В Новосибирской области в 1990 году появилась на свет Наталия — дитя, рождение которого стало для родителей настоящим праздником.
«Они ждали её с огромным нетерпением. После появления дочки отец настолько влюбился в неё, что стал более спокойным, взял себя в руки. Мама, конечно, тоже старалась…»
— поделилась бывшая соседка семьи.
Однако детство и юность девушки прошли в тяжёлых условиях: семья жила в бедности, а окружение было наполнено криминалом. Уже подростком она оказалась в среде, где «тюремная этика» заменила все нормы морали.
В начале 2000-х годов семья переехала в село Форпост-Каргат. Там Наташа познакомилась с Закиром Мутогаровым — молодым человеком, уже в 15 лет осуждённым за разбой. Между ними завязались отношения, но вскоре Закир снова попал за решётку.
В 2013 году, выйдя из тюрьмы после очередного срока, он возобновил общение с Натальей. В 2014 году у пары родился сын — Вова. Однако радость от рождения ребёнка не принесла счастья: отношения были исполнены конфликтов, агрессии и насилия.
Когда мальчику было три месяца, Закир, находясь в нетрезвом состоянии, поджёг дом, где жила семья. За это преступление он получил два года лишения свободы.
Через полтора года, выйдя на свободу по УДО, он попытался вернуться к семье, но восстановить отношения не смог. Следующий конфликт закончился новым преступлением: в пьяном виде Закир разбил окна в доме, затем ограбил магазин, похитив водку, коньяк, сигареты и колбасу. Его снова арестовали и отправили в колонию — связь с Натальей была окончательно оборвана.
Позже Наташа начала отношения с Иваном Баклановым, имевшим в прошлом судимости за кражи и хранение наркотиков. Пара переехала в посёлок Кудряшовский под Новосибирском, где у них родились две дочери.
«Ей всё время говорили: „Ты что, не натерпелась от этих уголовников? Зачем ты тянешься к ним? Разве обычных мужчин мало? Тебе же не понятно? У тебя дети, они всё видят!“ На что она отвечала, что это её сознательный выбор, ей нравятся такие мужчины, не надо к нам лезть, мы хорошо живём»,
— рассказала подруга Натальи.
В 2018 году Закир снова вышел на свободу. Сразу отправился к сыну, который в тот момент был у родственников. Мальчик рассказал отцу, что отчим его бьёт. Закир позвонил Наталье, устроил скандал и пообещал расправиться с Иваном.
«Он кричал ей в трубку, что выследит и убьёт. Он мог это сделать на деле…»
— поделилась Мария, подруга женщины.
Однако расправы не произошло: Наталья тайно забрала ребёнка, сменила номер телефона и исчезла. Вскоре Закир снова оказался в тюрьме — на этот раз за поджог сена у соседки.
Жизнь Вовы в новой семье стала настоящим кошмаром. Иван Бакланов относился к мальчику с ненавистью: считал «чужим», полагал, что у него задержки в развитии, а биологического отца презирал — тот занимал низкую позицию в криминальной иерархии. Это презрение перекинулось и на ребёнка.
Иван систематически избивал Вову шлангом, шумовкой, лопаткой, запирал одного в квартире, лишал пищи и воды. Мальчик терял вес, становился замкнутым. Мать, Наталья, не только не помогала, но и порой участвовала в издевательствах.
Иногда она жаловалась соседям и просила вызвать полицию, когда Иван нападал на неё и ребёнка, но сама не предпринимала мер. Соседи обращались в опеку и полицию, но их заявления оставались без внимания — приходили лишь визиты и формальные ответы, ребёнка не забирали.
Однажды мальчик попытался сбежать и упал с балкона второго этажа, получив тяжёлую травму спины. После этого его забрала к себе бабушка — мать Натальи. Вова начал «оживать»:
«Вовка у меня „ожил“, стал есть по-человечески, улыбался, тянулся к людям»,
— рассказала бабушка.
Но, несмотря на жестокое обращение, он сильно скучал по матери и просился к ней.
Бабушка, стремившаяся лишить Наталью родительских прав и забрать мальчика, однажды поверила просьбам и оставила его с матерью на двое суток — и это стало роковой ошибкой.
19 марта 2021 года утро для Натальи и Ивана прошло как обычно — с употреблением алкоголя. К вечеру, будучи пьяными, они решили «провести воспитательную работу» с Вовой, назвав его «тупым», «непослушным» и плохим учеником.
Мальчику приказали встать в угол, дали в руки книжку «101 далматинец» и велели читать вслух. Он старался, но от страха запинался, заикался, голос дрожал. Это лишь усилило агрессию: сначала начали кричать, потом — избивать — руками, ногами, куда придётся, всей силой…
Ребёнок звал на помощь, плакал, но вскоре замолчал — его тело не выдержало ужасных ударов.
Осознав, что осталась одна, «мать» вызвала полицию, надеясь оправдаться.
Прибывшие сотрудники обнаружили мальчика мёртвым: тело, покрытое синяками и отёками, лежало на кухне в луже крови. Рядом — младшие сёстры, которых экстренно изъяли и поместили в дом ребёнка.
На первых допросах Наталья лгала: утверждала, что ушла в город, а вернувшись — нашла сына мёртвым. Но соседи, слышавшие крики, утверждали, что она оставалась дома. Иван тоже пытался отрицать вину, говоря, что ударил пару раз и ушёл спать.
Выводы судмедэкспертов были однозначны:
«Удары наносились одновременно двумя лицами — Натальей и Иваном. У ребёнка было не менее 55 ударов. Разрушены внутренние органы (печень, селезёнка, кишечник), сломаны шесть рёбер, вызваны массивные кровоизлияния, приведшие к смерти».
Следствие началось сразу, и 29 марта 2021 года стартовал судебный процесс. На скамье подсудимых оказалась троица:
Наталья Мутогарова, Иван Бакланов и Анна Головач — бывшая сотрудница органов опеки, проигнорировавшая многочисленные сигналы о насилии.
Удивительно, но в зале суда под стражей оказался и биологический отец ребёнка — Закир Мутогаров. Хотя он выступал потерпевшим, в тот момент он сам находился под следствием по другому делу.
Это редкий случай, когда в суде одновременно находятся и обвиняемые, и пострадавший — все под стражей, хотя и в разных камерах.
В ходе процесса выяснилось, что Наталья не просто знала о насилии — она активно участвовала в нем. Органы опеки, несмотря на множество обращений соседей, ничего не предприняли.
На заседании Закир, охваченный гневом, кричал Ивану:
«Я сделаю всё, чтобы оказаться в той же тюрьме, что и ты, и отомщу за сына — я убью тебя!»
14 февраля 2023 года суд вынес приговор:
Иван Бакланов — пожизненное заключение в колонии особого режима;
Наталья Мутогарова — 14 лет в колонии общего режима;
Анна Головач — 2 года условно за бездействие, повлекшее трагедию.
Через несколько месяцев в СМИ поступила информация, что Наталья умерла в СИЗО, повесившись на простыне. Однако позже это было опровергнуто:
«Мутогарова жива и здорова, находится в колонии, активно сотрудничает с администрацией».
Маленького Вову хоронила бабушка и большое количество незнакомых людей. Из воспоминаний очевидцев:
«Даже мужчины из посёлка не могли сдержать слёз, увидев, во что превратилось лицо ребёнка. Даже грим не помог скрыть ужас...»
Потрясённые соседи установили в подъезде небольшой мемориал — лампадку и фото Вовы.
Каждый год 19 марта кто-то приносит туда цветы. До сих пор все вспоминают о маленьком мальчике, который просто скучал по маме — и заплатил за это жизнью.