На следующее утро массивная дверь кабинета в клинике медленно приоткрылась. Карина шагнула внутрь так, словно ожидала удара. Она выглядела совершенно иначе. Маленькая, болезненно бледная, без грамма макияжа на осунувшемся лице. Объемная серая толстовка висела на ней мешком, скрывая фигуру. От той наглой, уверенной в себе девицы, которая вчера нарочито показывала язык в ресторане, не осталось абсолютно ничего. Алёна указала ей на стул для пациентов. Она приняла её лично, отменив утреннюю планерку и не передоверив эту сложную задачу никому из дежурных врачей. УЗИ проводил коллега в соседнем крыле. Для расшифровки результатов Алёна по личным каналам срочно пригласила специалиста из Научного центра генетики. Высокий, седой мужчина с усталыми глазами внимательно изучил снимки и сухие цифры анализов. Медицинский вердикт прозвучал обыденно, но от этого еще более страшно. Тяжелейшие хромосомные нарушения. В официальных бумагах такое состояние описывается сухой формулировкой: нежизнеспособен в
Публикация доступна с подпиской
Вступить в клуб великих читателей