— Но как же так?! Я уже всем рассказала, что мы будем веселиться в ресторане на мой день рождения!
Ты не можешь так поступить со мной!
— Володь, ты чего? Ты решил испортить всё? За месяц до юбилея?!
Четырнадцатилетняя Лиза ходила по квартире с телефоном в руках и с восторгом показывала матери картинки:
— Мам, смотри, какой красивый зал с зеркальными колоннами. А здесь сцена с экраном, вход туда через светящийся коридор.
Здорово, правда?
— Да, очень красиво, — улыбнулась Екатерина, не отвлекаясь от домашних дел.
Дочь уже второй месяц жила в предвкушении своего пятнадцатого дня рождения, и телефон матери постепенно пополнялся изображениями того, на что рассчитывала Лиза.
— Кстати, ты просмотрела те ссылки, которые я тебе скинула? Там платья, нужно выбрать что-то пышное и яркое. Вот это, например, с блёстками и фатином!
— Просмотрела, Лиз. Оно прекрасное! Мне особенно понравилось белое с поясом.
— Да, мне тоже! А ты папе говорила? Когда он получит премию? Всего два месяца осталось.
Нужно бронировать ресторан, и платье купить, и ещё столько всего!
— Говорила, Лиз. Не переживай, папа всё продумает. Он не допустит, чтобы юбилей его дочери прошёл серо и скучно.
Екатерина никогда не возражала дочери, а тем более перед её праздником.
Она лишь кивала, сохраняла ссылки в отдельную папку, находила адреса нужных магазинов и записывала суммы в блокнот, чтобы потом показать их мужу.
Володя наблюдал за подготовкой ко дню рождения дочери с тревогой.
Цифры, которые складывались в приличную сумму, страшили его.
Когда Катя показала ценник на платье, он почувствовал, как непроизвольно сжались его челюсти.
— Сколько-сколько? Как такое возможно? Это всего лишь подростковое платье.
Что в нём такого, чтобы ставить такую цену? — удивлялся он.
— Хватит ворчать, Володя. Ты же знаешь, как Лиза ждёт этого.
Пятнадцать лет бывает один раз в жизни. Наша дочь заслужила праздник!
Единственным человеком, который разделял недоумение Владимира, была его сестра, Марина. Она пыталась всячески поддержать брата.
— Скажи жене, что не сможешь оплатить такую сумму. Неужели Катя не видит, что у вас и так с финансами туго?
— Её это не волнует, — устало отвечал Володя. — Она считает, что я должен пойти на любые жертвы, лишь бы Лиза была счастлива.
Надеюсь, скоро Катя одумается и поймёт, что мы не можем себе это позволить.
Володя трудился днями и ночами. Он зарабатывал намного больше супруги, поэтому та считала, что у него всегда найдутся средства и на праздник, и на отдых, и на путешествия.
Катя не хотела видеть, что банковские карты мужа стремительно пустели, а сбережения уходили на бесконечные и часто бессмысленные покупки, которые она одобряла и даже совершала вместе с дочерью-подростком.
Работа у Владимира была стабильной, но обычной — без перспектив карьерного роста, хотя и с бонусами.
По вечерам он возвращался домой уставшим, мечтал хотя бы час провести в тишине, а вместо этого слышал одно и то же:
— Володя, посмотри, как тебе такие украшения для зала? Кстати, нам ещё нужно решить, где заказывать торт… — голос Екатерины звучал оживлённо, и ему от этого становилось тошно.
За месяц до юбилея дочери Владимир всё-таки отказался от празднования в ресторане.
— Кать, давай рассуждать здраво. Мы этот праздник не потянем. Пусть Лиза пригласит подруг домой, накроем стол, уйдём на пару часов к маме. Будет весело, и без лишних трат.
— Какой стол? Какая мама? Ты в своём уме?! — Екатерина выпучила глаза, будто супруг сказал что-то страшное. — Как я скажу нашей принцессе, что мы хотим отнять у неё праздник?
Она мечтала об этом ресторане, о пышном платье и двухэтажном торте!
Каждый день показывала мне картинки, представляла, как будет танцевать и веселиться.
— Но у меня нет столько денег! — раздражённо буркнул Володя.
— Так найди! Постарайся ради семьи!
Владимир понимал, что спорить с супругой бесполезно. Она не слышала его, и теперь он не знал, как выйти из этой ситуации.
Вечером мужчина снова позвонил сестрёнке, чтобы спросить у неё совета.
— Что мне делать? Я не могу взять кредит ради одного вечера, а Катя всё твердит, что это моя обязанность.
Они с Лизой уже каждый день обсуждают этот праздник.
Марина молча выслушала брата и сказала:
— Сейчас даже не в празднике дело, а в том, что с тобой уже не считаются. Ты отдаёшь всё, что можешь, а от тебя требуют ещё и ещё.
Скажи им правду, пока не поздно. И не смей влезать в долги на долгие месяцы!
Володя промолчал, но в мыслях согласился с советом Марины.
На следующий день он пришёл домой, усадил жену и дочь за кухонный стол, а потом открыл телефон и показал им экран с балансом счёта.
— Видите? Это всё, что у меня есть.
Занимать деньги я не стану, брать кредит тоже. Но этого вполне хватит, чтобы купить продукты и устроить праздник дома.
Голос Володи звучал твёрдо, и от этого у Лизы перехватило дыхание, а потом она расплакалась.
— Но как же так, папа?! Я уже всем друзьям рассказала, что мы будем веселиться в ресторане на мой день рождения!
Ты не можешь так поступить со мной!
Катя тоже опешила от слов супруга. Она машинально потянулась к дочери и обняла её за плечи.
— Володь, ты чего? Ты решил испортить всё? За месяц до юбилея?!
— Я говорил тебе об этом раньше, но ты предпочла не слышать меня, — Володя посмотрел жене прямо в глаза. — Всё, денег нет. Разговор окончен!
— Нет, не окончен! — вдруг выпалила Лиза.
Она вскочила из-за стола и заметалась по кухне, размахивая руками. Слёзы катились по её щекам, а голос дрожал от отчаяния:
— Если… если ты не оплатишь мой день рождения, я… я уйду из дома!
Думаешь, я не пропаду в каком-нибудь отеле? Думаешь, со мной ничего не случится?
Ты ещё будешь жалеть, что поступил так со мной!
Володя оцепенел от шантажа дочери. На мгновение ему показалось, что он ослышался.
— Лиза, прекрати угрожать мне! Сядь и успокойся. Я не хочу тебя обидеть или наказать как-то.
Ты должна понять, что иногда у родителей не хватает денег на исполнение всех «хотелок» ребёнка.
Давай просто поговорим спокойно, ладно?
— Хотелок?! Ты называешь мой юбилей «хотелками»?! — голос девушки сорвался от обиды. — Тогда зачем вы вообще меня родили, если не можете обеспечить?! Я разве вас об этом просила?!
— Лиза… — строго начал отец, но дочь его уже не слышала. Она выбежала из кухни и громко хлопнула дверью своей комнаты.
После этой сцены Катя вздохнула и устало провела руками по волосам, а потом тихо произнесла:
— М-да… не думала, что ты нас так разочаруешь…
Услышав это, Володя удивлённо поднял брови. Внутри него что-то неприятно дрогнуло. Ему стало обидно за себя и свои старания.
Он каждый день задерживался на работе, брал сверхурочные, приходил домой с ноющей спиной и тяжёлой головой — и всё ради того, чтобы семья ни в чём не нуждалась.
А сейчас его обвиняли в том, что он недостаточно старается.
— Возьми кредит, — снова заговорила Катя. — Я тебя очень прошу, не порть нашей дочери праздник!
— Я не буду влезать в долги! — твёрдо повторил Владимир.
Поняв, что мужа не переубедить, Катя встала так же резко, как и Лиза пять минут назад. Её лицо исказилось от гнева
— Значит, ты просто неу...дачник! Ни..ще..брод! — бросила она.
Мужчина поднял глаза, и в них мелькнуло что-то, чего Катя раньше не видела.
— Следи за словами! — резко воскликнул он.
— А что, неправда? Какой ты муж? Какой отец, если не можешь оплатить ресторан ко дню рождения дочери? — Катя смотрела на мужа с отвращением, и это задело его гораздо больше, чем её обидные слова.
Владимир медленно поднялся, подошёл к жене и остановился напротив. Его взгляд, обычно тёплый и усталый, сейчас был холодным.
— Значит, вот какое у вас ко мне отношение?! — громко произнёс он. — Значит, я неу...дачник и ничего для вас не делаю?!
Екатерина опустила глаза. Она вдруг осознала, что перегнула палку.
— Не драматизируй. Ты прекрасно понял, что я имела в виду… — поспешно сказала она, пытаясь сгладить ситуацию.
— Хорошо, тогда давай по-взрослому. Я подаю на развод! Квартиру делим. Алименты — по закону, минимальные.
Катя побледнела. В этот момент на кухню вошла Лиза, которая стояла у двери и всё слышала. Девушка замерла на пороге в ужасе.
— Пап, ты чего… — прошептала она.
— Ты сейчас серьёзно? — хрипло спросила супруга.
— Абсолютно!— ответил Володя, переводя взгляд с жены на дочь. — Я уйду, не сомневайтесь даже.
Вот тогда и посмотрим, как вы будете жить без «ни..ще..брода»!
Катя и Лиза переглянулись. Первой заговорила дочь:
— Пап, подожди… Мы не хотели тебя обидеть. Правда. Если у тебя действительно нет денег, то не нужно никакого праздника.
— Володь, Лиза права. Мы не думали, что ты воспримешь это так серьёзно. Давай просто поговорим, хорошо?
Без угроз и крайностей, — Катя растерянно посмотрела на мужа.
При виде обеспокоенных жены и дочери Володя лишь вздохнул:
— Ладно, давайте поговорим без истерик и найдём вариант, который устроит всех…
Праздник всё-таки состоялся: без ресторана, двухэтажного торта и дорогущего платья из фатина.
Лиза посидела с подругами дома, а потом пошла на дискотеку.
Несмотря на то, что Володе удалось договориться с женой и дочкой, после этого юбилея что-то изменилось.
Теперь во взглядах Кати и Лизы появился холод и намёк на то, что глава семейства подвёл их и не оправдал ожиданий.
Они стали чаще пропадать вне дома, обсуждать планы без него, а за ужином разговоры сводились к просьбам о деньгах на новые нужды.
Владимир всё это чётко видел, и в какой-то момент ему это надоело.
За год между супругами накопилось много мелких конфликтов — не только из-за денег, но и из-за разных взглядов на жизнь.
Катя всё чаще говорила, что ей «не хватает драйва», а Лиза, подражая матери, просила то курсы английского, то поездку с классом в Питер.
Володя работал больше, чтобы обеспечить семью всем необходимым, но благодарности не чувствовал.
В конце концов, он всё-таки развёлся с Екатериной. Супруга не стала сопротивляться.
Уже тогда, за тем кухонным столом, она поняла, что у них с Володей разные ценности: он хотел спокойствия и стабильности, а она — ярких впечатлений.
Владимир исправно платил алименты, пока Лизе не исполнилось восемнадцать. Но уже на следующий день бывшая жена и дочь резко перестали с ним общаться.
Сначала мужчина сам пытался связаться с Лизой: звонил, писал, предлагал встретиться, но она его игнорировала.
Тогда Володя прекратил попытки. Он понял, что без денег неинтересен дочери.
Иногда до Владимира доходили слухи о том, как о нём отзывалась бывшая супруга.
Общим знакомым она говорила, что муж сам разрушил их семью из-за жадности, что он «задушил её амбиции» и «не дал Лизе того, что положено ребёнку из полноценной семьи».
И дочь подхватывала эту уже привычную версию, добавляя, что «папа всегда был скупым и равнодушным».
Поначалу Володю расстраивала неправда, исходящая от Елизаветы.
Он помнил, как раньше она хвасталась его подарками в садике и школе, как гордилась, что её папа «самый крутой и сильный», но теперь всё это стёрлось из её памяти.
Постепенно боль утихла и, прекратив общение с дочерью, Владимир начал новую жизнь.
Он не разлюбил Лизу, а просто перестал быть человеком, которого ценят исключительно за финансовую поддержку.