Утро следующего дня началось рано, ребята проснулись от требовательного стука в дверь своего домика.
- Марв, заткни свою Скотину, он опять мешает всем спать! – прорычал Лу, поворачиваясь на другой бок и зарываясь лицом в подушку.
Изобретатель, что-то сдавленно простонав, никак не отреагировал ни на приятеля, ни на продолжающиеся стуки. Тем временем визитер все никак не унимался, он настойчиво стучался, время от времени окликая по имени обитателей домишки. Первым пытки не выдержал Дирк. Встав с постели, он быстро оделся и выглянул на улицу, уставившись сонными глазами на сияющее лицо Бенту.
- Приятного дня, Дитрих-сайи! Как тебе спалось? Посетили ли тебя приятные видения? Говорят, что если провести вечер в приятной компании, тебе обязательно должно присниться что-то очень интересное. Мне вот, например, виделось, что я иду по пустыне, иду к неведомым землям, иду с очень важным заданием, только вот не помню что именно мне надо было сделать. Ну вы и сони! Я уже десять минут тут под дверью стою, а вы все спите и спите. Вас не добудишься!
- Бенту, сколько времени? Ты зачем нас так рано будишь?
- О, уже много времени, я вышел из дома в семь утра. Почему рано? Все уже давно проснулись, люди на службу идут, кто на рынки, кто в лавки свои, кто на предприятия. Жизнь бьет ключом, все бегут, все радуются солнышку, только вы десятый сон смотрите.
- Мы же только в половине третьего разошлись! У меня в голове вообще полная каша, будто я и минутки не поспал.
- Это все ваши кралльсике привычки, отец говорил, что в столице день начинается позже. Тут же просыпаться надо рано, часов в пять, пока солнце еще не особо горячее. Вы что, и в пустыне так поздно вставали?
- Нет, в пустыне мы не так поздно ложились. Так что случилось? У тебя какое-то дело есть, или ты просто по нам соскучился?
- О, точно, я и забыл совсем! Отец велел заглянуть к вам и вести вас к гавани, чтобы вы успели зарезервировать себе места на «Водной красавице». Она же уже через несколько дней уходит, а вам договориться обо всем надо. Так что не тяните, папа, наверное, уже ждет нас.
Дирк выслушивал болтливого парнишку, с трудом заставляя себя снова не уснуть. Спросонья он мало что понимал, и слова Бенту казались ему частью сна. Наконец, широко зевнув и приказав себе взбодриться, молодой человек пробормотал:
- Погоди тогда немного, я Олли разбужу, пусть он решает этот вопрос.
Парень оставил местного жителя стоять на пороге, а сам юркнул обратно в дом. Его товарищи спали сладким сном, даже и не думая просыпаться. Еще раз зевнув, юноша набрал в легки подольше воздуха и пронзительно свистнул, от чего четыре тела резко подскочили на койках. Ника и Лу принялись клясть друга последними словам, а вот Марв и Олли наоборот, весело смеялись, представляя, как они смотрелись со стороны.
- Что там такое? Кому так потребовалось наше общество? – поинтересовалась девушка, когда немного перевела дух.
- Господин Освалду решил с утра уладить вопрос с нашим пребыванием на корабле, Бенту, бедняга, уже давно прыгает под дверью. Честное слово, я не сразу услышал, что к нам кто-то стучится, мне сначала вообще показалось, что этот звук часть моего сна. Короче, он говорит, что Освалду-сайи ждет нас где-то на набережной, готов уже проводить к капитану корабля, вот я и решил, что надо разбудить Олли. Ты же у нас всем этим занимаешься, я прав, или опять что-то напутал? Если я ошибся – прости, но Бенту все равно больше не даст нам всем спать, для него подъем в семь утра считается неприличной роскошью.
- Ох, опять, опять эти ранние побудки… Ладно, на корабле еще успеем отоспаться за все пять месяцев! Ну что, я правильно понимаю, что один иду решать вопрос с нашим переездом в Краллик? В принципе, я ни на что другое и не рассчитывал. Марв у нас домоседом был всегда, Лу временно обездвижен, до набережной, наверное, ползком добираться будешь, Ника является объектом для всеобщей ненависти или зависти, ну а Дирк, наверное, сейчас опять пойдет в гости к достопочтимому Освалду-сайи, а точнее к его прекрасной дочурке.
- Приятель, ты вчера нас всех чуть не подставил! – проворчал Лу, приподнимаясь на локтях, чтобы проверить свою рану. Исподлобья глянув на Дирка, он добавил: - Ты зачем на нее так пялился?! Совсем с ума сошел?! Слава богам минувшим и грядущим, Освалду-сайи и его супруга внимательно слушали россказни Олли, иначе они бы точно заметили твои подозрительные взгляды! Я, конечно, понимаю, Алини девушка очень красивая, и я знаю как ты к ней относишься, но нельзя же вот так откровенно пожирать ее взглядом! По крайней мере не тут, не в Эхоране, и уж тем более не в доме нашего благодетеля! Прошу тебя, не порти нам жизнь, и не наломай дров в ближайшие несколько дней.
Молодой человек хотел было еще что-то сказать, однако его перебил Олли. Парень прекрасно понимал, что не выспавшийся друг может ворчать еще очень долго, и прибегнул к своему излюбленному методу решения подобных проблем – просто взял и вклинился в разговор, переведя его на совершенно другую тему.
- Кстати сказать, что у нас с деньгами? Мне же, наверное, сразу заплатить надо, нечего с этим тянуть. Отдадим причитающуюся капитану сумму за проезд, перенесем палатку в трюм и будем ждать, когда можно будет тронуться в дальнейший путь.
- А с деньгами у нас все очень плохо. – сказал Марв, с трудом подавив очередной зевок.
- В каком смысле?
- В таком, что у нас осталось всего триста двирмов. Все, кончилось путешествие – кончились и финансы.
- Как так?! У нас же была куча денег! – Олли встал как вкопанный, ошарашенно глаза на приятелей. Через несколько секунд он полностью перешел в серьезный режим, принявшись вспоминать всю бухгалтерию предприятия. – Мы же всего-навсего купили вещи из эхоранского льна! И инвентарь для перехода по пустыне… И Франциска… И еще что-то по мелочи… А еще я Кенте проиграл пару монет в карты… Боги былые и грядущие, что теперь делать?! Ладно, не будем паниковать раньше времени, все будет нормально. У нас же триста двирмов! Этого должно хватить на билеты, мы же в прошлый раз заплатили по пятьдесят с человека, значит, и сейчас все должно быть так же. А потом деньги нам уже не нужны будут, мы же не будем тратиться ни на пропитание, ни на что еще. Отдыхайте, а я пошел, надо сегодня решить этот вопрос.
- Стой, я с тобой хочу! – Дирк вскочил с места и бросился следом за приятелем, а за ним, ко всеобщему изумлению, потащился и Лу. – У меня в альбоме нет ни одного рисунка Эхорана, я это точно знаю, мне надо сделать несколько набросков, иначе моя работа как художника нашей газеты будет не полноценной. А еще я хочу сделать портреты Бенту, Освалду-сайи и его супруги, они же наши благодетели, надо и их почтить. Ну и несколько панорам города надо нарисовать. Рынок, гавань, еще какие-нибудь значимые места – это уже позже решу, когда немного прогуляюсь.
- Что, и в гости в дом господина Освалду не пойдешь? – поинтересовался Олли с широкой ухмылкой на лице. – Готов пожертвовать общением с красавицей Алини ради работы? Ну это точно черта твоего нового характера! Мне все больше и больше нравится этот новый Дирк, он куда лучший человек чем тот парень, что сидел в тебе раньше. Так, инвалид, а ты куда собрался? Сиди дома, набирайся сил, я тащить тебя на себе не собираюсь.
- Я с вами пойду. – заупрямился Лу. Несмотря на боль в ноге, он твердо решил проконтролировать, что на корабле зарезервируют места для путешественников. – Ты же соглашаешься на все, не подумав, тебя постоянно одергивать надо. Старый Дирк сумел бы понять, что его дурят, но с промытыми мозгами он стал наивнее Марва! Так что без моего вмешательства мы, боюсь, в наш бюджет не уложимся. Будем торговаться, чтобы капитан корабля хотя бы не заламывал стоимость поездки. У нас точно триста двирмов?
- У нас есть триста восемь двирмов, и еще парочку я нашел в кармане жилета. – сказал Марв, выходя из палатки с шелковым мешочком в руках. – Я все осмотрел, но больше денег у нас нет. Будем довольствоваться малым!
- Ладно, и с этим можно что-то придумать. Так, может мы все в гавань сходим? Ника, Марв, что скажете?
Однако Нике совершенно не понравилась перспектива прогулки по Эхорану. Составив недовольную гримасу, девушка покачала головой:
- Нет, я не хочу слышать себе в спину проклятья местных женщин, я лучше дома посижу, как и положено приличной девушке. Всего каких-то четыре дня – и можно будет забыть про такое несправедливое отношение к прекрасному полу!
- Не расстраивайся так! Скоро снова будешь в Краллике, и там уж никто не посмеет слова дурного про тебя сказать. – Лу, занятый перевязкой, на минуту оторвался и пристально посмотрел на подругу. Увидев, как грустно она повесила голову, парень сказал заговорщицким голосом: – Кстати, если ты не обратила внимание, шипят на тебя только старые, уставшие от жизни женщины, мужчины же лишь оценивающе провожают тебя. Ты явно пришлась им по вкусу! А бабки местные ругают тебя только потому, что они завидуют. Ну посуди сама: ты юная девушка, красивая, стройная, как осинка, а они что? Старые, злые утки, только и знают, что цыплят высиживать. Им же ничего нельзя, вот они и злятся. Мне кажется, что эти запреты ужасно портят характер человека. Они так и будут всю жизнь брюзжать, а ты скоро вернешься в Краллик, где тебе самое место, где ты блистаешь, как самая яркая звездочка. Так что не обижайся ни на кого, не забивай себе голову глупостями и наслаждайся последними лучами солнца, дома ничего, кроме снега, уже не будет.
- Спасибо тебе. Честное слово, огромное спасибо! Ты всегда знаешь, как поднять настроение. Ты уверен, что хочешь идти на набережную? Тебе же еще больно передвигаться!
- Остаться в Эхоране на зиму будет страшнее! Мне надо проконтролировать ситуацию, убедиться, что все идет по плану и что Олли не будет переплачивать за билеты. И кстати, раз вы с Марвом остаетесь тут, набросайте-ка письмо домой, хотя бы черновой вариант. Надо дать ребятам знать, что мы живы, здоровы и что через месяц нас можно встречать в порту Краллика.
Придерживая прыгающего Лу, троица вышла из домишка, а Ника с Марвом разместились на заднем дворе. Механик принялся возиться с чертежами очередного автомата, и вокруг него, вопреки обыкновению, были разложены не винтики и шестеренки, а карандаши, одолженные у Дирка. Девушка же, устроившись рядом с приятелем с листами бумаги на коленях, пыталась представить, как начать весточку в Краллик. Столько всего произошло, столько хотелось рассказать, а еще больше хотелось узнать. Как дела дома? Что творится в редакции? Как там газета без своего постоянного состава? Что вообще творится в столице? Нике казалось, что если сейчас она пустить фантазию в полет, то домой придет не письмо, а самая настоящая книга. С удивлением она обнаружила, что не знает, как начать письмо. Вроде бы и мыслей было много, но они не желали ложиться на бумагу, приходилось постоянно стирать неудачные фразы. Девушка несколько раз начинала было писать, но стоило ей прочитать получившееся предложение, как она принималась яростно перечеркивать его. Слова казались ей неудачными, а фразы скудными и неправильными.
В очередной раз зачеркивая первый абзац письма, Ника сердито прошипела себе под нос:
- Что же это со мной?! Что не так?!
- Что? – услышав голос подруги в тишине сада, Марв встрепенулся. Подняв голову от разложенных около него бумаг, он изумленно посмотрел на девушку.
- Я не знаю, как начать писать письмо, и двух слов связать не могу! Раньше у меня это легко получалось, было достаточно просто взять карандаш в руки – и все, бумага как будто сама покрывалась нужной информацией. А сейчас я не представляю, как мне обратиться к ребятам!
- Может, ты отвыкла от написания писем? – пожал плечами молодой человек.
- Наверное… Ну и что мне теперь делать?! Если я простое письмо не могу написать, то что же будет дома, когда мне придется взяться за писк новостей?! Я же даже простой заметки нацарапать не смогу!
- Все ты сможешь, не паникуй раньше времени. Просто ты полгода ничего не писала, вот и отвыкла от такой работы. Ты же знаешь, как это бывает! Ничего страшного, все образуется. Не спеши, подумай немного, поиграй со словами, и скоро ты снова станешь писать, как раньше. У меня тоже такое бывает, если я долго занимаюсь монотонной работой. Например, после нескольких месяцев занятий только одним печатным автоматом, мне трудно переключиться на что-то другое, в голове вроде как много мыслей, есть новые идеи, но как подступиться к ним я не имею ни малейшего представления, часто дело ограничивается простым чертежом. Тут надо немного практики, надо вспомнить, как работать в нужном направлении. Если ты так боишься, что растеряла всю сноровку – тренируйся на письмах, пиши домой на каждой стоянке. Не волнуйся, ты же пишешь домой, ребята не поднимут тебя на смех. Можешь попробовать написать письмо лично Джеку, он будет в восторге от любой весточки от тебя.
- Точно, я так и сделаю!
Марв оказался прав – с трудом написав первое предложение любимому, девушка почувствовала, что работаться ей стало легче. Из нее как будто убрали невидимый барьер, и слова рекой полились на бумагу. Она рассказала Джеку все то, что чувствует, о чем думает, о чем мечтает и как сильно скучает, вкратце поведала о Сарде, умолчав лишь о том, что ее умудрились украсть, так что в итоге послание другу заняло шесть листов. Покончив с личной перепиской, Ника почувствовала настоящий голод, настолько сильно ей захотелось написать еще что-то. Сложив пополам исписанные мелким почерком листочки, она принялась составлять послание, адресованное всем ребятам. Время от времени она советовалась с Марвом, однако и девушка, и изобретатель были в своих, совершенно разных мирах, так что юноша ограничивался лишь неопределенным мычанием, которого, в принципе, было вполне достаточно.
Увлеченная писаниной Ника и не заметила, как к ней подсел Лу. Оказалось, что друзья провели на заднем дворе почти четыре часа. Вытянув больную ногу и широко улыбнувшись, молодой человек взял рукопись и принялся с упоением вчитываться в нее – он тоже соскучился по работе.
- Как вы сходили? Договорились о месте на корабле? – поинтересовался Марв, потягиваясь и откладывая в сторону чертеж будущего автомата. Лу, уже начавший просматривать письмо, задумчиво кивнул головой.
- Конечно, с этим все в порядке. Сначала капитан потребовал с нас аж по семьдесят двирмов, но совместными усилиями мы смогли скинуть цену до сорока. У нас еще остается немного денег! Как раз на мелкие расходы, думаю, они все-таки будут. Так, Ника, что-то тут тебя совсем понесло не в ту степь. Не рассказывай им про травму Дирка, там же Руди будет читать письмо. Не пугай ребенка, пожалей немного малыша, да и маму Дирка не стоит шокировать раньше времени. Ой, как ты все расписала… Нет, убираем эту часть, лучше все лично рассказать.
- Не лезь в письмо, я на него кучу времени убила! – тут же возмутилась девушка. – Я считаю, что про нынешнее состояние Дирка надо обязательно сообщить в Краллик, и Марв, кстати сказать, согласен со мной. Так, Марв?
- Я уверен, что Марв даже не слушал тебя, а соглашался со всем только для того, чтобы ты поскорее оставила его в покое. Я же считаю, что этому отрывку не место в первом письме после пятимесячного молчания.
- Нет, предупредить надо. Ты только представь лица ребят, когда мы спустимся с корабля и скажем: «Эгей, встречайте обновленного Дирка! Он ничего не помнит из своей жизни, но характер у него стал в разы лучше! Подходите, знакомьтесь с замечательным человеком!».
- Надо предупреждать, а не рассказывать в красках! Только посмотри, ты же говоришь, что его украли ученые, живущие в Сиорне, чтобы поставить на бедняге эксперименты. Да ребята поседеют, читая это! Если хочешь предупредить о Дирке, просто скажи, что он случайно потерял память.
- Случайно? Это будет еще хуже! Случайно можно потерять какую-то вещь, но никак не память! Такое еще сильнее испугает ребят, я бы на их месте просто сошла с ума от волнения.
- Ладно, оставим пока Дирка в покое, пошли дальше. Вот скажи мне на милость, ты зачем так подробно описываешь ребят? Это же настоящая ориентировка для специалистов смотрителей! Можешь смело бросать газету и переходить к ним, из тебя получился превосходный следователь. Зачем описывать Рену, Кенту и остальных? Приедем домой и так покажем, у нас же есть духи.
- Я это писала целый час!
- Мои искренние поздравления, но эту часть мы точно не будем включать в письмо. Ты даже не представляешь, сколько раз я слышал подобные слова от Олли! Я считаю, что глупо тратить время на ненужный материал, и включать его в конечный вариант работы я не позволю, нам не нужна вода.
- Это не вода, а описание Сарды и тех, кто нам там помогал!
- Мы через месяц это на словах расскажем!
Слушая пререкания друзей, Марв недовольно щурился. Хотелось заткнуть уши, чтобы ничего не мешало обдумывать новый автомат. В голове у юноши витало множество мыслей, однако они шарахались от каждого громкого слова, произнесенного спорщиками.
Ника проспорила с Лу почти целый день, до тех пор, пока не явился Олли и не предложил компромисс в решении проблемы: общее письмо они напишут вместе, и вложат в общую посылку все то, что хотят сказать оставшимся в Краллике друзьям. Ника поклялась, что не будет особо шокировать приятелей рассказами о приключениях в Сарде, и споры стихли хотя бы на несколько часов, зато ребята принялись приставать к Марву, не давая ему сосредоточиться. Понимая, что сегодня поработать больше не получится, изобретатель присоединился к составлению общего послания в столицу.
- А куда Дирк подевался? – спросил он, наблюдая, как Лу что-то строчит на очередном листе.
- А как ты думаешь? Пошел с Бенту в дом Освалду-сайи, это для него единственная возможность хоть немного пообщаться с Алини. – хмыкнул Олли, широко улыбнувшись. Облокотившись о ствол апельсинового дерева, он добавил: - Боги былые и грядущие, как же я хочу поскорее сесть на корабль и отправиться домой… Я уже устал путешествовать! А еще я безумно соскучился по работе. Интересно, как там наша газета? У меня уже руки чешутся поскорее что-то для нее сделать! Да хотя бы напечатать отрывки из нашего атласа, или еще какие-нибудь записки путешественников. Даже не верится, что через месяц мы будем дома! Вроде как только вчера я подговаривал нас к этому безумному приключению, а вот мы уже и по пустыне побродить успели, и параллельный мир посмотреть, и в неприятности там вляпаться. Какой-то бешеный у нас год получился, вы не находите? Уже хочется спокойствия.
Весь остаток дня ребята провели, составляя письмо в Краллик – от работы они оторвались только когда в саду появился Бенту и пригласил путешественников в дом своего отца на ужин. Вечер прошел в историях и разговорах, а на следующий день Марв, Ника и Лу пошли к океану. Девушка давно уже грезила о нем, мечтала, как окунется в прохладные воды, как будет лежать на горячем песке пляжа, воображала себе шум прибоя о камни и крик чаек. В прошлый раз у нее так и не представилось возможности поплавать, но на этот раз упускать последнюю возможность она не собиралась – когда еще предвидится возможность почувствовать на себе волны океана?
Лу оживился, едва услышав предложение пойти купаться, его водолюбивая душа требовала плавания, о чем красноречиво свидетельствовал Бленд, обернувшийся морской птицей. Мысль отправиться на пляж появилась совершенно случайно, когда Ника, принявшаяся за домашние хлопоты, принялась мечтать вслух. Слова случайно сорвались с ее губ, однако было видно, как загорелся Лу. Очень скоро стало понятно, что парень твердо решил отправиться к океану, и даже травмированная нога не может помешать ему в этом. Изначально все хотели идти на пляж, но скоро Дирк решил опять наведаться в дом к Освалду-сайи, Олли же потянулся следом за ним – ребята решили, что не стоит оставлять парня один на один с прекрасной эхоранкой.
Как же хорошо сидеть на берегу бескрайнего океана, ловить брызги волн, ощущать, как капли быстро высыхают под лучами южного солнца! Кроме троих друзей на пляже не было ни одной живой души, казалось, что эта сказка принадлежит только им. Эхоранцы не ходили купаться, для них океан был чем-то привычным и обыденным, а вот гости из далекого Краллика с восторгом прыгали в белых барашках пены. Едва ступив в океан, Лу и Марв, не сговариваясь, рванули к горизонту. Они настолько легко плыли, что девушка невольно последовала за ними, но очень быстро отстала, в то время как приятели были еще полны сил. Плавала Ника не ахти как, она просто физически не могла тягаться такими опытными пловцами. Плюнув на все, она расставила в стороны руки и ноги, став похожей на звезду, и позволила океану покачивать тело на волнах. Вода была изумительно теплой, она держала человека, не давая ему пойти ко дну, она была нежной, ее можно было сравнить с ласковой хозяйкой, объятиями встречающей каждого гостя.
Волнение океана было сильным, что приводило мальчишек в неописуемый восторг. Хотелось плыть все дальше и дальше, наблюдать за чудным подводным миром, нырять, дурачиться и кувыркаться, достигнуть ярко-синей полоски на горизонте, что четко ограничивала аквамариновое море от лазури небосклона, а затем, чуть-чуть приподнявшись, вскарабкаться наверх, туда, где безраздельно царствовало солнце. Чем дальше ребята отплывали от берега, тем сложнее было сопротивляться накатывающим волнам. Обоих не раз накрывало с головой, друзья, заливаясь хохотом, отплевывались соленой водой. Дно давно ушло из-под ног, приятели ныряли и с восторгом обсуждали мир, населенный рыбами и водорослями, и Марву казалось, что океанское дно не менее загадочно и недосягаемо, чем запустынная Сарда. Сил у мальчишек было много, все-таки переход по Безжизненной очень развил всех в физическом плане, но через двадцать минут и они начали уставать. Первым сдался Лу: молча развернувшись, он, не спеша рассекая водную гладь, направился к одинокой фигурке, покачивающейся на мелководье.
- Как же здесь хорошо. – лениво проговорила девушка, почувствовав, что рядом с ней растянулся кто-то из друзей. Тут, не далеко от берега, прекрасно слышалось, как волны ударяются о песок и камни, как они ворочают ракушки, как призрачные барашки с шипением растворяются, едва попав под палящее солнце, как многочисленные голыши стукаются друг о друга. – Тут так тихо… Так спокойно… Только ты и океан, и никого больше! Даже не верится, что в каком-то километре от нас сейчас находится шумный и бестолковый город. Интересно, а почему эхоранцы до сих пор не используют это место по назначению?
- Они таскают отсюда камни и песок, это отличный строительный материал. – Лу на секунду замолчал, захлебнувшись накатившей волной. Поудобнее устроившись на берегу, он добавил: – А океан и река, впадающая в него, являются дорогой во множество городов Алема. Что еще тут можно использовать для выгоды?
- Как что? Природу, конечно. Неужели тебе не нравится нежиться под лучами солнышка, слушать дуэт волн и чаек, наслаждаться океаном и водой? Мне вообще кажется, что сегодняшнее купание сняло с меня всю усталость, что накопилась за время перехода по Безжизненной. Я как будто заново родилась!
- Мне тут тоже очень нравится, на этом пляже у меня отдыхает и душа, и тело. – сказал Марв, подгребая к болтающим приятелям. На плече у изобретателя, свесив хвост в воду, лежала небольшая обезьянка. – Вот сейчас мы столько проплыли, а я вообще не чувствую усталости, но прекрасно понимаю, что дальше заплыть я бы точно не смог. У меня просто закончилась энергия, как в механизмах завод. Я притомился, но не как в пустыне было, тогда я даже пальцем пошевелить не мог, а сейчас чувствую такое приятное расслабление в мышцах… А еще очень здорово вот так качаться на волнах, меня как будто положили в люльку и укачивают, и океан еще и сладкую колыбельную поет. Честное слово, вот тут я хочу провести старость! Поселюсь на берегу океана с Хильдой, буду делать какие-то механизмы для местных, или предприятие маленькое открою, и будут к нам наши дети с внуками приезжать. Что может быть лучше?
- Вот! – радостно воскликнула девушка. – Марв уже сам высказал мою идею! Нам сейчас тут очень хорошо, хочется так и лежать на пляже, бултыхаясь между берегом и открытым океаном. А как вы думаете, сколько народу захочет испытать что-то подобное?
Немного подумав, Лу пожал плечами.
- Может, и много, только никто не поедет в Эхоран ради пляжа, это слишком далеко. Я вот точно могу сказать, что больше в такую даль не поеду. Трястись целый месяц на корабле ради океана – нет уж, я, пожалуй, чем-то полезным позанимаюсь.
- А если тут будут соответствующие условия? Например если бы мы жили не в крохотном домике, а в гостинице, которая в Сарде у нас была? Эхоран такое изумительное место, он полон колорита и гостеприимства! Я бы с удовольствием проделала еще раз небольшое путешествие, чтобы с комфортом отдохнуть.
Выслушав идею подруги, Лу усмехнулся.
- Для начала нужно что-то придумать с нравами эхоранцев. Их приветливость действительно поражает, но жительницы столицы не станут терпеть, если им в спину будут лететь упреки в распущенности за идею выйти в обыкновенном летнем платье. Уж слишком разные привычки у жителей разных частей Алема! К тому же, что станет с природой, когда тут будет куча отдыхающих? Сейчас Эхоран прекрасен тем, что он похож на одну большую загадку, хранящую миллион секретов, он экзотичный, самобытный, он похож на воплощение сказок. Что с ним станет, когда тут каждый начнет горланить на своем наречии, когда традиции не будут соблюдаться, когда все будут делать что захотят? А пляж этот? Нет, тут надо быть одному, ну максимум в компании лучших друзей. Толпа народу просто испортить все ощущение праздника! Во время отдыха я хочу побыть с теми, кто мне дорог и на какое-то время забыть о городской суете, а ты хочешь позвать сюда половину населения Алема. Да эхоранцы с ума сойдут! Твоя идея, конечно, очень заманчива, но делать большой курорт тут точно не надо.
Ребята еще немного поплескались, а затем медленно стали расходиться в разные концы пляжа. Лу пошел плавать дальше, молодому человеку очень нравилось, что укус змеи в воде практически не ощущался; Марв, еще раз нырнув, выполз на берег и растянулся на песке; Ника же, стараясь не обращать на острые камни у самого берега, получала удовольствие, позволяя волнам обнимать себя. Белая пена накатывалась, освежая нагретую солнцем кожу, обвивала девушку, шепотом звала ее присоединиться к ней в плаванье, тянула в океан, а затем уходила, чтобы позволить своим сестрам поприветствовать гостью.
Друзья провели на пляже полдня, и лишь когда солнце медленно перевалило за полдень жара стала совсем невыносимой, они, выловив Лу и позволив ему обсохнуть, не спеша направились к городу. На этот раз Ника не боялась идти по городу. Она была одела в длинное платье, неприятно плотное после ощущения свободы купальника, а мокрые волосы девушка спрятала под платок. Внешне она ничуть не отличалась от остальных обитательниц Эхорана, но вот только ни одна из них не позволит себе отправиться на пляж в компании лучших друзей. Что за дерзость, где стыд?! Эта мысль заставляла путешественницу улыбаться.
На этот раз прогулка по восточной столице оказалась удачной – никто не оскорблял странную девчонку, не бросал на нее испепеляющие взгляды, она умудрилась смешаться с толпой и ничем не выделяться в общей массе занятых эхоранцев.
До домика ребята дошли достаточно быстро, в рекордные сорок минут. Сидеть в четырех стенах не хотелось: домишко пропускал в себя мало полуденного жара, но и свежего воздуха в комнате практически не было. Складывалось впечатление, будто где-то под полом находятся горячий источник: в помещении было душно, как в бане. Быстренько поставив палатку и организовав легкий перекус, друзья вышли на задний двор, прихватив с собой черновик письма домой. Было решено закончить его до вечера, чтобы выслать его до отбытия из Эхоранского порта, так что споры между Никой и Лу стали особенно жаркими. Марв старался не принимать в них особого участия. Машинально разбирая и собирая очередной гипнокуб, парень подавал голос лишь когда приятели начинали уж слишком громко шуметь.
Спор между друзьями был достаточно яростным, однако Ника сразу притихла, едва в саду Олли и скромно примостился рядом с приятелями. Вид у молодого человека был необычный: парень был очень задумчивым, он не болтал в своей обычной манере, и очень напоминал Марва, когда тот придумывал очередной автомат.
- Что случилось? – тихо спросила девушка, взяв друга за руку.
- Ничего… Ничего не случилось. – покачал головой юноша, встрепенувшись от голоса подруги.
- Олли, на тебе лица нет! Ты таким же ошарашенным был, когда мы Лу откачивали после укуса. Ты не улыбаешься, не смеешься, не стремишься перекричать нас, ты серьезен, как никогда. Скажи, что произошло? Мы же все равно рано или поздно узнаем!
Отложив в сторону ручку и чернила, Лу обратился к приятелю. Голос его был вкрадчивым и умиротворяющим, человеку, говорящему таким тоном, хотелось безгранично доверять.
- Судя по тебе, дельце нехилое. Давай, Олли, выкладывай, что там на душе у тебя творится, будем вместе решать, что делать с этой проблемой.
Немного посидев в тишине, молодой человек проговорил невероятно серьезным голосом:
- Дирк прокололся. Я думал у него мозгов хватит, что он все понял и не будет подводить нас, так нет, чувства у него, видите ли, полностью перекрыли глас разума!
- В каком смысле прокололся?! То есть ты хочешь сказать, кто-то в доме господина Освалду узнал, что он глаз на Алини положил?
- Именно!
- Так, я ничего не понял. Каким образом это произошло? Мы можем обернуть это в нормальное русло? Ругаться с Освалду-сайи я совершенно не хочу, он нам очень помог, не хватало еще вызвать его гнев. Что там у вас случилось?
- Мы вчетвером сидели, я с нашим влюбленным и Бенту с сестрой. – принялся объяснять ситуацию Олли. Друзья слушали его очень внимательно – даже Марв совершенно забыл про валяющиеся вокруг него шестеренки. – Сначала все нормально было, мы болтали, смеялись, обсуждали наши традиции, искали в них общее и различия, Алини про всякие поверья рассказывала – кстати, она действительно изумительный собеседник, я бы и не подумал, что такая на вид скромница может так много знать и так интересно думать. Потом Бенту попросил ее принести еще инжира и лимонной воды, а Дирк кинулся ей помогать. Я как раз только начал рассказывать про мелкие общности Краллика, вроде эхоранской общины, решил, что если оставлю наших голубков на минутку то ничего не случится. Но прошло минут пятнадцать, я уже и говорить закончил, и Бенту успел еще раз восхититься Кралликом, а их все нет. Мы подумали немного, куда там они запропаститься могли, вроде до сада идти всего два шага, посидели еще минут пять, потом пошли их искать. Вышли во двор – а они там под деревом стоят, думать про инжир с финиками забыли, только друг другом заняты.
Выслушав друга, Лу сдавленно застонал.
- Олли, ты же специально пошел с Дирком, чтобы вот этого не допустить!
- Я знаю, знаю! Мне правда очень стыдно, хотя тут краснеть совсем не я должен! Ну заболтался я, вы же знаете, со мной такое бывает. Кто же мог подумать, что он решит именно сейчас воспользоваться случаем?!
- Ты же заешь, что он без ума от Алини! Ни один нормальный парень не стал бы упускать случая, чтобы побыть наедине с возлюбленной! Ладно, где этот романтик недоделанный? Они же под деревом стояли? Отлично! Можно сказать, что галантный молодой человек просто помогает девушке собирать фрукты, корзинка уж слишком тяжелая для ее ручек. Прокатит такая версия?
- Боюсь, что нет. Я же говорю, они были слишком заняты друг другом, ни на что внимания не обращали. Оказывается, Дирк и сам приглянулся своей избраннице, можно сказать, встретились родственные души. Помните, какими взглядами они обменивались в наш первый вечер пребывания в Эхоране после пустыни? Ну так сейчас он позволил себе поцеловать ее, а она, похоже, и не думала отстраняться от него, так что тут уже не выкрутишься так просто.
- Идиот несчастный! Я же говорил ему, что нельзя даже смотреть на нее, тут это просто запрещено! А он целоваться вздумал! Ой, мамочка моя родная… Ребята, мы в больших неприятностях! Будет вообще счастьем, если мы вернемся домой на том корабле и в первоначальном составе! В Эхоране же нельзя вот так целовать девушек до замужества, даже если у тебя готова кругом идет от любви! Дирка могут осудить за совращение дочери очень, очень влиятельного человека! Так, ладно, может все не так уж и плохо… Кто еще видел их вдвоем?
- Только я и Бенту. Кстати, Лу, у тебя есть какое-нибудь средство от синяков? Бенту как увидел их вдвоем, так и двинул Дирку с разворота в живот. Я его прекрасно понимаю, сам точно так же поступил в аналогичной ситуации, но, похоже, нашему воздыхателю восточных красоток крепко досталось, я еле оттащил от него разъяренного парня. Насколько же эхоранцы страшны в гневе!
- Ой, боги былые и грядущие…. Мы точно вернемся домой?
- Мы – точно, Дирк – не знаю. Понимаете ли, тут у них такая система действует, что даже если парень с девушкой любят друг друга, им нельзя ничем показывать свои чувства до самой свадьбы, даже прикасаться можно только к рукам. Поцелуи являются нормальным явлением в Краллике, а тут это что-то ну прям очень постыдное, так что наше чудо невольно нарушило очень серьезный запрет. Освалду-сайи может подать на него в суд, и если Дирка признаю виновным, а его признают виновным в совращении женщины, ее растлении и вообще в недостойном поведении, то его уже на следующее утро отправят или к змеям, или к скорпионам, или вообще отрубят голову.
- Этого нам еще не хватало… - простонала Ника, взявшись за голову. – Может быть, все-таки без таких мер обойдутся? Дирк ведь ничего этакого не хотел, да и Алини, судя по всему, без ума от него…
- Даже не знаю… Тут смертная казнь практикуется повсеместно, человека могут лишить жизни за малейший проступок. Якобы, таким образом по всему востоку Алема поддерживается дисциплина и верность традициям, на деле народ просто боится нарушить тот или иной запрет.
- Боги… Может, мы спрячем Дирка в палатку и перенесем так на корабль? Пусть посидит там до самого Краллика, но, по крайней мере, его никто не казнит! Так, ладно, что там дальше было?
- Алини убедилась, что с ее ненаглядным все в порядке и набросилась на братца с упреками. Я ни слова не понял из ее монолога, но, судя по всему, она готова защищать Дирка. Жаль только, что слово женщины в Эхоране мало чего стоит! А Бенту как пришел в себя после вспышки ярости, так сразу велел нам идти к Освалду-сайи, причем и Дирку, и мне. Дирк же совсем убитый стоял, никак не мог хоть что-то сказать в свою защиту, но потом все-таки сумел прорваться. Ну там все по стандартному сценарию: он любит Алини, просто жить без нее не может, готов хоть в Эхоране остаться, лишь бы быть рядом с ней, может и жизнь отдать ради красавицы, если потребуется. Бенту притих сразу, перестал скандалить, мы стали уже более конструктивно решать проблему. Оказалось, что и Алини точно так же влюбилась в Дирка, говорила о нем целыми днями, прожужжала брату все уши, а последний месяц вообще каждодневно слезы по нему лила. Ну созданы они друг для друга, смотришь на них вместе и понимаешь – какими бы разными они ни были, они буквально дополняют друг друга. Мы немного подумали, и решили, что самым лучшим вариантом будет посватать нашего Дирка к Алини.
- Скажи мне, вы долго думали? – поинтересовался Лу спокойным голосом, однако Ника прекрасно понимала – друг с трудом сдерживается, чтобы не наговорить лишнего. Олли же принял слова приятеля за чистую монету.
- Ну наверное около часа. Были еще несколько вариантов, но там Дирку обязательно что-нибудь да отрежут.
- Олли, Дирку нельзя жениться на Алини!
- Почему?
- Да потому что он краллец, непонятно кто, у него даже права на фамилию нет, а она – эхоранка, дочь одного из влиятельнейших торговцев! Ее отец советник правителя Эхорана, а вы собрались оправить Дирка просить руки его дочки!
- Мы не собрались, мы уже отправили. Я же говорю, мы вместе ходили к Освалду-сайи, просили, чтобы нашему Дирку позволили взять в жены Алини. Я свидетелем был при этом заговоре, доказывал, что он приличный человек, и что за всю жизнь даже мухи не обидит, а еще меня попросили подтвердить, что он сможет обеспечить семью в финансовом плане. Если Освалду-сайи буде спрашивать – Дирк владелец «Первой газеты», а также очень перспективный художник. И еще имеет очень много полезных связей в управлении одного из чертогов Краллика.
- Вы наплели лапши на уши Освалду-сайи?!
- Ни в коем случае! Дирк же серьезно один из учредителей и владельцев «Первой газеты», и художник он замечательный, это становится понятно как только ты на его работы посмотришь. К тому же он так проникновенно рассказывал о своих чувствах, что, мне кажется, даже камни бы расплакались, обратись он к ним. Господин Освалду слегка обалдел, когда мы пришли в его кабинет с такой вот просьбой, но особо бушевать не стал, мы же не говорили, что Дирку, видите ли, захотелось по-свойски показать девушке свое расположение.
- Это же настоящее самоубийство! Дирк не имеет права просить руки такой девушки, они же разного социального уровня, разных верований, разных традиций… Да они вообще разные, даже если внешне посмотреть!
- И что дальше? Это все условности, главное, что они любят друг друга. Как можно разлучать такую пару? Пока меня не выставили за дверь, все шло как по маслу: Дирк был собран, у него прям в глазах читалось, как сильно он любит Алини, а Освалду-сайи даже и не думал злиться на него. Мне кажется, у нас есть все шансы вернуться в Краллик с восточной красавицей! Меня же как свидетеля позвали, я подтвердил, что Дирк замечательный человек, а потом и меня, и Бенту выставили за дверь, якобы хозяин дома хочет переговорить с претендентом с глазу на глаз.
- Нам точно вернут Дирка полностью, а не в разобранном состоянии? – спросил Марв дрогнувшим голосом.
- Пока вроде до поножовщины не дошло, они говорили тихими, спокойными голосами. Мы чуть-чуть подслушали их беседу, но так ничего и не услышали. Бенту сказал мне по секрету, что Дирк – самое настоящее спасение для Алини. Она… Ну, как бы сказать… Не совсем правильная девушка, по меркам Эхорана, естественно. Ника уже несколько дней воет, что ей тут дышать нечем, что у нее буквально голова взрывается от обилия запретов и догм по отношению к прекрасному полу. Женщинам запрещено вмешиваться в дела мужей без особого на то основания, а Алини не только постоянно лезет в лавку к отцу, но и соображает в торговле получше Бенту. Он безумно любит сестру, и очень переживает, что она вот так странно себя ведет. Для него такое поведение приемлемо, тем более когда дело касается обожаемой сестрички, но вот остальные эхоранцы не готовы настолько отходить от традиций. Они считают, что девушка должна сидеть дома, воспитывая ораву детей и что в «мужские» дела она не должна совать нос. Вообще, в характере у Алини мало смирения. Да, в присутствии отца и матери она, как и положено приличной девушке, сидела со скромно опущенными глазами, мало говорила, была настоящей тенью себя самой, но когда мы общались с Бенту, и когда кроме него и нас никого вокруг не было, она как будто преображалась. Все целомудрие уходило на второй план, она весело болтала, живо рассказывала об особенностях эхоранской культуры, а еще она смело строила Дирку глазки. Наверное, после этого он и заболел восточной красавицей! Для эхоранской девушки это неслыханная дерзость, и именно поэтому никто не проявляет особого желания взять в жены такую девицу. Кому хочется, чтобы жена имела свое мнение? В Эхоране это не приветствуется, так что весь ее ум, так ценимый в Краллике, тут становится настоящей бедой. Алини уже девятнадцать исполнилось, а на горизонте нет ни одного жениха. Бенту сказал, что Освалду-сайи планировал еще годик подождать и именно впихнуть ее какому-нибудь перспективному человеку.
- Кошмар какой! – ахнула Ника, представив себе такую картину. – Это же просто бесчеловечно! Насильно отдать свою собственную дочь за какого-то там незнакомца, который, может, будет в отцы годиться несчастной девушке! Боги былые и грядущие, как же я ненавижу такое скотское отношение к женщинам! Складывается впечатление, что местные жители относятся к ним как к своей собственности, которую можно спокойно продать за лучшую цену!
- Ника, не шуми! Мы все уже слышали твою тираду не один раз, и мы целиком тебя поддерживаем! Да, тут серьезно полная власть мужчин, женщины должны оставаться в тени, но поверь, их действительно обожают. То, что им ничего нельзя – следствие заботы о них самих, таким образом мужчины оберегают своих жен от опасностей внешнего мира. Что поделать, другая культура! Умоляю, давай сейчас не будем поднимать эту тему, у нас и без этого проблем хватает. Так вот, как я уже сказал, Освалду-сайи очень любит всех своих детей, и в частности Алини – она у него самая младшая. И так как двадцатилетней девушке стыдно ходить без мужа и даже без перспектив, что кто-то возьмет ее в жены, господин Освалду, как любящий отец, решил сразу разрешить две задачи: и дочурку пристроить, и зятя перспективного найти. Естественно, Бенту это не особо нравится, он приверженец политики, что человек должен жениться исключительно по любви. Конечно, стерпится – слюбится, тут большинство женщин по такому принципу живут, но все же для своей сестренки он хочет чего-то иного. А тут такой случай подворачивается! Из далекого Краллика приезжает парень, который с первого взгляда умудряется влюбиться в Алини, да и она сама к нему не равнодушна. У нас есть предпосылки к созданию крепкой семьи!
- Боги, ну это же невозможно! – воскликнул Лу, когда рассказ приятеля подошел к концу. – Как, ну как можно создать семью с человеком, знакомым тебе лишь несколько дней?! Можно влюбиться, можно почувствовать интерес друг к другу, но не просить же сразу руку и сердце! Нет, я категорически отказываюсь принимать такое! Прося девушку выйти за тебя, ты должен быть уверен, что вы действительно подходите друг другу, иначе после свадьбы будет не жизнь, а сплошные мучения. Вот что Дирк будет делать, если у них чувства остынут? Даже в Краллике разводы не поощряются, а уж в Эхоране тем более, тут за такое, наверное, сразу голову отрубают обоим супругам. И Дирк будет страдать, будет жить с Алини, даже если больше не будет ее любить, потому что он как минимум хороший человек. Вы хоть понимаете, на что мы толкаем парня?!
- Если бы Дирк понимал, что может разлюбить Алини, он бы не стал рисковать и объясняться с ней. Я лично просто уверена, что они будут нежно любить друг друга, и что все у них будет как в сказке.
- Ты путаешь понятие «влюбленность» и «любовью». Это же совершенно разные вещи! Я просто уверен, если бы Дирк все-таки утерпел и вернулся в Краллик, он бы уже через пару месяцев и думать забыл про Алини. Не спорю, она красавица, но и дома можно было бы кого-то встретить, того, с кем можно построить серьезные, долгие отношения на всю жизнь.
- Зачем ему другая девушка, когда уже есть Алини? Дирк ее никогда не разлюбит, он же по уши влюблен. Вспомни, что было первым воспоминанием нового Дирка, когда мы только вырвали его из лап Кириши Сейгу? Алини! Да, мы слегка помогли ему, показали картинку, но имя-то он сам назвал! У человека память вообще чистая была, там у него не было ни одного воспоминания, однако возлюбленная умудрилась просочиться в его сознание. Это ли не доказательство, что они серьезно созданы друг для друга?
- А чувства Алини? Ты сама уже третий день орешь, что в Эхоране наплевательски к женщинам относятся, что их мнение тут ни во что не ставится, однако с восторгом приняла известие, что несчастную девочку отдают за едва знакомого парня из другого, далекого города.
- Она его ждала, ночами рыдала! Ты бы видел, как она сияла, едва увидев, что Дирк жив и здоров. Я такого счастья еще ни на одном лице не видела! И еще мне кажется, что наш Дирк, молодой красавец из чудесного Краллика куда лучше какого-то старикашки, за которую ее могут выдать. Она его любит, просто не знает, как свои чувства показать, ей же с детства твердили, что все это очень личное, постыдное.
- Вот, еще один аргумент против этой сумасшедшей затеи. Они же совершенно разных традиций! То, что нормально для нас, неприемлемо для Алини, а то, к чему привыкла она, кажется диким для жителей Краллика. Вот предположим, что они поженятся, и что дальше? Тут будут жить, или в столице? И в том, и в другом случае один из них будет страдать: Дирк, подобно тебе, не принимает местной строгости, а Алини будет как на иголках жить в распутном Краллике. У них по каждому вопросу разные мнения, это тоже не способствует нормальной семье.
- Вот тут ты совсем не прав. – прервал спорщиков Олли. Молодой человек не влезал в перепалку Ники и Лу, прекрасно понимая, что может попасть под горячую руку с обеих сторон, однако почувствовав, что страсти начали остывать, снова вернулся в разговор. – Во-первых, эхоранских женщин, и Алини в том числе, отличает удивительная способность приживаться в любых условиях. Девочек с ранних лет очень строго воспитывают, они, наверное, впитывают неприхотливость с молоком матери.! Жених наш видный, так что тут проблем возникнуть не должно. Во-вторых, даже если Дирку и придется провести какое-то время в Эхоране, он сумеет пойти на любые жертвы ради любимой, но и тут трудности я не вижу – насколько я знаю, жены переезжают из родительского дома к мужу. Что поделать, если муж живет в тысяче с гаком километров от сюда? Ну и в-третьих, Алини буквально грезит Кралликом, она мне все уши прожужжала, рассказывая, как сильно мечтает побывать там. Не поверишь, они с Бенту один раз планировали пробраться тайком на корабль, чтобы хоть одним глазком взглянуть на столицу, так что она будет только рада, что ее заберут туда, где нет постоянного надзора и вечных запретов.
- И все равно это сумасшествие! Просить руки девушки после нескольких дней знакомства – что может быть глупее?
- Так или иначе, это единственный приемлемый вариант решения проблемы. В противном случае с Дирка в буквальном смысле спустили бы шкуру, а кому это надо? Бенту не мог промолчать, а тут ему подвернулся случай отдать сестренку за того, кто серьезно будет любить ее. Новый Дирк буквально боготворит Алини, чувствую, что он за ней еще лет этак тридцать бегать будет, у него теперь есть такое в характере. Ну а она сама, как правильно заметила Ника, будет счастлива жить с тем, кто относится к ней как к женщине, а не как к красивой игрушке.
- А может такое случиться, что Освалду-сайи ответит ему отказом? – подал голос Марв. – Скажет, что не собирается отдавать дочь за странного парня, приехавшего из Краллика и пропавшего на пять месяцев в пустыне? Поставь себя на его место! Я бы на его месте сто раз подумал, позволять ли этому подозрительному типу забрать мою дочь. Но я надеюсь на лучшее! Ника много всего наговорила, и мысли Лу мне тоже понравились, но лично мне больше по душе теория чувств. Раз Дирк и Алини любя друг друга – так чего тянуть? Пусть они серьезно будут вместе, это же так прекрасно. Мир стал бы куда красивее, если бы люди не заморачивались всякими догмами, правилами, общественным мнением и прочей ерундой, а просто любили бы друг друга и были счастливы?
- Ну раз ты так думаешь – взял бы да сделал предложение своей девушке. – сердито посмотрел на приятеля Лу. Спор с Никой сумел вывести его из равновесия, так что слова Марва как будто подлили масла в огонь. – Вы же буквально созданы друг для друга, готовы всю жизнь рука об руку пройти, у вас же «любовь»! Что же ты тогда тянешь? Шел бы к Сэму Селедочнику и поговорил с ним о помолвке с Хильдой! Как ты выразился, чего тянуть? Создавайте семью и будьте счастливы! Вот, ты отводишь глаза, и правильно! Ты же нормальный парень, понимаешь, что этот вопрос за несколько месяцев не решается, надо как минимум несколько лет встречаться, и трезво отличать любовь от привязанности, влюбленности и прочего.
- Вообще-то я хотел сделать Хильде через пару месяцев предложение. Ну, как через пару месяцев, я планировал примерно до октября просто повстречаться с ней, а потом, если мы все так же будем любить друг друга, попросить у нее руки и сердца. Так что своим путешествием в Сарду Олли умудрился слегка подпортить мою личную жизнь!
- Что, серьезно? Марв, вот тут ты не шутишь? Ты серьезно планировал жениться?!
- Ну а что в этом такого? Люди, знаешь ли, вступают в брак, если понимают, что им хорошо вместе, это нормальное явление. И я безумно рад за Дирка, что он повстречал свою любимую, пусть и увиделись они в далеком Эхоране.
- Ты же вчера со мной за одно был!
- Это было вчера, я не знал, свободна ли Алини и как она вообще относится к Дирку, я не хотел, чтобы он разбивал свое сердце. Но раз они серьезно любят друг друга, если они умудрились влюбиться за несколько дней – так почему бы и нет?
- Сумасшествие. – проворчал Лу, сердито облокачиваясь о ствол дерева. Он так и не признал свое поражение, но ребята прекрасно поняли, что парень зашел в тупик. Принимать мнение друзей он не собирался, но и придумать новых аргументов в свою защиту не мог – ему как будто поставили шах. Проигрывать юноша не привык, так что решил просто сделать вид, что в споре взята временная пауза. Однако удержаться от последнего слова было выше его сил – сев поудобнее, он добавил: – Все это чистой воды авантюра! И идея отправляться в Сиорн, и то, что мы приплыли в Эхоран, и эта спонтанная женитьба Дирка. Если первое еще куда ни шло, то вот свадьба – это вообще отдельная песня! Ребят, ну поймите вы, это же не шутки, он же возьмет в жены девушку, которая ему просто приглянулась! Не спорю, у него мог возникнуть какой-то интерес к ней, все-таки Алини серьезно писаная красавица, но они ведь собрались семью создавать! Простой влюбленности для этого мало.
- Ну, может строгому редактору «Первой газеты», лишенного чувств и способности влюбляться, этого и мало, а вот живому Дирку этого вполне достаточно. – Ника подобралась, готовая снова пуститься в бой, но Олли успел задушить спор в самом начале:
- Так, все, хватит! Вы сейчас по второму кругу пойдете, мы уже один раз слышали ваше мнение по этому вопросу, на этот час пока достаточно. Успокоились оба! Боги, как я соскучился по такому – разнимать споры Лу с какой-то девчонкой. Такая встряска!
- И все равно я за них безумно рада – Дирк и Алини любят друг друга, это самое прекрасное, что человек испытывает. Привязанность к кому-то другому, желание постоянно быть рядом, видеть улыбку любимого, стараться поработать того, кого обожаешь… Это же настоящее чудо! Жаль, что тебе такого не испытать!
- Ника, угомонись уже! Это как минимум не честно, ты переходишь на личности, это выходит за рамки ведения конструктивного спора. Все, закрыли тему. О, раз мы в Эхоране, то я запрещаю тебе спорить с Лу. На три дня пока мы тут и я официально могу давать тебе свои приказы, а потом можете драть глотки сколько хотите.
- Интересно, что там с Дирком делают? – тихо поинтересовался Марв через некоторое время. Солнце село, наступили сумерки, и друзья перебрались из сада в дом. Ребята жили в некотором отдалении от шумных улиц, до них долетал лишь смутный гул большого города: голоса людей и животных, музыка, крики с рынка – все сливалось в единую какофонию. Под окном пели цикады, казалось, что насекомые находятся прямо в комнате. Спокойствие нарушал непрекращающийся писк: пусть Ника с Лу и пошли на мировую, спутники их решили перейти к активным действиям. С громким чириканьем и рычанием по полу катался комок из двух тел, остальные же просто наблюдали за потасовкой со стороны. Гладя верного пса, изобретатель повернулся к товарищам. – Что он так долго? Мне казалось, такие вопросы достаточно быстро улаживаются… Он же там уже сидит несколько часов! Лу с Никой успели поругаться-помириться, а от него новостей все нет. Ребят, с Дирком точно все в порядке?
- Я надеюсь, что да. Я же говорю, несколько часов назад, когда меня выставили, там все нормально было, Освалду-сайи сам радовался тому, что кто-то к Алини посватался. Может, в данный момент там объявляют о своем решении? Мы же не знаем всех традиций, может, в Эхоране помолвка целый день занимает?
- Я волнуюсь за Дирка. А вдруг с ним что-нибудь случится? Он после промывки мозгов совсем другим стал, куда приятнее, спокойнее, наивнее. Если что-то не так пойдет, и его все-таки решат казнить?
- Не поднимай панику раньше времени. Знаешь ли, у меня душа тоже не на месте, я, как и ты, волнуюсь. Давайте так поступим: подождем еще часок, а потом, если ничего не изменится, сами пойдем к Освалду-сайи. Дирк наш друг, нам не безразлична его судьба!
На том и остановились. Марв попробовал было уговорить товарищей прямо сейчас наведаться в дом благодетеля, но все поддержали идею Олли, так что избирателю пришлось снова опуститься на кровать, беспокойно поглядывая на потолок. Ощущая волнение хозяина, Ридли принялся чуть слышно поскуливать, недовольно ворча, когда комок из Мирры и Бленда подлетал слишком близко к нему. Время еле тянулось, казалось, что секунды превратились в часы. Ребята не находили себе места. Хотелось чем-то заняться, но каждое начинание буквально валилось из рук.
Наконец, когда стрелки часов приблизились к отметке «семь», путешественники один за другим повставали с кроватей. Олли, потягиваясь, поставил палатку, Марв принялся наводить в домишке хотя бы намек на порядок, Ника же помогала Лу делать перевязку, от их спора не осталось и следа. Когда путники были готовы уже выйти в вечерние сумерки, в дверь постучали. На пороге стоял Бенту, по его широкой улыбке можно было понять, что все прошли как задумано.
- Вы уже собрались? Замечательно! Отец велел прийти за вами, вы же вроде как гости, к тому же друзья Дирка. У нас сегодня праздник, вы приглашены на семейное торжество! Пошли скорее, мне еще надо братьев обегать, а они, знаете ли, по всему Эхорану живут.
- Что сказал твой отец?
- Все замечательно! Матери не особо понравилось то, что Алини выдают не за эхоранца, но отцу Дирк понравился, он считает, что если молодые люди любят друг друга, то они должны быть вместе. Великий человек!
- То есть Дирку больше ничего не угрожает? Ни отрубание головы, ни скармливание змеям или скорпионам, ни еще какой-то вид казни?
- Нет, что ты! Он же честно попросил руки Алини, его ни в чем нельзя обвинить. А их маленький секретик мы с Олли решили унести с собой в могилу. В Краллике такое, может, и считается нормальным, а в Эхоране за подобное могут наказать обоих. Я не хочу больше думать о плохом, у нас же сегодня праздник! Сегодня сговор моей любимой сестренки с замечательным человеком! Сегодня надо поздравлять счастливую пару, сегодня нельзя говорить о горе, это у нас очень плохая примета – якобы, в таком случае в семье будут раздоры. Так, я передаю вас на попечение родителей, а сам побежал дальше – мне как минимум в три места надо заглянуть за час!