Раз уж речь зашла о Жизели, поговорим о её семейном положении. Пьяный мужчина без трусов, утверждающий, что он «из ментовки» оказался её безработным сожителем. Мужчина этот сбежал в наш город из соседнего государства, чтобы не стать жертвой военных действий. У него не было ни прописки, ни работы, ни денег. Зато у него была белокурая Жизель, которая разрешала ему жить в его комнате. Его это вполне устраивало, тем более что сосед Жизели умел готовить «натурпродукт», а сожитель его охотно употреблял, предоставляя Жизели возможность оплачивать свои маленькие мужские слабости. Второй мужчина и женщина, одетые более прилично и менее пьяные, оказались сыном Жизели, на тот момент несовершеннолетним, и его невестой, тоже подростком. Хотя и выглядели оба лет на 25.
Перечитываю свой же текст и удивляюсь, как при таких исходных данных у меня получалось сдавать мою комнатку и даже получать за это какой-то доход.
После последней квартирантки, пожилой одинокой женщины со странностями, заниматься квартирантами я не хочу совершенно. Но коммерческая деятельность – деятельность творческая. И, пока комната на продаже, я думаю в сторону того, что её можно было бы показывать за деньги. Водить небольшие экскурсии для тех, кто сам когда-то жил в таких комнатах и хочет вспомнить молодость. Или для тех, кто в них никогда не жил, но хочет посмотреть, как это. И не только посмотреть, но и потрогать и понюхать.
Но будет ли спрос?
