Алла Соболева никогда не считала себя наивной дурой. Но вот как сложилась жизнь… именно таковой она сейчас и считает себя, но ничего уже не вернуть.
Алла была оперной певицей. Сорок лет оперной сцены — это не шутки! И пусть мировой славы она не имела, но была вполне себе известной в городе. За время работы в областном оперном театре, Алла очень хорошо усвоила: люди врут. Врут продюсеры, врут поклонники, врут коллеги за спиной. Но Пётр Александрович, профессор физико-математических наук, человек рассеянный до невозможности, казался ей исключением – кристально честный, наивный, рассеянный, но очень умный и благородный человек.
Познакомились они на университетском вечере. С этого все и началось. Аллу пригласили спеть «Аве Марию» и хотя предложили довольно скромный гонорар, она согласилась. Репертуар у неё был богатый: от романсов до арий. Контральто с хрипотцой, низкое, грудное — такой голос запоминают. Алла, вообще, в основном не отказывалась даже от самых маленьких гонораров. Деньги ей были не просто нужны, а необходимы.
Свою однокомнатную квартиру на набережной, Алла оставила сыну, когда он женился, а сама перебралась в съемную квартиру-студию недалеко от дома, где теперь жили сын и беременная невестка.
Другого жилья у нее не было. Всю жизнь прожила с сыном в однушке, где комнату разделяла перегородка на две зоны – в одной было спальное и рабочее место сына, в другой – жила она сама. Но после того, как девушка сына - студента забеременела и она расписались, Алла решила оставить квартиру молодым, а сама ушла. Решила, что так правильно. Сын учится, работает, старается для семьи, очень любит свою жену. Вот и пусть будут счастливы – решила Алла.
И вот, наступил тот роковой вечер, когда жизнь ее кардинально изменилась. Она стояла у рояля в длинном черном платье со стразами, закрыла глаза и взяла первую ноту. В зале погасили свет, остался только луч на её лице.
На этом же вечере присутствовал и Петр Александрович. Профессор не пил, но в тот момент ему показалось, что он пьян. Он поднял голову от своих вечных бумажек — он всегда носил их в портфеле, даже на концерты — и замер.
— Это… это невероятно, — прошептал он соседу, но сосед не расслышал.
После выступления Алла собирала ноты в потрёпанную папку. К ней подошёл невысокий, лысеющий мужчина в пиджаке с засаленными локтями. Он мялся, перебирал в руках какую-то брошюру и наконец выдавил:
— У Вас удивительные обертона. Я никогда не слышал ничего подобного. Это… резонанс, – щеки профессора вспыхнули, как у влюбленного школьника.
Алла приподняла бровь и громко рассмеялась.
— Вы физик? — спросила она. Ей всегда казалось, что физики выглядят именно так – как человек рассеянный с улицы Бассейной.
— Математик. Пётр Александрович. Можно просто Пётр, — сказал профессор и почтительно склонил голову.
— А я Алла. Можно просто Алла, – улыбнулась женщина в ответ.
Они поговорили немного у рояля, затем Петр Александрович пригласил Аллу в буфет, и она, к своему удивлению, согласилась.
Сидя за столиком у окна, она сразу поняла, что профессор настроен серьезно. Уж очень он хотел понравиться прекрасной Аллочке. Он рассказывал о своих диссертациях, о погоде, о своих учениках и планах в науке, она — о Шаляпине и Вишневской. К удивлению обоих, им было очень интересно.
Встречи продолжились. Алла приглашала Петра Александровича в себе домой на воскресные обеды, а он ее – на выставки, в театр, и даже в зоопарк ходили однажды. А через два месяца профессор предложил переехать. Просто сказал в один из дней:
— У меня хорошая, просторная трёхкомнатная квартира в центре. Высокие потолки, комнаты огромные. Мне тоскливо там одному по вечерам. Да и утром, тоже. А Вам там будет хорошо петь. Соседи не жалуются, стены толстые.
Алла задумалась: «А почему бы и нет?» Ей сорок пять и она тоже одинока. У сына теперь своя семья, а у нее… у нее ничего нет. Даже собственного жилья. Гастролей не предвиделось. Мужчины в её жизни задерживались ненадолго. Со своим единственным мужем она прожила всего полтора года и… всю жизнь одна. Годы уходят, Чего еще ждать от жизни?
— Я согласна, — не задумываясь ответила Алла и покраснела от неловкости.
А потом она переехала и, надо сказать, не пожалела. С профессором они прожили душа в душу целых пятнадцать лет. Это немалый срок. Пятнадцать лет Алла готовила борщи, гладила рубашки, терпела привычку мужа забывать выключить утюг и рассеянно смотреть сквозь собеседника, когда думал о своём. Он слушал её пение по вечерам, хлопал в ладоши и говорил: «Аллочка, ты гений». Она поправляла: «Я просто хорошо пою». Он не соглашался, настаивал и даже нервничал:
— Не спорь! Ты – лучшая! Ты – гениальная певица!
В общем, жили они очень хорошо, вот только брак не регистрировали. Алла первые два года несколько раз заговаривала об этом, но Пётр Александрович морщился, как от зубной боли:
— Зачем нам этот штамп? Не дети ведь уже, право слово. — разводил руками профессор. — Мы и так хорошо живём. Бюрократия, очереди, справки. У меня нет на это ни времени, ни сил, ни желания.
— А если что–то случится? — осторожно спрашивала Алла.
— Ничего не случится. Я здоров как бык. И потом, детей у меня нет, близких родственников – тоже. Все и так достанется тебе, – отмахнулся профессор.
— Я вовсе не об этом, – вспыхнула Алла. — Ты что же думаешь, я из-за квартиры?
— Ничего я не думаю, Аллочка. И тебе не советую. Живем хорошо, в мире и любви, а что нам, старикам, еще нужно?
— Ах, вот как? Старикам? – надула губы Аллочка и сделала вид, что обиделась.
— Душечка, ну что ты? — профессор поправил усы и поцеловал жену в шею, затем что-то прошептал на ухо и Алла засмеялась.
Так и жили, не тужили. Постепенно Алла оставила разговоры о замужестве. По-настоящему влюблённые женщины вообще редко настаивают на справках.
Она не знала тогда, что у Петра Александровича есть законная жена. Вернее, знала, но не придавала значения. Он как-то обмолвился еще в самом начале отношений:
— Была жена. Давно. Ушла к какому-то проходимцу. Я даже не помню её лица.
— А развелись? – с интересом спросила Алла, но тут же засмущалась. Еще подумает, что она на квартиру его рассчитывает.
— А зачем? — удивился Петр Александрович. — Она не просила, я не просил. Так и висит. Формальность. Да… у нее давно другая жизнь, я даже не знаю, где она сейчас. Разошлись как в море корабли — мирно и навсегда.
Алла успокоилась. Мало ли у кого формальности висят.
О Марине, и правда, все давным давно забыли, никто ее не ждал, а некоторые и не знали о ее существовании. Соседи, коллеги, даже бывшие друзья Петра Александровича — все знали только Аллу и считали её женой. Марина превратилась в миф, в страшилку, в имя, которое не произносили вслух.
Она ушла от мужа через три года после свадьбы. Когда они поженились, Петр Александрович уже был профессором, а она — аспиранткой. До брака с Мариной он не был женат, жил с мамой. Но потом, мама Петра Александровича умерла и он остался совершенно один. Тогда он особенно ощутил, что совершенно не приспособлен к быту. С мамой все было просто и понятно – завтрак на столе, рубашка свежая в шкафу, неизвестно откуда взявшиеся продукты – в холодильнике. А что же теперь без мамы?
Вот тут-то и появилась в жизни профессора молоденькая аспирантка Марина. Она вошла в жизнь профессора легко и как-то само собой. В холодильнике снова появились продукты, с рубашек исчезли пятна, а на пиджаке появились пуговицы. Потом она сама предложила расписаться, а он согласился.
Нельзя сказать, что профессор слишком уж любил Марину, но когда представил, что снова останется один, а из шифоньера снова исчезнут чистые рубашки, тут же согласился. Они поженились, но быстро поняли, что ошиблись. Он жил наукой, она — светскими раутами. Ему нужна была тишина, ей — внимание.
Однажды на вечеринке Марина встретила тридцатилетнего красавца Сергея с открытой улыбкой и пустыми карманами. Он танцевал твист, рассказывал анекдоты и называл её «богиней». Сергей был классическим жиголо — не скрывал, что ищет женщину с деньгами. Марину это не смутило. Однажды за ужином, Марина сказала своему профессору, как бы между прочим, как будто сообщала, что идет в магазин:
— Я полюбила другого. Ухожу от тебя, Петя.
— Насовсем? – спросил он, поправляя очки.
— Естественно, – фыркнула Марина. — Не буду же я бегать туда-сюда. Ты, как маленький, Петя. Я же говорю, полюбила! Что не понятно?
— Ладно… Ладно, Мариночка, не сердись. Полюбила так полюбила. Он хоть хороший человек, добрый?
— Красивый, – томно вздохнула Марина и супруги продолжили ужин.
Она забрала из дома свои вещи, сняла сбережения с общего счёта, оставив профессору сущие копейки, захватила украшения, оставшиеся от покойной свекрови и.. уехала.
Пётр Александрович не препятствовал. Он даже помог упаковать чемоданы и напоследок сказал:
— Ты уверена?
— Более чем.
— Ну, счастливо.
Они не ругались, не скандалили. Расстались очень интеллигентно, можно сказать. Марина нырнула с головой в любовные приключения, а профессор только вздохнул с облегчением и вернулся к диссертации. В последнее время, Марина, и правда, его напрягала. Петр Александрович не привык, чтобы дома кричали, капризничали и даже однажды разбила вдребезги чешский сервиз. Он уже и сам подумывал, что лучше уж ходить в не глаженых рубашках и питаться в столовой, а тут… такая удача – сама ушла!
Марина с Сергеем укатили на юг. Жили в Сочи, в съёмной квартире, ездили по ресторанам. Деньги таяли. Жизнь перестала казаться вечным праздником. Вот тогда-то, Сергей и нашёл другую — побогаче. Марина знала об этом, но некоторое время закрывала глаза, пока он сам не ушел.
— Маринка, извини. Жизнь одна, а молодость не вечна. Ты еще найдешь свое счастье. Вон какая красавица, – улыбнулся Сергей и захлопнул чемодан.
Марина осталась одна., но возвращаться к профессору она не хотела. Жизнь с ним казалась ей пресной, неинтересной. Другое дело – в курортном городе на берегу моря. Она устроилась администраторов в гостиницу “Интурист”, где и проработала много лет. Работа Марине нравилась. Зарплата небольшая. зато какие возможности!
Если бы Марина рассказала, сколько у нее было любовников-иностранцев, сколько подарков она получала, как отдыхала и где бывала, можно было бы книгу написать. Но годы идут, все меняется и на Марину обращали внимания все меньше, а из подарков она стала получать только дешевые шоколадки, а на свидания ее приглашали только местные таксисты и охранники. Марина считала это ниже своего достоинства. Она была гордой. Или думала, что гордой. В общем, начала она задумываться о будущем.
Собственного жилья нет. Ни один из обеспеченных кавалеров замуж так и не позвал. А в паспорте цифра уже перевалила за сорок. О том, что у Петра Александровича появилась женщина, Марина знала давно. Слухи доходили. Но ей было всё равно. Пока он жив — она его законная жена. Это давало ей странное чувство защищённости. Если что — квартира её. Половина точн.
Возвращаться пока она не планировала, но когда ей позвонила бывшая аспирантка мужа и сказала: «Пётр Александрович скончался», Марина быстро собрала чемоданы, села в поезд и поехала в родной город.
*****
Это случилось ровно через полтора месяца после похорон. Алла уже начала успокаиваться. Она разобрала вещи Петра Александровича — не все, конечно, но по крайней мере начала этим заниматься. Дневники и бумаги решила не трогать. Пока еще было слишком больно…
Стоял тёплый октябрь, за окном кружились листья. Она сидела на кухне, пила остывший чай и думала о будущем. Скоро придет время подавать на наследство. Вернее, через несколько месяцев, но время идет быстро. Да, они не расписаны, но пятнадцать лет совместной жизни, общее хозяйство, ежедневная забота друг о друге и глубокое уважение делали их семьей, если не официально, то перед Богом.
Пока она размышляла об этом, вдруг раздался звонок. Затем, еще один – длинный, настойчивый. Алла вздохнула, поправила прическу и пошла открывать. Кто бы это мог быть, она понятия не имела.
На пороге стояла женщина. Лет сорока пяти, ухоженная, холеная. Короткая стрижка, дорогой тренчкот, кожаные перчатки. За ее спиной стояли два чемодана на колёсиках.
— Здравствуйте, — растерянно произнесла Алла. — Вы ко мне? — она была уверена, что незнакомка ошиблась дверью, или подъездом.
— Добрый день., милочка, – капризно надув губы, произнесла неожиданная гостья. — К вам! К кому же еще? Петя ведь умер.
— А вы кто? — широко открыв глаза, спросила Алла.
— А Марина я. Жена Петра Александровича. Законная. Можно пройти? Отойдите. Вы мне проход загораживаете!
Алла попятилась. Она почувствовала, как пол уходит из-под ног.
— Что? — переспросила она. — Какая жена?
— Законная! Вы что, глухая? — рассердилась Марина. — А вы, видимо, Алла? — Марина переступила порог, оглядела прихожую. — Да, неплохо вы тут обжились. Обои новые, дверь поменяли. А паркет? Паркет наш! Молодцы, что оставили. Он мне всегда нравился, – улыбнулась впервые Марина. — А вот ухаживать за паркетом могли бы и получше, – снова нахмурилась она, – что это… царапины?
— Послушайте, — Алла взяла себя в руки. — Я не знаю, кто вы на самом деле и зачем пришли, но Петра Александровича нет уже полтора месяца. У нас с ним были отношения. Пятнадцать лет. Я за ним ухаживала, когда он болел. Я его похоронила.
— Очень трогательно, — Марина сняла тренчкот, повесила на вешалку. — Но, дорогая моя, это ничего не меняет. Я — его жена. Мы не разведены. А вы — кто? Сожительница. Любовница. Хоть сто лет живите вместе, штамп в паспорте никто не отменял.
— Вы бросили его! — выкрикнула Алла. — Ушли к какому-то альф..онсу!
— Докажите, — улыбнулась Марина. — Где свидетели? Где документы? А у меня есть свидетельство о браке и паспорт со штампом. А вы, между прочим, живёте в моей квартире. Потому что половина квартиры — моя, нажитая в браке.
— Какая половина? Эта квартира досталась Петру Александровичу от матери! Это его квартира! — неожиданно громко крикнула Алла.
— Да хоть от че..рта лысого, — засмеялась Марина. — Ты, милочка, по документам - никто! А я – законная жена. Квартира моя по праву. Собирай свои вещи…
Алла села на табуретку в прихожей. Ее так трясло, что казалось, сейчас вырвет.
— Вы не имеете права, — прошептала она. — Мы пятнадцать лет…
— Пятнадцать лет, — перебила Марина, — вы жили в моей квартире и спали с моим мужем. По закону я могу подать на вас за моральный ущерб. Но я не буду. Я просто хочу получить своё.
Она прошла в гостиную, села в кресло, которое Алла выбирала два года назад. Закинула ногу на ногу и начала рассматривать свои ногти.
— Так что, Алла, давайте договариваться по-хорошему. Вы выезжаете в течение недели. Мебель можете забрать — она ваша. Книги и техника — мои. Пётр Александрович всё нажил в браке со мной. До брака в этой квартире жуткое убожество было. Тоже мне… профессора, интеллигенты…
— Вы чудовище, — выдохнула Алла.
— Возможно, — согласилась Марина. — Но чудовище с правом на наследство…
Уважаемые читатели, на канале проводится конкурс. Оставьте лайк и комментарий к прочитанному рассказу и станьте участником конкурса. Оглашение результатов конкурса в конце недели. Приз - бесплатная подписка на Премиум-рассказы на месяц. Так же, жду в комментариях ваши истории. По лучшим будут написаны рассказы!
→ Победители ← конкурса.
Как подписаться на Премиум и «Секретики» → канала ←
Самые → лучшие, обсуждаемые и Премиум ← рассказы.