В наши дни тотального стремления к самосовершенствованию как будто странно говорить о потенциале продвижения психологических услуг как о чем-то сложном или находящимся под угрозой нерелевантности. Спрос на все, что касается «проработанности» и «осознанности», очень велик. Сейчас модно находиться в личной терапии, читать книги по психологической самопомощи, быть подписанным на каналы психологической тематики, проходить различные обучения и т.д. [1, с. 22]. Вопрос, который возникает при этом, состоит в том, тем ли экспертам доверяются люди и как им суметь выбрать «правильного» эксперта? Однако данный вопрос не охватывает всю проблематику по выбранной тематике, так как люди стоят не столько перед выбором между «правильным» экспертом и лже-экспертом, сколько ищут того, кто удовлетворит их запрос. И тут возникает еще один вопрос о том, можем ли мы с уверенностью сказать, что «правильный» эксперт и его инструментарий более актуальны для запросов современных людей, чем «ответы» от лже-эксперта? Однозначно ответить на этот вопрос сложно. В таком случае, на что нужно обратить внимание «правильному» эксперту, в нашем случае психологу, при продвижении своих услуг, чтобы быть востребованным и уметь конкурировать с лже-экспертами? Далее последовательно постараемся ответить на вышеприведенные вопросы.
Под «правильным» экспертом подразумевается профессиональный психолог, потому далее по тексту будут использоваться слова психолог или просто эксперт. По общепринятому мнению, профессиональный психолог – это человек с высшим профильным образованием. Также необходимыми составляющими профессионального психолога являются опыт работы и включенность в профессиональную психологическую субкультуру [2, с. 194]. Тут же можно упомянуть, что психологу, чтобы поддерживать свой статус профессионала, необходимо посвящать много времени повышению квалификации посредством различных обучений и курсов, состоять в личной терапии и проходить супервизии. Так, можно предположить, что мы перечислили критерии, по которым можем теперь отличить эксперта от лже-эксперта. Однако, можем ли мы с уверенностью утверждать, что специалист, обладая всеми названными выше достижениями, не может быть при этом лже-экспертом? Да, вероятность у такого образованного человека пойти путем лже-экспертности ниже, но не равна нулю. Но все же проводить границу между экспертом и лже-экспертом, основываясь только на социальных маркерах и регалиях, некорректно.
В попытках разрешить вышеприведенные вопросы обратимся к философской мысли, а именно к учению И. Канта. В своих работах философ вводит понятия разум (спекулятивный разум) и рассудок (вычислительный разум) [3, с. 120]. В научной психологии понятия разум и рассудок уже не используются, но для раскрытия выбранной темы останемся в философских терминах, понимая, что речь идет о когнитивных процессах и интеллекте. Спекулятивный разум по Канту – это разум, стремящийся к познанию того, что лежит за пределами возможностей чувственных впечатлений. В противоположность ему вводится понятие рассудок – это центральная познавательная способность, которая организует хаос чувственных впечатлений в закономерный мир опыта при помощи врождённых категорий и правил. В определении этих двух терминов кантовской философии можно найти ответ на вопрос, почему лже-экспертность становится предметом выбора людей, находящихся в поиске ответов на вопросы о себе и смысле жизни, особенно в ситуациях сложных жизненных выборов и обстоятельств. Врожденная тяга человека к обобщению и поиску абсолютных ответов не могут быть удовлетворены инструментами научной психологии. Лже-эксперты же могут дать «ответы» на любые вопросы, так как они не ограничены критическим мышлением, научным знанием, методологией, профессиональной этикой и т.д., что дает лже-экспертам безграничную свободу в выборе инструментов и методов работы. Так, наличие в людях спекулятивного разума формирует запрос на лже-экспертность, так как только лже-эксперт может дать простые и понятные «ответы» на экзистенциальные вопросы, лежащие за пределами нашего чувственного опыта.
Исходя из вышесказанного, мы уже можем более полно ответить на вопрос о критерии, по которому сможем отличить эксперта от лже-эксперта. Помимо упомянутых ранее социальных маркеров и регалий важным критерием будет являться то, с каким из наших «разумов» работает специалист. Эксперт в своей работе в большей степени фокусируется на реальных процессах и закономерностях, происходящих в психике клиента, используя научные инструменты. Лже-эксперт в своей работе фокусируется на экзистенциальной неудовлетворенности клиента, используя для этого «авторские» методики, то есть выдуманное знание. В условиях сложного эмоционального состояния часто клиент выбирает ложное знание, но простое и всеобъемлющее.
Таким образом, перед профессиональными психологами современности наиболее остро стоит задача по продвижению психологических услуг в условиях конкуренции именно с лже-экспертами. Также стоит упомянуть о том, что подобную конкуренцию профессиональным психологам составляют сейчас и нейросети. Однако в данном эссе нейросети рассматриваются как инструмент в руках лже-экспертов, которые, начав использовать возможности нейросетей, еще больше обретают уверенность в своих «знаниях». Так, обращение к нейросетям для решения вопросов психологического характера специалистами без соответствующей квалификации в данном эссе приравнивается к лже-экспертности. В целом, изначально заявленная тема эссе очень обширна, потому я, как автор данного эссе, руководствуясь внутренним интересом, больше делаю упор на рассмотрение потенциала продвижения психологических услуг в эпоху лже-экспертности, где нейросеть выступает новым и мощным инструментом лже-эксперта.
Так, подводя промежуточный итог под всем вышенаписанным, предположим, какие действия со стороны профессионального психолога способны сделать его более «привлекательным» на рынке психологических услуг. Основой усовершенствованного подхода может стать то, что эксперт перестает полностью отвергать спекулятивный разум клиента и уважительно включает его в терапевтический процесс там, где это возможно. Этот усовершенствованный подход может состоять из следующих конкретных действий:
- Изменение языка коммуникации при продвижении психологических услуг
Например, вместо научного названия психологических услуг «Сессии когнитивно-поведенческой терапии» использовать более живое название «Место, где ваши истории о себе обретут новые смыслы».
- Просвещение при продвижении психологических услуг
Например, при продвижении услуг вести просветительскую деятельность, которая будет заключаться в объяснении механизмов нашей психики, влекущих нас к простым, целостным и абсолютным ответам лже-экспертов. Здесь же в рамках просветительской деятельности предлагать альтернативу в виде терапии у профессионального психолога, где появляться возможность научиться выдерживать неопределенность реальности и находить в ней опору.
- Подчеркивание ценности совместности процесса при продвижении психологических услуг
Например, продвигать идею терапии как совместного исследования, а не как получения готового рецепта. Лже-эксперт дает готовые ответы, но это чужие ответы. Профессиональный психолог ответов не дает, но он может создать условия, в которых клиент сам сможет найти свои ответы. Это очень ценный момент, который апеллирует к здоровому любопытству клиента.
- Допущение экзистенциальных вопросов и метафоричности психологического процесса
Например, в рамках терапии использовать метафоры, которые резонируют со спекулятивным разумом, но имеют под собой обоснование. Любая образность, визуализация, метафоричность под чутким руководством специалиста может раскрасить терапевтический процесс, но при этом остаться в рамках научного знания.
Так, в своей профессиональной деятельности психолог может создать такое терапевтическое пространство, где клиенту не придется выбирать между разумом и рассудком. Задача современного психолога – показать, что научный подход не отрицает поисков смысла и глубины, а, напротив, предоставляет для этого безопасное и надежное пространство. Продвигая свои услуги через эту призму, психолог становится проводником в подлинном самоисследовании, на фоне которого любая «магия» меркнет.
Таким образом, потенциал продвижения психологических услуг в условиях современности имеет свои особенности и требует отстраивания себя исходя из таких вызовов современности как распространение нейросетей и лже-экспертности. Приведенные в данном эссе шаги могут помочь сделать профессиональную психологическую помощь более частым предметом выбора людей.
Список использованной литературы
1. Евстифеева, Е. А. Экспертиза как подтверждение и опровержение авторитета / Е. А. Евстифеева, Э. З. Вердиев // Современные философские исследования. – 2023. – № 3. – С. 20-28.
2. Панферов, В.Н. Введение в профессию: психолог: учебник и практикум для вузов / В. Н. Панферов, С. В. Васильева, А. В. Микляева, С. А. Безгодова; под редакцией В. Н. Панферова. – Москва: Издательство Юрайт, 2025. – 291 с.
3. Кант, И. Пролегомены /И. Кант ; переводчик В. С. Соловьев. – Москва: Издательство Юрайт, 2025. – 135 с.
Автор текста: Елизавета Тимофеева,
студентка Института педагогики, психологии и социальных технологий Удмуртского государственного университета
Текст опубликован для участия в конкурсе эссе по психологии в рамках Недели молодежной науки