Она назвала девочку Настей — впервые за сорок лет вспомнив имя собственной матери. И когда ребенок в ее руках задышал ровно и спокойно, село замерло: безумная Агафья смотрела на мир ясными, осмысленными глазами. Но на пороге уже стояла чужая женщина в дорогом пуховике, пахнущая приторными духами и ложью. «Это моя внучка. Я забираю ее», — сказала она. И старая юродивая ответила так, как не говорила сорок лет: «Не отдам. Убьют — не отдам». Глава 1 Иван Степанович несколько мгновений молча разглядывал незваную гостью. Женщина поеживалась от холода, переступала с ноги на ногу в дорогих, но совершенно не приспособленных для деревенской зимы сапогах. Саквояж она прижимала к груди, словно боялась, что его отнимут. Лицо ее, ухоженное, с остатками городского макияжа, выражало тревогу, усталость и что-то еще — то ли вину, то ли страх. — Проходите, — сказал фельдшер, отступая вглубь сеней. — Только тихо. В доме ребенок спит. Женщина шагнула через порог, и в сенях сразу запахло дорогими духами — с
Публикация доступна с подпиской
Закрытый АрхивЗакрытый Архив