Печальная история Олеля
Хозяйка рисовала портрет михрюток, а они ей в это время историю рассказывали. Оказывается, почему михрюткам нельзя в зеркало смотреться – зеркало на них волшебным образом воздействует. Если один раз быстренько заглянуть, еще ничего, просто звон в ушах. А если долго будешь смотреть, то затянет тебя в зеркало, как в омут. А каково в зеркале-то жить – холодно, одиноко! Хорошо, если кто-нибудь в него смотрится, а если нет? Совсем одичаешь!
– А что же, выбраться обратно никак нельзя? – спросила Хозяйка.
Есть, говорят, какое-то волшебное средство, но михрютки его не знают. А узнать как раз очень нужно, потому что давным-давно жил в Мальцеве михрютка по имени Олель. Он тоже был из народа Алефаля и Элизеля, только обмихрютился гораздо меньше, чем они. Светлый был, как рыбка. И крылышки сохранил. Летать, правда, не мог – только вспархивал. Жил он в большом и богатом доме: два этажа, множество комнат, потолки лепные, полы цветные, наличники резные. Перед домом липы росли, а михрютки очень любят, как липовый цвет пахнет.
Весело было в доме, дружно. Хозяин дельный, справный. Он, говорят, в самый город Париж на Всемирную выставку ездил. Хозяйка милая такая, ласковая. Детишки хорошие, приветливые. Но исчезли вдруг Хозяева, неведомо куда делись. Дом сразу как-то обветшал, и липы засохли. Появились в доме совсем другие люди – грубые, шумные: сапогами стучат, криком кричат. Дым от них идет, вонь. Бедный Олель ничего понять не мог. Сначала все ждал, что счастливое время вернется. Нет, не возвращается. И в других домах все наперекосяк пошло: кого-то выгоняют, на телегах куда-то вывозят, новых в чужие дома поселяют, а то возьмут и сожгут избу. Великая смута настала.
Те михрютки, что покрепче, затаились: пересидим, думают. Но Олель – натура тонкая, всех этих безобразий никак вынести не мог. Пошел он в отчаянье к зеркалу и полностью взеркалился. А дней через пять один какой-то в сапогах проходил мимо и в зеркало невзначай заглянул – прыщ у него зачесался. Смотрит и видит: над левым ухом у него что-то светленькое порхает. Ну и шарахнул из нагана. Все зеркало в мелкие дребезги разлетелось. А он сплюнул только: «Тьфу, черт! Крепкий, однако, у Пашки самогон оказался!»
– И что же, совсем ничего от бедного Олеля не осталось? – спросила Хозяйка.
Один осколочек михрютки сохранили. Если его солнечным лучом осветить, то и сейчас видно, как светлый мотылек порхает. Но как его оттуда освободить, михрютки не знают.
Большое путешествие михрюток
Прошло какое-то время, и стали Хозяин с Хозяйкой в город собираться. Михрютки запечалились, а Хозяйка их попыталась утешить:
– Да мы на следующее лето приедем! И зимой приедем – недельки на две.
Но михрюткам все равно печально.
– А то, может быть, с нами поедете в город? – предложила Хозяйка.
Удивились михрютки, задумались. Целую ночь думали. Страшновато-то, конечно, за тридевять земель ехать, но и заманчиво. Алефаль – тот бы еще три ночи думал, но Элизель решительнее оказался:
– Едем!
И начали михрютки собираться. Хозяйство-то большое: надо подумать, что прибрать, что припрятать, а что с собой взять. Хозяйка придумала, что повезет михрюток в берестяном кузовке. Для мягкости внутрь мох положила, а для смотрения дырочки провертела, кузовка не пожалела. Михрютки все это одобрили. И вот настал день отъезда. Со всеми михрютки распрощались: и с Хряпой, и с Рютой, и с Бородулиным, и с Тюкой, с Михреем и Ряпой, с леди Дезабелл, с котятами. И даже кот пришел счастливого пути пожелать. Только дед Мухоморкин не подошел, а из-за угла подсматривал.
Забрались михрютки в кузовок, котомочки свои уложили, сами уселись – мягко, не дует, и в смотровые дырочки все хорошо видно. Хозяйка этот кузовок так в руках и держала всю дорогу. А дорога оказалась длинной-предлинной. Сначала михрюткам все понятно было: по реке плыли. А потом залезли Хозяева в невиданную машину с крыльями врастопырку – сначала машина по полю побежала, а потом подпрыгнула и полетела по небу. Ой, тут михрюткам плохо стало! Совсем им эта машина не понравилась. Хорошо, что быстро долетели. Только было Элизель заплакать собрался, а уже и на земле. Полежали михрютки на траве, ветерком их обвеяло и дальше отправились.
Дальше все больше на разных машинах ехали – и просто по земле и по «железной дороге», как Хозяйка сказала. Эта машина была длиннее всех: у головы стоишь – хвоста не видно. По железной дороге день ехали и еще ночь – надо же, сколько железа-то на дорогу уложено! Очень михрюткам было интересно в окошко смотреть: и какие дома, и какие люди, и какие машины. Дома-то сначала были такие, как в деревне, а потом все больше и больше пошли, и скоро оказались вокруг одни дома со всех сторон: окнами уставились и стоят себе. Утомились михрютки, особенно на железной дороге им маятно показалось: уж больно тесно у этой машины внутри, все полками заставлено, и на всех полках люди лежат. Душно, грохот какой-то все время. Но делать нечего – сами решили поехать. После железной дороги еще на маленькой машине ехали, такси называется. И еще на машине, которая вверх везет – это лифтом зовется.
– Все, – сказала Хозяйка. – Приехали! Осваивайтесь, михрютки.
И на диван их посадила. Но михрютки бедные так устали, что тут же на диване и заснули. Так целый день и проспали. Алефалю приснилось, будто дед Мухоморкин его тележку украл и мухоморы на ней возит, а Элизелю привиделось, что все его припрятанные котомочки мыши растащили. Беспокойство!
Стали михрютки в городском доме жить. Все осмотрели, все закоулочки облазили: чисто, тепло, хорошо! Только скучно. В окно поглядишь – только другие дома и видишь, а земля-то внизу, далеко, машины по ней ездят и люди ходят – маленькие. С голубями михрютки познакомились. Но голубь – птица глупая, жадная и прожорливая, поговорить с ней не о чем. А других михрюток вокруг нет.
– Как-то там у нас в деревне? – вздохнет Элизель.
– Да, – скажет Алефаль. – Снегу, поди навалило…
Сначала, правда, михрютки телевизором увлеклись, все подряд смотрели. Но потом пригляделись и надоело – все будто одно и то же: то музыка грохочет, то непонятное говорят. Самое интересное – про зверей разных, про страны неизведанные. Ну, и сказки – это уж само собой. А самая любимая передача – «Спокойной ночи, малыши». Посмотрят михрютки и спать отправляются. Так и живут, да все родную деревню вспоминают. Пробовали книжки читать, но неудобно: михрютки маленькие, а книжки большие. Больше всего Элизелю понравилось отрывные календари изучать – «численники», как он их называл. Хозяйка накупила ему разных календарей: там и анекдоты, и рецепты, и советы огородникам, все на пользу.
А больше всего михрюткам Новый год понравился: елка с игрушками да гирляндами, подарки, вкусности разные. Фейерверков они поначалу испугались – грохоту много. Но потом привыкли и только ахали, глядя на разноцветные огни в небе – чудо, как хорошо!
Зимой Хозяева в деревню не поехали: михрюток одних побоялись оставить, а с собой взять – замерзнут по дороге. И чем ближе шло дело к весне, тем больше тосковали михрютки. Тогда Хозяева решили поехать в деревню на майские праздники. Михрютки обрадовались: принялись считать оставшиеся дни по численнику и каждый прошедший день зачеркивать. Стали собираться потихоньку – Хозяйка целый мешок вкусностей и полезных вещей для них уложила.
Возвращение
Настал день отъезда. Больше всего михрютки опасались лететь на машине с крыльями врастопырку, но оказалось, что по весенней распутице эта машина не летает, потому что аэродром-то земляной, весь раскис! Зато после паводка вода высоко стоит, так что поехали катером. Это михрюткам понравилось. Когда приплыли, не узнали родную деревню: она на высокой горе стоит, а вода-то сильно поднялась, так что гора чуть не втрое уменьшилась. Но даже на эту маленькую гору Хозяева еле влезли: глина мокрая, скользко.
Наконец, добрались до родной избы. Хозяева сразу кинулись ставни снимать, проветривать, потом печку затопили. А михрютки побежали свое жилище проверять: все оказалось в полном порядке, никто ничего не стащил. Хозяин им мешок с подарками спустил, и михрютки полдня его разбирали и ахали: там и лоскутки разные, даже меховые; и посуда маленькая – игрушечная, но для готовки подходящая; разные инструменты – молоточки, ножовки, ножички и всякое такое, тоже миниатюрное. Много всего! Вкусности разные, которые долго хранится могут, новые численники, и даже крошечная пластиковая елочка с игрушками! Михрютки не нарадуются.
Прибрались Хозяева, пошли в гости к соседям. А к Элизелю с Алефалем свои гости пришли, даже Михрей и Ряпа на тракторе приехали. Леди Дезабелл с котятами тоже соизволила прийти – котят уже семеро: четверо старших и трое новых. Выставили михрютки угощение, чай иностранный заварили – подарок Хозяйки. Гости тоже не пустыми руками пришли: кто грибов принес сушеных, кто моченой клюквы с брусникой, кто вяленой рыбки. Пир удался на славу. С раскрытыми ртами слушали гости рассказы Элизеля и Алефаля. Михрея особенно впечатлила машина с крыльями врастопырку – задумался, как бы самому такую построить. А Алефаль сказал, что хочет у себя лифт устроить – уже придумал, как это можно сделать.
– А где ж дед Мухоморкин? – вдруг опомнился Элизель. – Что ж не пришел? Неужто ему не любопытно?
– Ах, беда с Мухоморкиным! – вздохнул Тюка. – Пропал дед.
– Как пропал?
– Да так. Перепил своей мухоморной настойки и заснул в лукошке, а Хозяйка его не увидела и сушеными белыми грибами засыпала. В этот день они уехали, и Мухоморкина с собой увезли. Это все котята видели и нам рассказали.
– Ох, какая беда! – заахал Элизель, а Алефаль сказал:
– Да ладно вам – беда! Этот Мухоморкин нигде не пропадет. Вот увидите – вернется, да еще хвастаться станет, какой он великий путешественник.
Хозяева побыли в деревне неделю, а потом уехали, пообещав вернуться летом. А Элизель с Алефалем остались. Конечно, грустно было расставаться – привыкли друг к другу за зиму, но все-таки в родном доме михрюткам привычнее.
…
На этом история михрюток пока заканчивается. Интересно, сделают ли михрютки лифт и самолет? Вернется ли дед Мухоморкин? Удастся ли освободить Олеля из Зазеркалья? Возможно, об этом мы еще узнаем в следующей сказке.
КОНЕЦ