Остросюжетный роман по реальной жизни женщины-майора.
Остальные главы в подборке.
Музыка мягко разливалась по тренировочному полю, выстроенному в форме манежа, однако моё внутреннее напряжение лишь нарастало, потому что предугадать развитие экспериментального парного аджилити было невозможно.
На старт выходили не соперники, а связки – каждая из них выглядела непривычно даже для тех, кто годами наблюдал собачьи соревнования. В забег вступали сразу два хэндлера и две ищейки, стоявшие слишком близко друг к другу, чтобы сохранять привычную автономность. Они одновременно срывались с места, и уже в первые секунды становилось ясно: каждая собака пыталась работать так, как её учили – ориентируясь исключительно на своего хэндлера, – однако в поле её внимания неизбежно попадала вторая пара с чужим наставником, и это вмешательство разрушало привычную чистоту выполнения.
Команды хэндлеров становились короче и осторожнее, движения – менее уверенными, потому что любое лишнее действие могло выбить связку из общего ритма, а проигрывать не хотел никто. По условиям же этих аджилити обе пары либо выигрывали вместе, либо вместе проигрывали, и эта вынужденная зависимость лишь усиливала накал страстей.
Качающиеся мосты доводили ситуацию до предела, превращаясь в ощутимое физическое препятствие, поскольку конструкция должна была выдержать вес сразу двух собак. Стоило одной зайти чуть резче, чем следовало, как вторая мгновенно оказывалась в нестабильном положении. Тоннели также ломали контроль, ведь вход в них требовал идеальной синхронности, а выход – ещё большей точности. Пары двигались по одной линии, где уже невозможно было действовать независимо. Если одна собака выходила быстрее, она невольно сбивала вторую, вынуждая её либо подстраиваться, либо терять позицию – и в этот момент ошибка становилась общей.
Зато зрители были в восторге от этой непредсказуемости. Они свистели, аплодировали, приподнимались со своих мест в самые острые моменты. Проигравших было много, но, казалось, на тех аджилити это мало кого разочаровывало, ибо азарт перекрывал результат.
Мы с итальянцем наблюдали за соревнованием, расположившись у стены здания центра, откуда открывался удобный обзор на полосу препятствий – достаточно хороший, чтобы заметить возможное мошенничество, либо при необходимости немедленно вмешаться в спор между хэндлерами или игроками, сделавшими ставки.
– Кто придумал парные аджилити, синьора? Простите, но это выглядит крайне неуклюже, – заметил иностранец.
– Зато ставки выше, ведь собакам трудно работать вдвоём, а это, как Вы видите, поднимает адреналин у публики, – спокойно ответила я. – Да, благодаря Вам, синьор бывший акционер, мой техник и инструктор–кинолог научились рассчитывать маржу и учитывать форс–мажоры. Мы стали настоящими профессионалами в этом спорте.
– Что ж, рад, что внёс свою лепту в Ваш бизнес, cara mia, – довольно произнёс он. – Тем не менее, шоу должно быть красивым!
– Простите, но мне сейчас не до эстетики. Хлопот накопилось слишком много, пока Вас не было в стране.
– И что же это за хлопоты, позвольте поинтересоваться, bella mia?
– У мужа ухудшилось здоровье. Ещё этот рыжий секретарь, с которым меня чёрт дёрнул связаться: документы украл, пытается шантажировать, добавляет проблем. А я… я мечтаю забеременеть и поскорее уехать отсюда, но теперь, когда у супруга серьёзные проблемы из–за сосудистой деменции, совесть не позволит мне это сделать. Радует лишь одно – я всё–таки набралась смелости и рассказала ему о своём романе с Рыжиком. От этого легче на сердце.
– Вот как? Надеюсь, Вы не сильно пострадали от гнева полковника? – обеспокоенно спросил итальянец.
– Он воспринял мой адюльтер на удивление спокойно. Хотя у него и самого рыльце в пушку: гуляет от меня налево, вот и промолчал… наверное.
– Сомневаюсь. Обычно мужчины не прощают женских измен, даже если сами не безгрешны. Да и как Вас можно не ревновать? – влюблённо улыбнулся он. – Скорее всего, такая реакция – следствие болезни, но это ещё может Вам аукнуться. Будьте осторожны, cara mia. Берегите себя.
В этот момент в рации, которую я всегда держала при себе во время аджилити, раздался голос пожилого сторожа – с его характерной хрипотцой и явно уловимой хитринкой в тоне.
– Госпожа, к Вам приехал Ваш секретарь. Я его, конечно, задержал, но он упёртый – засел в сторожке и требует встречи.
– Один приехал? – насторожилась я, чувствуя, как внутри всё неприятно сжалось, а в голове мелькнула мысль, что юный мерзавец мог привезти с собой кого–то из Генпрокуратуры, хотя это казалось маловероятным: Рыжик, как и говорила моя приёмная мама, хотел извлечь из меня выгоду лично, а потому и не поделился своими подозрениями о нелегальном бизнесе центра с Генпрокурором. Было сомнительно, что сейчас он стал бы это делать.
– Один, – без колебаний подтвердил охранник.
– Скажите, что меня нет на месте. Мне только его сейчас не хватало… – резко ответила я, уже ясно представляя, чем всё обернётся, если он узнает об аджилити: шантажом, настойчивым желанием участвовать в них и новыми проблемами.
– О, не стоит, bella mia, – внезапно вмешался итальянец. – Мы выйдем к Вашему секретарю и поговорим.
Я опустила рацию и медленно перевела на него взгляд.
– О чём нам с ним говорить? Сейчас? В разгар игр?
Мой друг улыбнулся спокойной, расчётливой улыбкой человека, который давно уже всё просчитал на несколько ходов вперёд.
– Как я уже сказал, синьора, мы сами подтолкнём его туда, откуда он уже не выберется – в ловушку, где его же прокуратурный покровитель его и накажет.
Подъехав к шлагбауму, мы вышли из машины и увидели как пожилой сторож держал Рыжика на прицеле своего ружья.
– Ах, вот и вы, – бросил он, не сводя дула с рыжего мерзавца и явно не скрывая раздражения. – А он у меня ружьё из рук выбить пытался, гад малолетний!
– Дальше мы сами, благодарю Вас, – учтиво, но твёрдо остудил его пыл итальянский синьор.
Пожилой мужчина ещё секунду колебался, но затем нехотя опустил ружьё и, буркнув что–то себе под нос, отошёл к шлагбауму.
Мы же остались наедине с Рыжиком, который, как ни в чём не бывало, уже устроился на стуле у окна и развалился с показной нахальностью.
– Полагаю, Вы и есть тот самый секретарь, о котором я так наслышан, – с полуулыбкой произнёс бывший акционер.
Рыжик смерил его взглядом с откровенной неприязнью и надменностью.
– А ты, значит, тот самый итальяшка, который на мою бабу глаз положил?
– Если Вы о синьоре, – перевёл на меня взгляд мой милый друг, – то она, скорее, супруга полковника, нежели Ваша женщина. Простите, но эпитет «баба» к ней неприменим.
– Интеллигент хренов, – процедил Рыжик и демонстративно отвернулся.
– Scuzi?! – с возмущением отозвался синьор итальянец. – Вы слишком молоды, чтобы так разговаривать с человеком старше Вас на двадцать лет! Да и социальный статус у Вас, простите, не тот, чтобы оскорблять меня или синьору–начальницу!
– Ой, да, наверняка ты такой же мошенник, как и она, раз по воскресеньям в кинологическом центре ошиваешься, – бросил рыжий наглец, всё так же не глядя на нас. – А я с мошенниками не любезничаю.
– Тогда, вероятно, Вы не любезничаете и с зеркалом, – спокойно ответил итальянец.
Рыжик резко дёрнул головой и, вскочив на ноги, угрожающе двинулся на бывшего акционера, но тот даже не дрогнул.
– Ты поаккуратнее выбирай слова, итальяшка. И что ты вообще имеешь в виду?
– Говорят, Вы украли бумаги, представляющие ценность для меня и синьоры.
– А что за ценность такая? – усмехнулся мой бывший любовник. – За свой незаконный бизнес испугались? И что это за мероприятия, для которых инвентарь на заказ делают и план поля составляют? – сам того не замечая, он выдал, что просмотрел документы, но так и не понял их сути, ибо был слишком невежествен, чтобы знать, что такое аджилити.
– Вы видели бумаги, но не поняли, на что именно смотрите, не так ли? – продолжил итальянский друг, не скрывая ухмылки.
– Ну, так просвети меня! – нагло ответил юнец.
– С удовольствием, – произнёс бывший акционер с наигранной доброжелательностью. – Мы посовещались с синьорой–начальницей, и пришли к выводу, что люди в деле нам нужны – особенно юные и амбициозные, как Вы. Так вот… Между итальянским питомником и местными структурами существует обмен ищейками за деньги. Не совсем официальный. Не всегда проходящий по документам. Но для начала собак отбирают, тестируют, оценивают их пригодность к различным задачам – охранным, служебным, иногда смешанным. Здесь, в кинологическом центре. Этим мы и занимаемся по выходным. И для этого мы используем специальные трассы и методики проверки. Те самые схемы, сметы и планы, которые Вы… позаимствовали… для этого и нужны.
– То есть ты сейчас признаёшь, что вы собак незаконно гоняете и продаёте? И это – в государственном учреждении? – с жадным интересом, но напускным осуждением уточнил рыжий секретарь.
– Выводы делайте сами, – хитро ответил итальянец, не признавая «лжи».
– А с чего вы вообще решили мне это рассказать? До этого эта сука молчала, – качнул Рыжик головой в мою сторону.
– Я уже просил Вас не оскорблять начальницу! Что касается Вашего вопроса: я сказал – нам нужны люди. Главный здесь я, а не синьора, и я принимаю решения. Она не могла предложить Вам участие в нашем бизнесе, и не имела права рассказывать о нём без моего на то разрешения. А я – могу предложить Вам стать частью нашего дела. К тому же мне нужны назад бумаги, одолженные Вами. Вернёте – и я назову Вам условия и точный час следующей сделки, которая обещает быть выгодной, и принести хороший доход всем, кто будет в ней участвовать. Примерно через три дня. Там будет и перекупка ищеек, и крупные наличные, и люди, которые предпочитают не светиться в ведомственных отчётах. Богатые и известные женщины, к которым Вы сможете "пришвартоваться".
– Нет, документы я тебе не отдам. Они мне как гарантия нужны!
– Гарантия? Умные люди оценивают баланс выгоды и риска, – спокойно сказал итальянец. – На данный момент я предлагаю Вам больше, чем у Вас есть. Поймите, что часть бумаг – рабочие черновики, а часть – промежуточные схемы. А некоторые вообще составлены так, чтобы человек со стороны сделал неверный вывод. У Вас на руках – пустышка, а у меня на языке – дельное предложение.
– Тогда зачем они тебе, если это всего лишь черновики?
– Для планирования того самого мероприятия, о котором я только что Вам рассказал.
– С чего мне тебе верить, итальяшка? Ты мне лучше бабки гони. Я смотрю – костюм у тебя недешёвый. Значит, средства есть. Иначе отнесу ваши бумажки туда, куда следует.
– Можете не верить, – с лёгкой усмешкой ответил мой друг. – Это Ваше право. Но Вы ведь хотели участвовать в нашем деле. Я даю Вам такую возможность. И, будь Вы разумнее, Вы бы сначала проверили всё сами, прежде чем куда–то бежать с заявлениями. Подобные дела не терпят лишнего шума. Те, кто кричит раньше времени, обычно остаются ни с чем.
Рыжик сжал челюсть. Несколько секунд он молчал, явно взвешивая услышанное, а затем встал, вышел из сторожки и, подойдя к своему джипу, дёрнул дверцу салона, из которого вытащил тонкую папку и с силой швырнул её на капот.
Бывший акционер не прикоснулся к документам сразу, а лишь скользнул по папке взглядом и спокойно произнёс:
– Вот видите. Как только Вы перестаёте хамить и начинаете думать, с Вами уже можно иметь дело.
– Я не с тобой имею дело, – зло процедил юный паршивец. – Я работаю на личную выгоду.
– Именно это я и рассчитывал услышать, – мягко ответил итальянский синьор и только после этого взял документы в руки. – Люди, одержимые исключительно эгоистичной личной выгодой, чаще всего совершают самые предсказуемые ошибки. Что ж… поезжайте домой и ждите моих инструкций.
Рыжик нахмурился, явно собираясь бросить в ответ что–то едкое, но сдержался и, резко развернувшись, молча сел в машину и уехал.
– Вы, наверное, считаете меня дурой, раз я связалась с такой мразью? – тихо спросила я, всё это время испытывая жуткий стыд за поведение бывшего любовника и за то, что встречалась с ним.
– Вероятно, Вас привлекли его молодость и дерзость, – осуждающе ответил друг. – Мне не пристало Вас судить… однако признаюсь, мне трудно поверить, что такая женщина, как Вы, могла увлечься этим неприятным молодым человеком.
В его голосе скользнула заметная обида, ведь он был куда достойнее рыжего секретаря, вот только чувств во мне любовных не вызывал. Я виновато опустила голову, не желая развивать эту тему, но спустя мгновение решила сменить разговор:
– Не могу поверить, что он клюнул на это!
– Это звучало правдоподобно, – мягко заметил итальянец. – И не забывайте: жадность, синьора, – опасное качество, как и глупость. Оба заставляют людей верить даже в то, что противоречит здравому смыслу.
Я нахмурилась, возвращаясь к более насущному:
– Синьор, когда через три дня он поймёт, что никаких мероприятий нет, он придёт в бешенство. А такие, как Рыжик, очень мстительны.
– На это и расчёт, – невозмутимо ответил он. – Разозлённый, он попытается нанести удар и приведёт проверку из Генпрокуратуры в воскресенье – потому что уверен: по выходным в центре происходит нечто незаконное. Он же не знает, что игры у нас через неделю, а не каждые выходные.
Сделав короткую паузу, итальянец продолжил уже более деловым тоном:
– Поэтому нам потребуется следующий шаг. Вам придётся уговорить супруга провести официальное аджилити в следующее воскресенье – под видом культурного обмена между вашей северной столицей и Италией. Вы же получили визу на двоих, и собираетесь посетить нашу страну. Вот и скажите ему, что первыми соревнования должны пройти в вашем центре, чтобы иностранные гости лицезрели их, ну а потом будет взаимное представление уже на итальянской стороне. Со своими я договорюсь: люди прибудут, служебные документы будут оформлены. И тогда Ваш секретарь перед Генпрокурором окажется в положении человека, инициировавшего ложную проверку, а это наказуемо законом.
– Но он может рассказать о… якобы, торговле собаками, – напряжённо произнесла я.
– Cara mia, кто поверит юнцу, который сам же привёл Генпрокуратуру на пустую проверку? – улыбаясь, ответил друг. – Доверьтесь мне, синьора. Исполните приказ – уговорите супруга. Всё остальное я возьму на себя.
***
Спасибо за внимание к роману!
Цикл книг "Начальница-майор":
Остальные главы "Приказано исполнить: Вторая грань" (пятая книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить: Под прицелом" (четвёртая книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить (ЧАСТЬ 2)" (третья книга из цикла)
Все главы "Приказано исполнить (ЧАСТЬ 1)" (вторая книга из цикла)
Все главы - "Личный секретарь" (первая книга из цикла)
Рубрика "Под протокол" - разбор персонажей и эпизодов
Приобрести мои аудиокниги в профессиональной озвучке можно здесь
Галеб (страничка автора)