- Ника, ну послушай меня! - буквально взмолилась Дарина, теребя подругу за плечо, - То, что я слышала - невероятно. Это уникальный шанс изменить свою жизнь, переписать заново свою судьбу. И мы с тобой можем это сделать.
- Я не верю, что всё так легко и просто, - отрезала Ника, отрешённо глядя в окно. За стеклом плотной стеной лил дождь. Крупные капли тарабанили по металлу, но так было даже лучше.
Ника больше не любила солнце. Радоваться, улыбаться и ждать хорошую погоду больше не хотелось. Да и не нужно. Судьба не просто поступила с ней жестоко - она её в прямом смысле избила, поиздевалась самым извращенным образом, пожевала и выплюнула, превратив её душу в ошмётки. Мало того, что год назад не стало любимой мамы, а через три месяца после этого погибли в страшной аварии муж Егор и пятилетний сынишка Матвей.
Подруги сидели на кухне в доме Ники, который в одночасье стал пустым и тоскливым, как и его хозяйка. Егор больше не хлопнет дверью, вернувшись с работы, а маленький Матвейка больше не нарушит эту мёртвую тишину звонким детским смехом. Всё умерло вместе с ними, да и Ника была теперь ни жива, ни мертва - оболочка без воли к жизни, состоящая из одной лишь боли и слёз.
- Ты можешь продать свою боль, - в качестве последнего аргумента припечатала Дарина, не отрываясь глядя на подругу.
Ника сглотнула. Да, очень хотелось бы, чтобы больше не болело. Невероятно хотелось. Ника помнила себя прежнюю - весёлая, заводная, даже несколько бесшабашная, она всегда была ярким лучиком в любой компании. Даже став женой и матерью, Ника практически не изменилась. Но сейчас, уже ровно три месяца, как от прежней юмористки Ники не осталось и следа. Они забрали её с собой.
В тот роковой вечер они не приехали домой. Хуже того - Ника и Егор перед поездкой разругались в пух и прах, и ровно до того момента, как Нике сообщили страшную новость, она всерьёз думала развестись.
Ника прикрыла глаза и вздохнула. Воспоминания нахлынули, как снежный ком.
***
- Я знаю, как ему помочь, - решительно сказал Егор, схватив Матвея за руку, - И не смей со мной спорить!
- Егор, ну хватит уже. Мы с тобой говорили об этом раз пятьсот, наверное. У Матвея диабет. Он не лечится, он корректируется. С этим диагнозом живут почти полноценной жизнью, не надо выискивать какие-то сомнительные способы избавить его от того, от чего невозможно избавиться.
Егор строго зыркнул на жену и скривился:
- Я хочу, чтобы мой сын был здоров. А ты, видимо, не хочешь, чтобы он жил полноценно?
Ника усмехнулась, скрестила руки на груди и сделала попытку отшутиться:
- Я тебе говорила, что ты баран? Бе-е-е-е.
- Такой же рогатый? - усмехнулся в ответ Егор.
- А то. Ветвистые, как у лося, но баран. Вот такой вот странный зверь.
Но шутки быстро закончились. Улыбка сползла с лица мужа, и он вновь стал серьёзен. Взгляд приобрёл решительность.
- Это надёжный способ. Поверь мне, пожалуйста. Наш сын будет здоров. Только представь: никакой диеты, никакого инсулина, никаких рисков ослепнуть, или лишиться конечностей. Ты знаешь, что такое диабет.
- Я знаю, что любые сомнительные способы - это риск, - возразила Ника.
- Я отец, и я тоже имею право решать! - внезапно резко и грубо перебил её Егор.
Он потащил за собой Матвея, который в целом и не думал сопротивляться. Для ребёнка это было очередное небольшое приключение вместе с отцом. Какое-то время Ника пыталась хотя бы выяснить, куда он хочет отвезти Матвея, но так ничего и не добилась. А когда они уехали, несмотря на все протесты Вероники, её захлестнула душащая, острая обида - он вообще не считается с ней! Как будто она пустое место! С самого рождения Матвея и постановки диагноза, который оказался врождённым, он вёл себя слегка отстранённо, как будто стеснялся больного ребёнка. Хотя в целом, учитывая терапию и диету, мальчик развивался так же, как и все остальные дети, и с виду ничем не отличался от сверстников. Разве что нужно было следить за сахаром в крови, корректировать питание и вовремя делать инъекции инсулина. Ника подбадривала мужа, уверяя, что сейчас с диабетом живут до старости, и если соблюдать все рекомендации врачей, то жизнь будет почти нормальной. И не только жгучая обида не давала Нике покоя - где-то внутри, в глубине души она ощущала непривычную тревогу. Давящую, неутихающую, которая сжимала спазмом желудок. Предчувствие чего-то непоправимого. А потом раздался звонок, который развеял её сомнения - тревога не была беспочвенной...
***
- Ника, ты уснула? - нетерпеливо похлопала подругу за плечо Дарина.
- Нормально всё, только воспоминания нахлынули, - улыбнулась Ника, - Так, что там за волшебная раздача желаний?
Дарина рассмеялась и отрицательно покачала головой:
- Обряд какой-то. На судьбу. Люди обращались, и реально получали желаемое. Вон, моя бывшая одноклассница, Верка, хотела себе успеха, поехала к Продавцу, и он действительно решил её проблему. Сейчас Вера - успешный блогер!
- А что за блог у неё? - прищурилась Ника. Она чувствовала, что есть во всём этом какой-то подвох.
Дарина замялась, вздохнула, но всё же ответила:
- Ну... Блог так себе, конечно... Поедание еды на скорость. Она растолстела, сейчас из дома не выходит, но она хотела успеха и получила его. Факт сто процентов. Донаты текут рекой, просмотры зашкаливают...
- Офигеть история успеха, - хмыкнула Ника, - А более воодушевляющие примеры есть?
- Есть! - с энтузиазмом воскликнула Дарина, - Мамина подруга. Она хотела любви на старости лет, и после сеанса Продавца поехала в Турцию. Там познакомилась с турком, живёт и не тужит. Ну круто же, согласись!
Глаза Дарины горели от нетерпения. Было заметно, что она побаивается ехать одна, поэтому так настойчиво заманивала подругу. Ника опять устало вздохнула и сказала наконец то, что так хотела услышать Дарина:
- Только ради тебя. Вижу, боишься всё же, но я тебя очень люблю, ты моя лучшая подруга. Так и быть, поехали.
***
С самого начала этот путь не понравился Нике. Она судорожно вцепилась в руль, напрягшись и безотрывно глядя в окно, и в какой-то момент ощутила лёгкий укол злости. Особенно когда они доехали до небольшой развилки, где ещё стоял свежий венок и лежали мягкие игрушки, принесённые на место недавней аварии жителями ближайшего села.
- Ты знала, что мы едем по тому маршруту, где погибли Егор с Матвейкой? - едва ли не сквозь зубы процедила Ника, строго зыркнув на подругу.
Дарина вжалась в сиденье и виновато улыбнулась:
- Да. Я не сказала тебе, потому что ты бы тогда не поехала.
- Врушка. И манипуляторша, - Ника сделала над собой усилие и смягчилась.
Когда-нибудь ей придётся здесь ездить, как ни крути. Это неизбежно, ведь именно эта дорога является ближайшим путём до трассы, и рано или поздно нужно будет выехать из города. Хотя, есть ведь люди, которые не выезжают никуда? Ой, ну вот опять она себя накручивает! Так или иначе, видит она импровизированный стихийный мемориал или нет - она помнит, что здесь случилось. И будет помнить всю жизнь...
Щемящая тоска снова сжала желудок до боли. В голове пронеслось тысячу "если". А что, если бы она уговорила Егора никуда не ездить? А что, если она бы поехала с ними?... Но то, что случилось, уже не изменить и не исправить, а потому Ника взяла себя в руки, лишь мельком, боковым зрением проводив оставшийся позади стихийный мемориал, созданный в честь её мужа и сына.
- Ой, ну не обижайся... Я же хочу, как лучше, - примирительно протянула Дарина. Ника улыбнулась в ответ и ответила:
- Я знаю. Без обид, сеструха.
Остались позади злополучная дорога к городу, трасса, и даже узкая грунтовка, ведущая к неприметной деревне, где обосновался загадочный Продавец судеб, как его обозвали те, кто обращался к нему за помощью. Те, кто отчаялся, кто желал во что бы то ни стало получить то, что хочет - либо заветную мечту, либо избавление от страданий.
Дом Продавца оказался единственным в деревне, которая давно вымерла, оставив после себя лишь напоминания о том, что некогда здесь кипела жизнь. А сам он выглядел вполне обычным. Мужчина средних лет, с проседью в растрёпанных волосах, длиной до плеч, окладистая борода, обветренное, смуглое лицо, на котором довольно ярко выделялись почти чёрные глаза, казавшиеся слишком молодыми для его возраста. Невысокий, коренастый, одетый в неприметную рубашку и чёрные трико. Интересно, и какова его цель? Для чего он помогает людям? Да и помогает ли?..
- Здравствуйте! - громко поздоровалась Дарина, нацепив на себя самое дружелюбное выражение лица из возможных.
Мужчина едва заметно кивнул в ответ.
- Мы к вам... - вновь начала Дарина, но мужчина бесцеремонно перебил её:
- За судьбой.
Голос его оказался грубым и зычным, даже несколько пугающим. Ника невольно сжалась, чувствуя, как нарастает напряжение - примерно ту же тревожность она испытывала тогда, когда Егор и Матвей уезжали в тот вечер навстречу неизбежному. А что если?... Да нет, не может быть, чтобы они тоже ехали сюда!
- Проходите, - мужчина мотнул головой, приглашая девушек в дом.
Дарина с энтузиазмом двинулась к порогу, а Ника на секунду замялась. Продавец обернулся и внимательно посмотрел на Нику, слегка прищурившись. Как будто пытался считать её намерения.
Нужно абстрагироваться. Дарина очень хочет получить красоту. Думает, что это позволит ей улучшить свою жизнь, найти богатого мужа и больше ни о чём не беспокоиться. А Ника хочет унять свою боль. Ну что же, раз на то пошло, пусть будет, как будет...
Они зашли в дом. Обычная деревенская изба, причём эталонная: деревянная мебель, дубовый стол, маленькие оконца с выставной рамой, огромная печь по центру, горшки, склянки и пучки трав под потолком. Икон только не было - типичного "красного угла", которые обычно имелись у деревенских жителей. Но и это не сильно смутило девушек - он же, скорее всего, колдун, раз может помочь достичь желаемого...
Продавец усадил девушек на табуретки, а сам уселся на стул, поочерёдно глядя то на одну, то на другую.
Указав шершавым пальцем на Дарину, он сказал:
- Начну с тебя. Тебе проще. Красота на прилавке в избытке...
Продолжение:
__________________
Дорогие читатели, как всегда оставляю для вас способы материальной поддержки автора за труд)) К реквизитам, которые вы увидите ниже, теперь прибавилась кнопка доната. Спасибо большое каждому!
Карта Сбербанк:
5469 6100 1290 1160
Карта Тинькофф:
5536 9141 3110 9575