Все части повести будут здесь
Но Богдана подумала про себя при этих её словах, что уж у Олеси-то глаза точно не блестят от счастья. Наверное, потому, что счастье это уже привычное, своё...
Когда после сессии она вернулась к работе, то с радостью выяснила, что комбинат перевели на пятидневку и снова начали гасить потихоньку долги по зарплате. Времена всё ещё были тяжёлые, казалось, что вся страна летит в какую-то яму безысходности и беспросветности, но радовало то, что комбинат продолжал функционировать, обеспечивая работникам хоть какую-то, но надёжность. Она с удовольствием приступила к работе, за время сессии соскучившись по своему погрузчику.
Часть 49
В гараже Павел Аркадьевич устроился на каких-то сложенных в ряд досках и положил на колени толстую тетрадь в плотной обложке.
– Я готов записать за вами – сказал он.
– А... о чём мне говорить? С чего начать?
– Начните с технических характеристик, с рентабельности этих погрузчиков, на какие требуется ремонт, и как скоро его нужно сделать.
– Но я... только свою машинку знаю.
– Бросьте, Богдана. Вы работаете в бригаде, наверняка слышали, да и бригадир уж точно говорила про остальные.
Она принялась рассказывать и сама не заметила, как втянулась. Речь её лилась плавно, без сбивчивости и слов-паразитов, Богдана, можно сказать, заглядывала прямо в сердце машин и могла очень многое поведать этому молодому человеку об этом виде техники, о котором он не имел ни малейшего представления.
– Я не слишком быстро говорю? – спросила она его в один из моментов, остановившись.
– Нет – он покачал головой – у вас не речь, а музыка. Вероятно, вы очень грамотны, я заслушался и исписал уже почти полтетрадки. Знаете, я взял на себя работу над вашей бригадой, чтобы улучшить условия, пересмотреть рабочий процесс, может быть, что-то внедрить или убрать.
Она кивнула и продолжила дальше, а Павел слушал её и думал, что эта молоденькая женщина впечатляет его своими знаниями техники. Казалось, ей действительно интересно в этом разбираться и гордость берёт за то, что ей доступно то, что многим не представляется возможным изучить. Когда она закончила, он ещё долго смотрел на неё прищуренным взором.
– Вам что-то непонятно? – спросила она – задавайте вопросы.
– Нет, Богдана, всё хорошо, и я всё понял. У меня даже в школе учителя так не объясняли... Сложное по простому. Вы буквально разжевали и в рот мне положили всю информацию. Позвольте, я в благодарность отвезу вас до дома.
Богдана хотела отказаться, но потом решила, что не в её положении ломаться – ей очень хотелось домой, сегодня она устала, и кроме того, очень соскучилась по Сашке. А потому она просто кивнула, пошла переоделась, а когда усаживалась в машину Павла, опасливо осмотрелась по сторонам. Ей очень не хотелось, чтобы кто-то из сотрудников видел эту сцену – начнутся кривотолки и сплетни, а она ох как не любила эту пустую болтовню.
– Богдана, почему вы выбрали такую... не женскую специальность? Олеська – я понимаю, у неё выбора нет, а вы?
Она усмехнулась:
– Вот и вы туда же! Все твердят мне об этом, одна только тётя Маруся не задаёт вопросов и поддерживает меня.
– Это ваша тётя?
– Да... нет... это не важно.
– Вы ответите мне на мой вопрос?
– Мне просто нравится металл и всё, что с ним связано. Это меня завораживает. И химия с физикой были в школе любимыми моими предметами. Я удовлетворила ваше любопытство?
– Вполне. И вам идёт – хрупкая девушка и такая серьёзная специальность.
– Ну вот мы и приехали – Богдана показала ему на дом.
Около ворот стоял Лёва, и прежде открытое выражение лица Павла сменилось на непроницаемое.
– Вас ждут. Муж ваш?
– Нет, это друг. Очень хороший друг.
– Понятно. Что же... спасибо вам, Богдана. Можно, я буду вас по имени называть? Вы тоже можете называть меня просто Павлом.
– Простите, лучше не стоит. Я знаю своё место и предпочитаю соблюдать субординацию с начальством.
– Я очень надеюсь, что когда-нибудь вы измените своё мнение. До свидания.
Она кивнула ему, вышла из машины и направилась к воротам. Лёва, который смотрел, как она приближается, спросил, когда Павел отъехал:
– Это что за импозантный молодой человек?
– Директор новый на комбинате, вернее, его сын, заместитель. Попросил меня дать информацию про погрузчики, а позже предложил подвезти, я не стала отказываться – устала и очень хотела уже попасть домой. А ты чего у ворот трёшься и не заходишь?
– Да нет, я заходил... Но тебя нет, стал переживать и вышел посмотреть, всё ли в порядке, хотел уже идти встречать. А тут ты сама... Ну, я рад, что у тебя появился такой поклонник, может быть, у вас всё сложится.
– Не может быть и речи – я не отнимаю чужих женихов, а он – жених Олеси. И вообще, честно говоря, мне сейчас не до мужчин – хватает учёбы, работы и Санькиных уроков. Хоть он и хорошо учится, но контролировать надо.
Весеннюю сессию Богдана снова сдала на отлично, что впрочем, не было чем-то удивительным ни для неё, ни для педагогов. Она ещё умудрялась и Олесе помогать, а иногда Олеська приезжала к ней в посёлок, и они вместе занимались у Богданы дома. Как правило, привозил Олесю хмурый водитель с рацией в руках, пока они были заняты, он ждал её на улице в машине. Как-то раз, сделав передышку от занятий, они пили чай с конфетами тут же, в пристрое. Вкусные шоколадные конфеты Олеся привезла с собой, угостила ими Саньку и тётю Марусю, а теперь они пили чай вдвоём – его, ароматный и горячий, принесла им тётя Маруся, посоветовав сделать передышку.
– Тётка твоя – просто душка – сказала Олеся – хорошо иметь таких родственников.
– Она мне не родственница – ответила Богдана – но ближе неё и Саньки у меня никого нет.
– Ух, ты! Это надо же – она тебе чужой человек?! Странно, а мне казалось, что вы даже внешне похожи.
Их разговор плавно перетёк к Олесиной семье.
– Прости за вопрос – ты всё делаешь так, как говорит отец, из чувства благодарности к нему? А было такое, что ты была в чем-то не согласна с ним?
– Было, но я считаю, что он лучше знает, как для меня надо. И да – я ему благодарна. Если бы не он, я бы оказалась в детском доме, и неизвестно, по какой бы дорожке пошла.
– А замуж за Павла Аркадьевича ты тоже собираешься выйти потому что так хочет Аркадий Фёдорович, или ты всё же любишь его?
Олеся пожала плечом.
– Аркадий Фёдорович однажды обещал моим родителям, ещё при их жизни, что когда мы с Пашкой вырастем – мы поженимся. Сейчас, можно сказать, он исполняет желание моих родителей, вот и всё. А Пашка... Мы с детства вместе, я к нему привыкла, и привыкла к мысли о том, что буду его женой. Всё как-то... само собой сложилось, без нашего участия...
– Но ты любишь его всё же?
– Наверное, да, это и есть любовь. У нас всё уже распланировано на несколько лет вперёд – она улыбнулась и её чуть грубоватое лицо украсилось милыми ямочками – понимаешь, я других мужчин, кроме Пашки, не знаю... Не в плане секса, а просто... в плане общения, доверия... Пашка – он родной и близкий, и да – она чуть задумалась – наверное, я его люблю.
Она помолчала, а потом спросила:
– А ты? Ты, Богдана? Ты же... совсем молоденькая, хоть и старше меня. Сын у тебя опять же... У тебя есть кто-то на сердце? Может, этот милый молодой человек, который захаживает к тебе и играет с Санькой?
Конечно, Олеся имела в виду Лёву.
– Он просто друг – произнесла Богдана – очень хороший друг, который спас меня из множества передряг. Никого я не люблю, Олеська, кроме своего сына и тёти Маруси. Никого.
– Ну и зря! Сыну твоему всё равно нужен отец, да и ты... красивая, молодая... Тебе просто необходим ухажёр! У тебя взгляд потухший, а ты увидишь, как засияют глаза, когда влюбишься!
Но Богдана подумала про себя при этих её словах, что уж у Олеси-то глаза точно не блестят от счастья. Наверное, потому, что счастье это уже привычное, своё...
Когда после сессии она вернулась к работе, то с радостью выяснила, что комбинат перевели на пятидневку и снова начали гасить потихоньку долги по зарплате. Времена всё ещё были тяжёлые, казалось, что вся страна летит в какую-то яму безысходности и беспросветности, но радовало то, что комбинат продолжал функционировать, обеспечивая работникам хоть какую-то, но надёжность. Она с удовольствием приступила к работе, за время сессии соскучившись по своему погрузчику.
В один из вечеров, когда она снова немного задержалась и вышла чуть позже остальных, она заметила, как за ней по тропинке едет машина Павла. Остановилась, он опустил стекло, поздоровался с ней, улыбнувшись, а потом вышел из машины и подошёл совсем близко.
– Богдана! – его открытая улыбка кольнула в сердце острым уколом, голубые глаза смотрели на неё с восхищением – вас... долго не было, я знаю, что вы были на сессии...
– Вы хотите что-то ещё узнать про погрузчики? – спросила она.
– Нет... я, знаете, мне кажется, я скучал по вам, пока вас не было. Разрешите снова подвезти вас?
Он заметил, что взгляд её тут же стал холодным.
– Нет, Павел Аркадьевич, я должна вам отказать. Прошу вас... не нужно вот этого всего. Вы жених Олеси, вы не должны себя так вести. Я очень хорошо отношусь к ней, и... мне такое предложение кажется неприличным. Давайте всё-таки каждый из нас останется на своём месте.
Он смотрел на неё – долго, тоскливым взглядом, словно старался силой мысли уговорить её передумать.
– Я не ханжа, но мне... это не нравится. Извините, меня сын ждёт, мне пора.
Она пошла, а он остался стоять, глядя ей вслед. Что же... Олеся знать ничего не знает... Он мужчина, ему простительно иметь маленькие слабости, а Олеську он старается не огорчать... Невеста и будущая жена – это одно, а лёгкий флирт, развлечения – это совсем другое. Но ещё никто из женщин не отказывал ему. Она, Богдана, была первой. Сколько их было – этих наивных, юных нимфеток, которые готовы были пойти за ним на край света? Много, очень много. Самое главное, что Олеся ни о чём не подозревала, огорчать её не входило в его планы, он по-своему любил её и собирался стать её мужем, а кроме того, он был у неё первым мужчиной, так что она не последнюю роль играла в его жизни. Но Богдана... Это было что-то из совсем другой оперы. Он чувствовал в этой молодой женщине столько силы и страсти, что готов был... Нет, нет, от Олеськи он не сможет отказаться. Отец лишит его наследства и проклянёт, а этого нельзя допустить, никак... Сначала он думал, что заинтересовал её, Богдану, но теперь... Она была далёкой и холодной, и между ними была такая широкая и глубокая пропасть, что он чувствовал – пропасть эта непреодолима. Так может тогда не стоит и пытаться? Здесь много сговорчивых девушек, которые с удовольствием составят ему компанию.
– Как твой ухажёр? – спрашивал Богдану Лёва.
– Какой ухажёр? Ты про сына нашего гендиректора? Так он не ухажёр мне, он жених Олеси.
– Жена не стенка... – рассмеялся Лёва.
– Ты неужели так плохо меня знаешь?
– Я очень хорошо тебя знаю, просто... подзуживаю. Прости, обидеть не хотел.
Лето принесло с собой невероятную жару. От земли парило, теплицу приходилось держать открытой целый день, лишь бы хоть немного продувало воздухом, днём в цехах было невозможно работать настолько, что работники выбегали на улицу и выливали на себя ведро прохладной воды. Слабо, но помогало... Дома, будучи во дворе, Санька и Богдана тоже обливались, гоняясь друг за другом и стреляя из двух пистолетов с водой – им их принёс Лёва, а третий оставил себе – так он тоже мог участвовать в водных баталиях.
В город приехал цирк, и Богдана наконец смогла сходить туда с Санькой. Лёва тоже был рад составить им компанию, а когда вернулись домой, их встретила встревоженная тётя Маруся. Отвела Богдану в сторону.
– Богданушка, тут твоя сестра звонила, та, что Валентина. Я ей сказала, что вы позже будете, она ответила, что перезвонит обязательно. Уж не знаю, чего там стряслось... Но голос у неё был странный.
Богдана тоже насторожилась – Валька звонила ей очень редко. Интересно, что она сейчас хотела ей сообщить? Или может быть, это совершенно необязательно, и она позвонила только потому, что хочет узнать, как дела?
Когда в очередной раз раздался звонок, и тётя Маруся позвала её к телефону, Богдана услышала голос Вали:
– Привет! Слушай, Зойка мне строго настрого запретила тебе звонить, но я считаю, что это неправильно, и ты должна знать. Отец... его больше нет...
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.