на верховную власть — и Москва такого терпеть не стала. Но Дмитрий Иванович не стал действовать сгоряча. Он понимал: с Тверью нужно кончать одним ударом.
Четыре года он собирал союзников. Четыре года вёл переговоры, заключал договоры, перетягивал на свою сторону одного князя за другим.
К лету 1375 года коалиция была готова.
Повод нашёлся быстро. Михаил Тверской снова получил ярлык из Орды и объявил себя великим князем. Дмитрий Иванович ответил мгновенно.
Больше двадцати князей выступили с ним в поход. Суздальские, ростовские, ярославские, смоленские дружины шли бок о бок с московскими полками. Такого единства Русь давно не знала.
Войско подошло к Твери в августе 1375 года. Дмитрию Ивановичу было двадцать пять лет. Он окружил город и приказал перекрыть все дороги.
Михаил Тверской ждал помощи от Ольгерда. Но литовский князь не пришёл. Ждал подмоги от Орды. И Орда промолчала. Союзники, на которых Тверь делала ставку, бросили её в самый нужный момент.
Осада длилась около месяца. Тверские посады были сожжены. Поля вокруг города вытоптаны. Продовольствие подходило к концу.
Михаил Тверской капитулировал.
Условия мира были жёсткими. Тверь признавала старшинство Москвы. Михаил отказывался от претензий на великое княжение. И самое важное — обязался выступать с Москвой заодно против Орды.
Дмитрий Иванович добился того, чего не мог добиться ни один московский князь до него: Тверь склонила голову без кровопролитного штурма. Коалиция, а не меч — вот что сломило соперника.
Но радость оказалась недолгой.
Два года спустя, летом 1377 года, из степи пришли тревожные вести. Ордынский царевич Арапша двинулся на русские земли.
Дмитрий Иванович отправил войско навстречу. Во главе поставили нескольких князей, среди которых был Иван Дмитриевич, сын нижегородского князя. Полки расположились на реке Пьяне — притоке Суры, в нижегородских землях.
И вот здесь произошло то, что летописцы потом описывали с горечью и стыдом.
Русские воеводы решили, что Арапша далеко. Что опасности нет. Что можно расслабиться.
Латы сняли. Оружие побросали на телеги. Дозоры не выставили. По свидетельствам летописей, в лагере началось повальное пьянство.
Второго августа 1377 года ордынцы ударили внезапно. С нескольких сторон разом.
Русское войско даже не успело построиться. Воины бросились к реке. Многие утонули, не сумев переплыть. Другие погибли, так и не добравшись до оружия. Потери были огромными.
Князь Иван Дмитриевич погиб.
После разгрома на Пьяне ордынцы двинулись дальше. Нижний Новгород был разорён. Жители бежали за Волгу. Город остался беззащитным.
Это был страшный удар. Всего два года назад Дмитрий Иванович объединил князей и поставил на колени Тверь. А теперь его воеводы допустили позорнейшее поражение — не от превосходящих сил, а от собственной беспечности.
Летописи не щадят русских военачальников на Пьяне. Ни одного доброго слова. Только осуждение.
И в этом — горький урок. Коалиция, которая работала против Твери, не помогла на Пьяне. Политическое единство без воинской дисциплины оказалось бесполезным. Двадцать князей могут выиграть осаду, но один безответственный воевода способен погубить целое войско.
Дмитрий Иванович это понял. Уже через год, в 1378-м, он лично возглавил войско на реке Воже — и разбил ордынцев. А ещё через два года, в 1380-м, вывел объединённую рать на Куликово поле.
Но от Твери до Куликова поля лежала река Пьяна. И память о ней Дмитрий, судя по всему, нёс с собой до конца.
Историки по-разному оценивают значение тверского похода 1375 года. Одни считают его переломным моментом в собирании русских земель — впервые такое количество князей выступило единым фронтом под началом Москвы. Другие полагают, что Тверь и без того слабела, а решающую роль сыграло предательство её союзников — Ольгерда и Мамая.
Что до Пьяны — тут единодушие. Катастрофа, вызванная преступной халатностью. Разгром, который мог перечеркнуть всё, что Москва строила годами.
Но не перечеркнул. Потому что Дмитрий Иванович сделал из поражения выводы. И выводы эти привели его на Куликово поле.