Приветствую вас! Меня зовут Дарья Стеценко, я клинический психолог, детский нейропсихолог, кпт. Мои направления работы — помогать детям, которым трудно учиться, запоминать или управлять своим поведением, помогать родителям понимать, как развивается ребенок, и поддерживать их, опираясь только на научно обоснованные методы.
Как специалист, я часто вижу, сколько противоречивой информации обрушивается на мам и пап. Когда ребенок «не тянет» программу, витает в облаках или закатывает истерики, советы сыплются отовсюду. И в этом потоке нейропсихология обросла таким количеством мифов, что родители либо боятся к ней обращаться, либо ждут чуда там, где нужна кропотливая работа.
Сегодня разберем пять самых вредных заблуждений, которые крадут у детей драгоценное время на коррекцию.
Миф № 1. Нейропсихолог — это врач, который лечит таблетками и ставит страшные диагнозы
Это самый главный страх родителей: «Пойдем к нейропсихологу, а он нам скажет, что у ребенка что-то неизлечимое».
Нейропсихолог — не врач. Это клинический психолог с углубленной специализацией. Мы не выписываем рецепты, не назначаем медикаментозное лечение и не ставим медицинские диагнозы (например, «эпилепсия» или «аутизм» — это прерогатива невролога или психиатра).
Наша задача — провести диагностику и понять, как именно работает мозг вашего ребенка. Мы смотрим на сильные и слабые стороны высших психических функций: память, внимание, мышление, регуляцию. В заключении вы увидите не медицинский диагноз, а описание функционального профиля: например, «снижен объем слухоречевой памяти при сохранном зрительном восприятии». Это руководство к действию, а не приговор.
Миф № 2. Это просто «массаж мозга» или развивашки вроде «попрыгать-похлопать»
На многих родительских форумах нейрокоррекцию представляют как набор веселых упражнений с мячиками и балансирами. Мол, «ходили к нейропсихологу, там просто играли». Отсюда рождается заблуждение: «Я и дома так могу, зачем платить?». Тем более можно найти разные пособия в открытом доступе.
В этом мифе есть доля правды, но она опасна. Нейрокоррекция — это не спортзал, а скорее хирургически точная настройка оркестра.
Да, мы используем двигательные и когнитивные игры. Но за каждой из них стоит четкая цель, соответствующая нейроанатомии. Например, упражнение «Пол — нос — потолок» — это не просто веселье. Это сложная задача для 3 блока мозга (программирования и контроля), которая тренирует способность следовать вербальной инструкции, тормозить импульсивные реакции и переключаться.
Правила игры простые: взрослый в разном порядке дает три команды — «пол», «нос», «потолок», а ребенок должен как можно быстрее показать рукой на соответствующий объект.
Специалист смотрит на то, как:
- удержал ли он программу из 3-х шагов?
- не соскальзывает ли язык, помогая руке (синкинезии)?
- не истощается ли он через 2 минуты работы?
Самостоятельные игры полезны, но они не заменят коррекционный маршрут, выстроенный по принципу «от простого к сложному» с опорой на данные диагностики. Без понимания, какой именно блок мозга буксует, домашние занятия могут стать бесполезной тратой сил.
Миф № 3. Нейропсихология нужна только «тяжелым» детям с ОВЗ
«Ну мой-то нормальный, просто ленится/невнимательный/характер такой. Зачем нам к специалисту?»
Это заблуждение приводит к тому, что в кабинет нейропсихолога попадают дети в 9–10 лет с уже сформированной школьной неуспешностью и выученной беспомощностью, с поведенческими проблемами, которые уже сложнее и дольше корректировать. Хотя решить проблему можно было за 2–3 месяца в возрасте 5–6 лет.
Нейропсихология — это профилактика школьных трудностей, а не только ремонт тяжелых нарушений. С какими запросами приходят условно здоровые дети:
- зеркалит буквы и цифры (проблемы пространственного гнозиса);
- не может пересказать текст (слабость слухоречевой памяти);
- пишет грязно, с нелепыми ошибками (трудности регуляции и контроля);
- вспыхивает из-за любой мелочи (истощаемость нервной системы).
Чем раньше мы выявим «слабое звено» в работе мозга, тем мягче и быстрее пройдет коррекция. Ждать, пока «само рассосется» к подростковому возрасту — плохая стратегия. Чаще всего не рассасывается, а обрастает неврозами и нелюбовью к школе.
Миф № 4. Онлайн-занятия с нейропсихологом неэффективны
Особенно актуально для мам в декрете и жителей небольших городов, где очных специалистов днем с огнем не сыщешь. Существует стереотип: «Чтобы нейропсихолог помог, он должен сидеть рядом и держать ребенка за руку».
Как практик, ведущий в том числе и онлайн-прием, ответственно заявляю: эффективность зависит не от расстояния, а от компетенций специалиста и вовлеченности родителя. Второе особенно важно. Так как даже при очной коррекции 2 раза в неделю в кабинете у специалиста, дома придется отрабатывать все домашние задания ежедневно вместе с ребенком.
В онлайн-формате мы действительно не можем делать логопедический массаж или водить ребенка по сенсорной дорожке. Но 80% когнитивной работы — развитие памяти, внимания, мышления, регуляции — прекрасно переносятся в онлайн. Более того, для детей с СДВГ онлайн-формат часто оказывается продуктивнее очного, потому что дома меньше отвлекающих факторов, чем в незнакомом кабинете.
А главное — родитель становится моими «глазами и руками» рядом с ребенком. Вы учитесь видеть те самые «красные флаги» и помогать ребенку правильно. Это бесценный навык, который останется с вами навсегда.
Миф № 5. Нейропсихолог сделает из ребенка гения и даст «волшебную таблетку»
Обратная сторона мифа №1. Иногда родители приходят с запросом: «Сделайте так, чтобы он стал отличником за месяц, мы заплатим».
Нейропсихология — это не про «накачать мозг знаниями», как в центрах ментальной арифметики. Мы работаем с базой, с фундаментом здания. Если у дома кривой фундамент, можно сколько угодно красить фасад и вешать дорогие люстры — при серьезной нагрузке здание все равно рухнет.
Мы не учим ребенка таблице умножения. Мы учим его мозг быть готовым к обучению.
- Мы тренируем энергетический тонус, чтобы он не «выключался» к третьему уроку.
- Мы развиваем межполушарное взаимодействие, чтобы чтение и письмо давались легче.
- Мы формируем навыки самоконтроля, чтобы ребенок мог сказать себе «стоп» и проверить ошибки в диктанте.
Результат работы нейропсихолога — это не 100 баллов на ЕГЭ (хотя и такое бывает как следствие). Результат — это спокойный ребенок, который верит в свои силы и справляется с учебной нагрузкой адекватно своему возрасту.
Если, читая эту статью, вы узнали своего ребенка в описании трудностей или поймали себя на мысли, что какой-то из мифов мешал вам обратиться за помощью — это повод задуматься.
Время в детстве идет очень быстро. Проблемы, которые можно скорректировать играючи в 5–6 лет, в 10–11 лет уже требуют серьезной работы и сил как от ребенка, так и от специалиста.
Я всегда за доказательный и бережный подход. Если вы хотите разобраться, есть ли у вашего ребенка сложности или это вариант возрастной нормы, записывайтесь на онлайн-диагностику. Мы встретимся на подходящей онлайн площадке, я пообщаюсь с вами и ребенком, и вы получите четкий ответ: что делать дальше и нужно ли делать вообще.
С уважением,
Дарья Стеценко
Клинический психолог, детский нейропсихолог, семейный системный психолог
Автор терапевтических сказок для детей
Комментарии к статьям закрыты. У меня нет возможности оперативно отвечать на них, и я хочу сохранять здесь уважительную и безопасную атмосферу.
Записаться на нейропсихологическую диагностику или задать вопросы вы можете по электронной почте:
📧 darya@stecenko.ru
Приглашаю вас:
- в ВК группу: https://vk.ru/daria_psiholog