Барин пил, уже месяц.
Пил один, ибо собутыльники его, Никон и Аркашка, давно связанные в сарае лежат, с чертями беседуют, допились.
Никон вроде посильнее, тот стал понимать, что к чему, а Аркашка всё ловит, окаяшек-то...
Барин же, морда красная, глаза заплывшие, что свиное рыло -то у него, отёкшее, вышел на крыльцо, в одном шёлковом халате, на голое тело, без исподнего, совсем стыд потерял.
Встал, распахнул халат, весь срам наружу, сделал дела свои, прямо с крыльца, да пошёл обратно.
-Месяц пьёт, образина чёртова, - шепчет Акулина, тихонько пробираясь по комнатам, - хучь бы совесть поимел, батюшки ноги остыть не успели, а он что творить надумал.
-Ааа...Ааак...Аккулька...Аккулина, чёрт бы тебя побрал, вели баню топить...
-Хорошо, барин.
-И это...как его...пушшай девки меня попарят хорошенько.
Акулина промолчала.
-Оглохла что ли? Девки пусть меня попарят, знобит что-то.
-Конечно, жрать как не в себя столько дён.
-Ково ты? Это ты мне что ли, паршивая ты баба. - Барин со всей силы ударил кулаком Акулину промеж лопаток, что та выгнулась, задохнулась, поперхнулась и задышала часто- часто и хрипло.
-Знай своё место, баба. Это ты при отце могла ходить тут, командовать...а теперь, я, слышь, ты...я здесь хозяин и моё здесь всё.
Иди...пусть девки меня хорошенько пропарят...а где эти, чёрт, как их...Никон и Аркашка? Что-то я их не вижу...Опочивальню приготовь, я сегодня, - барин глянул маленькими, хитрыми глазками, -я брачеваться сегодня буду, кхе-кхе…приведи мне…Алёну.
Акулина задохнулась, забыла, как дышать.
-Оглохла, колода? Алёнку мне приведи сама…слышала? Научи её там, как и что…ну давай, иди…
-Барин, не можно так, бариин, - упала в ноги барину Акулина.
-Чего не можно, совсем спятила? Да встань ты…Чем это твоя девка лучше других? Он какая кобылица ходит, лоснится.
-Барин…Григорий Евпатьич…Вы же знаете про Алёну.
-Что знаю? Ничего не знаю и знать не желаю. Ааа, ты негодная баба, хочешь сказать, что твоя девка моя сестра по отцу, да? Ты это сказать хочешь? А ну, гляди в глаза мне. В глаза я сказал…Не смей слышишь…не смей про отца мне здесь распускать сплетни. Чистейший человек был, кристальной души…матушку – покойницу любил, ик, всеми…этими как его, чреслами о, любил…иди. Ну?
-Барин…Алёна вольная.
-Ага, щщщаззз, накося, выкуси, - плюнув на ладонь, барин свернул фигу и сунул под нос Акулине, - вольная…а где доказательства той воли? А? я что-то не нашёл…Ты поди тоже, вольная, аха-ха-ха, ишь чего захотела, вольные они. Нету гумажек -то, нееету, а были ба, я бы их все изорвал, от так, на мелкие кусочки…
Бумаги были, и женщины действительно были вольные, обе, и Акулина и Алёна, да вот только…муж у Акулины имелся, хороший мужчина, барин выдал за него…Евпатий Фролыч, хороший был человек, добрый, Алёнушку, как свою любил, сынок у Акулины был от Евпатия, Мартынушка, обещал барин вольную для мужа и сына, да не вовремя сам…А Алёнушку и Акулину освободил, давно уже, как Алёна родилась, велел не говорить никому, бумага имеется, спрятана хорошо, так что…если бы успел барин освободить мужа и сына, уехали бы они…нашли бы куда, хоть и все здесь у них, а что делать при этом ду рак е и самодуре? Закончились хорошие времена, при барине вольготно люди жила, а теперь всё.
Иди…Алёну жду, попробуй только пойди супротив, я её сгною и взамуж за дурачка слюнявого Авдейку отдам, поняла…
Заплакала Акулина склонив голову пошла. Делать нечего, придётся бежать Алёнушке, а как? Одной?
-Что, тётка Акулина? И до Алёны твоей очередь дошла? А ты, как думала? Нам можно под барина стелиться, а твоя из другого теста, да?
-Что же злая ты такая, Марфа?- спрашивает стоящую на крыльце дородную девку взрослая женщина, - ты же знаешь, Алёна…
-Что Алёна? Белая кость? Ну вот барин и испробует ту кость…по-братски, - сказала Марфа, потрогала свежий шрам на щеке, и дёрнув плечом пошла вальяжно.
Их таких было несколько, барские подружки, утешницы, так он их звал, утешницы.
Пилис барином брагу, парили его в бане, голые потом бежали всем гуртом к речке, хотел и Алёну туда же…
Акулина брела к дому, еле переставляя ноги.
-Тётка Акулина, да постой ты, спасу я Алёнку, жалко девку.
-Как…Марфа? Он орёт, прогладится не даёт.
Марфа зашептала что-то на ухо женщине.
-О, Господи…а ежели не получится.
-Пфф…получится, - усмехнулась, - думаешь мы настолько бесстыжие, да? Напоим его, напарим, капель сонных и спит, голубок…да и мы, чья очередь, рядом выспимся…на барской перине-то…не бойся, тётенька…сегодня спасём Алёнку…а там…как знаешь. Не доверяешь, да? - усмехнулась Марфа.
- Думаешь, каверзу какую строю, зря. Кроме меня не на кого тебе надеяться, тут уж либо пан, либо пропал прятать не вздумай…знаешь же его…
-Марфа…прости меня, девочка.
-Да ладно, чего там…Жених у меня был, Гришка, отказался, сказал не надо ему объедков с барского стола, слышь, гордый…не все такие, как твой Евпатий…женился залётка мой, с разрешения барина…на Параське женился…ладно…что уж теперь. Тётка Акулина…а я ведь на твоё место мечу…Да…Вот спасу тебе Алёну и буду при барине, да? А ты от дел отдохнёшь…
-Да нечто мне в радость, Марфуша…да только не отпустит он меня, вцепился, как клещ.
-Отпустит, - смотрит Марфа прямо в глаза Акулине, глаза у девушки такие…с поволокою, красивая девка, даже шрам не портит.
-Он тебя?
-Он…заплатит ещё.
-Я тебе мазь сделаю, пока свежий, помажешь, всё зарастёт…я сделаю, Марфуша.
-Ладно, тётенька, пойду и так долго стоим, увидит кто…
Колотит всю Акулину, как? Как ей верить той Марфе и не верить нельзя.
А ну, как они с барином сговорились, чтобы точно уж он Алёну, ох…что делать-то, зашла в дом им упала, повалилась Акулина, перед образами поклоны бьёт…
Продолжение будет завтра.
Доброе утро, мои хорошие.
Обнимаю вас,
Шлю лучики своего добра и позитива.
Всегда ваша
Мавридика д.