Резкий хлопок ладонью по столешнице заставил подпрыгнуть фарфоровую чашку с остывшим эспрессо. Темная жидкость плеснула на белоснежный лист с финансовым отчетом. Вадим раздраженно смахнул капли бумажной салфеткой.
В кабинете владельца эко-отеля «Кедровая падь» было душно. Кондиционер гудел, но не справлялся с нагретым от панорамных окон воздухом. Напротив стола переминались с ноги на ногу трое сотрудников.
В кресле у стеллажа, закинув ногу на ногу, сидела Инна. Номинально она числилась директором по развитию, но по факту лишь сопровождала Вадима на мероприятиях и исправно пересказывала ему сплетни коллектива. Сейчас она увлеченно листала ленту в социальной сети, изредка поправляя светлые локоны.
— Кто мне объяснит, почему за выходные восемь семей съехали раньше срока? — Вадим обвел тяжелым взглядом подчиненных. — Дарья, ты администратор. Слушаю.
Дарья нервно поправила бейдж на лацкане пиджака.
— Гости жалуются на питание, Вадим Сергеевич. Говорят, что за такие деньги ожидают фермерские продукты, а не сосиски из супермаркета. Плюс в двух домиках не работала сантехника.
— А поварам нашим что мешает нормально готовить? — хозяин перевел взгляд на шефа, крупного мужчину в белом кителе.
Борис сложил руки на груди. На его лице читалась откровенная усталость от этих разговоров.
— Мешает то, что вы срезали бюджет на закупки. Поставщики перестали возить нам свежую рыбу и овощи, потому что бухгалтерия задерживает оплату. Я варю пустые бульоны и пытаюсь замаскировать дешевое мясо соусами.
Горничная Зоя не выдержала и сделала шаг вперед. От нее пахло бытовой химией и дешевым мылом.
— Вадим Сергеевич, у нас спальные принадлежности серые от стирок. Девочки зашивают дырки по вечерам. А вы заставляете нас улыбаться клиентам и говорить про премиум-отдых. Люди же не слепые.
Вадим откинулся на спинку кресла. Его раздражала эта вечная позиция жертв. Никто не хотел брать ответственность, все только требовали денег.
— Значит так, — он понизил голос, чеканя каждое слово. — Вы будете работать с тем, что есть. За каждую новую жалобу или возврат брони я вычитаю сумму из ваших окладов. Не нравится — можете прямо сейчас писать заявления. За забором очередь из желающих работать в таком месте.
Никто не двинулся с места. В небольшом городке нормальную работу было найти трудно, и Вадим прекрасно это знал. Он махнул рукой, показывая на дверь.
Когда сотрудники вышли, Инна отложила телефон и подошла к столу. Оперлась руками о столешницу, наклонившись ближе.
— Вадик, ну чего ты нервы тратишь? — протянула она. — У нас самолет на острова через два дня. Выпей средства для спокойствия.
— Я не могу оставить базу на этих бездельников, — он потер пульсирующие виски. — Они же за месяц все развалят. Забьют на уборку, распугают последних клиентов. Мне нужен надсмотрщик. Человек, который будет дышать им в затылок.
Вечером Вадим припарковал машину у ресторана на окраине города. За дальним столиком его ждал приятель Тимур. Владелец крупной строительной фирмы выглядел так, словно не спал неделю. Воротник рубашки помят, взгляд мутный. Перед ним стоял стакан с минералкой и долькой лимона.
— Выглядишь неважно, — Вадим присел напротив, подозвав официанта жестом.
Тимур криво усмехнулся и покрутил стакан в руках. Лед глухо звякнул о стекло.
— Жена выгнала. Узнала про интрижку на стороне. Собрала мои вещи в черные пакеты и выставила в подъезд. Адвокатов наняла, делить имущество будет.
Вадим сочувственно кивнул. Он не любил лезть в чужие семейные дела. Сам он никогда не был женат, предпочитая легкие романы без обязательств.
— Выкрутишься, — философски заметил Вадим. — Откупишься квартирой. Слушай, у меня проблема похуже. База отдыха тонет. Персонал обнаглел, работают спустя рукава. А мне улетать в отпуск. Нужен жесткий управляющий на месяц.
Тимур задумчиво потер подбородок, глядя на тающий лед.
— Есть одна кандидатура. Кира. Кризис-менеджер. В прошлом году вытащила мой проблемный объект из глубокого минуса. Тетка со стальным стержнем.
— Дорого берет?
— Дело не в деньгах. У нее биография... специфическая, — Тимур замялся, подбирая слова. — Она провела шесть лет в местах не столь отдаленных по экономической статье.
Вадим недоверчиво прищурился.
— Ты предлагаешь пустить на базу бывшего сидельца?
— Именно поэтому и предлагаю, — оживился Тимур. — Персонал будет по струнке ходить. Она не церемонится. У нее дисциплина железная. Никто даже пикнуть не посмеет про плохие швабры или задержку зарплаты.
Эта идея показалась Вадиму на удивление привлекательной. Коллектив нужно было встряхнуть.
На следующий день в его кабинете появилась Кира. Высокая, в строгом сером костюме. Волосы стянуты в тугой хвост, на переносице — прямоугольные очки. Лицо без грамма косметики. От нее пахло мятным чаем и типографской краской.
Вадиму на долю секунды показалось, что он где-то видел этот упрямый изгиб губ, но память ничего не подсказала.
— Тимур обрисовал вашу ситуацию, — голос у Киры был ровный, лишенный эмоций. — Я изучила отзывы о базе. У вас проблемы с сервисом и контролем качества. Я беру управление на месяц.
— Какие условия? — Вадим сложил пальцы домиком.
— Генеральная доверенность на управление операционной деятельностью. Право увольнять сотрудников без вашего участия. Никаких звонков во время вашего отпуска. Я решаю проблемы сама.
Наглость этой женщины забавляла. Вадим подписал нужные бумаги. Ему не терпелось поскорее оказаться на пляже с белым песком.
Утром перед вылетом он собрал коллектив в холле у ресепшена.
— Я ухожу в отпуск. На месяц, — объявил он, наслаждаясь тревогой в глазах сотрудников. — Знакомьтесь, Кира Владимировна. Ваш новый управляющий. Советую выполнять все ее поручения беспрекословно. Человек прошел суровую школу жизни. Церемониться не будет.
Дарья за стойкой побледнела. Борис хмуро уставился в пол. Кира лишь коротко кивнула, даже не улыбнувшись.
Отпуск начался идеально. Инна публиковала десятки фотографий океана, Вадим пил освежающие напитки и отключил рабочие чаты.
Но на второй неделе начались странности. Вадим зашел в приложение своего банка, чтобы перевести Инне деньги на покупки. На экране высветилась красная плашка: «Доступ к счетам ИП временно ограничен. Обратитесь в отделение».
Он списал это на технический сбой из-за роуминга. Написал в поддержку, но ответ был расплывчатым: «Проводится проверка по запросу контролирующих органов».
Ночью он долго ворочался на широкой кровати. Шум волн за окном больше не успокаивал. В голову лезли навязчивые мысли о прошлом. О том самом времени, когда он заработал свой первый серьезный капитал для строительства базы.
Семь лет назад Вадим работал финансовым директором в логистической компании. Тогда он провел несколько фиктивных сделок, выведя огромную сумму на подставные счета. А чтобы отвести от себя подозрения, использовал рабочий компьютер своей помощницы Яны. Наивной, доверчивой девчонки в смешных очках.
Он сам вызвал внутренний аудит. Показал им поддельные электронные подписи. Яне дали срок. Вадим уволился, переехал и стал успешным бизнесменом.
К утру Вадим проснулся с тяжелой головой. Он вспомнил профиль Киры. Упрямый изгиб губ. Привычку поправлять очки средним пальцем.
— Инна, мы вылетаем обратно, — бросил он, собирая вещи в чемодан.
— Но у нас еще пять дней! — возмутилась девушка, сидя на краю кровати в шелковом халате.
— Я сказал, мы летим сейчас.
Обратный путь казался бесконечным. Такси довезло их до гравийной дороги, ведущей к базе, только к вечеру. Шел мелкий, противный дождь.
Вадим вышел из машины и остановился. Шлагбаум был поднят. Будка охраны пустовала. На огромной парковке не стояло ни одного автомобиля. Территория, которая всегда светилась фонарями и гирляндами, тонула во мраке.
Под ногами хлюпали лужи. Инна, чертыхаясь, тащила свой чемодан по мокрому гравию.
На входной стеклянной двери главного корпуса белела широкая бумажная лента с красной сургучной печатью. Вадим сорвал ее непослушными пальцами.
Внутри пахло сыростью. За столиком в лобби горела единственная настольная лампа. Возле нее сидела Кира. Перед ней стоял металлический термос, из которого поднимался легкий пар.
— Привет, Вадим, — произнесла она. Голос больше не был холодным. В нем звучала откровенная насмешка.
Она сняла прямоугольные очки и бросила их на стол.
Вадим почувствовал, как желудок скрутило спазмом. Семь лет, другая прическа, жесткий взгляд — но это была она.
— Яна... — хрипло выдохнул он.
— Кира Владимировна по паспорту, — она сделала глоток из походной кружки. — Пришлось поменять, когда вышла. Слишком много проблем со старой фамилией.
В холл вбежала Инна, отряхивая капли дождя с кожаной куртки.
— Вадик, тут света нет в коридорах! И где вообще все?
— Где мой персонал? — Вадим шагнул к столику, опираясь на него обеими руками.
— Я всех уволила, — спокойно ответила Яна. — Точнее, мы расторгли договоры по соглашению сторон. С выплатой компенсаций за три месяца из твоего резервного фонда. Борису я помогла устроиться су-шефом в нормальное заведение. Дарья ушла в декрет.
— Ты обанкротила базу? — он попытался крикнуть, но голос сорвался.
— Я просто выполнила работу кризис-менеджера. Провела полный аудит.
Яна пододвинула к нему толстую папку. Вадим открыл ее. Листы дрожали в его руках.
— Ты экономил на всем, Вадик. Левые поставщики мяса без ветеринарных сертификатов. Неработающая система безопасности. Черная бухгалтерия. Я просто систематизировала эти данные и отправила подробные отчеты в Роспотребнадзор, службу безопасности и налоговую.
Она встала и застегнула пуговицу на пиджаке.
— Они приехали с проверкой на прошлой неделе. Здание опечатано официально. На твои счета ИП наложен арест. Штрафы такие, что тебе придется продать базу, машину и ту квартиру в центре, чтобы просто расплатиться с государством.
— Ты не имела права... Я добьюсь твоего возвращения за решетку! — он сжал кулаки, тяжело дыша.
— Посадишь? — Яна тихо рассмеялась. — Я действовала по твоей генеральной доверенности. Все заявления на увольнение подписаны законно. Жалобы в инстанции написали сами недовольные клиенты — я лишь любезно предоставила им бланки и помогла грамотно составить претензии, пообещав полный возврат средств.
Инна попятилась к выходу, крепко сжимая ручку чемодана.
— Арест счетов? Вадим, ты же сказал, что у тебя там миллионы...
— Инна, стой, я все решу! — бросил он, не оборачиваясь.
Скрип колесиков чемодана по мокрому асфальту стал ему ответом. Дверь захлопнулась.
Яна подошла к выходу. За ее спиной шумел дождь.
— Знаешь, я шила спецодежду в те годы и каждый день думала, как буду с тобой расквитываться. А потом поняла, что это глупо. Лишить тебя денег и статуса — вот настоящая справедливость.
Она открыла дверь, впуская в душное лобби порыв холодного, влажного ветра.
— Прощай, Вадим. Надеюсь, тебе хватит способностей устроиться на простую физическую работу.
Дверь закрылась. Владелец базы остался стоять в пустом, опечатанном здании, глядя на бумаги, которые превратили его жизнь в прах.
Спасибо за ваши СТЭЛЛЫ, лайки, комментарии и донаты. Всего вам доброго! Будем рады новым подписчикам!