Тяжелый металлический скрежет разорвал гул метели. Макар вздрогнул, едва не разлив кипяток мимо щербатой кружки. Он прильнул к обледенелому окну своей избы, стирая наледь шерстяным рукавом.
На высоком обрыве, нависающем над замерзшим руслом Ангары, творилось неладное. Два мощных луча фар прорезали плотную пелену снега. Огромный черный внедорожник уперся кенгурятником в бампер потрепанного пикапа с кунгом и методично толкал его к краю пропасти. Пикап цеплялся стертой резиной за наст, но против тяжелой техники шансов не имел.
Из внедорожника высунулся тучный силуэт в дорогой меховой куртке.
— Скидывай эту рухлядь в реку! — сквозь завывание ветра донесся хриплый, срывающийся голос. — Побыстрее, пока лед тонкий! Завтра концов не найдешь!
Джип взревел мотором, сдавая назад для разгона.
Макар, сорок лет проживший на северах, привык не лезть в чужие дела. Пять лет назад не стало его баржи и товарищи ушли из жизни на скрытой глубине. После того случая списался на берег, ушел в тайгу и обрубил все связи. Ему было паршиво на душе, и дела золотодобытчиков, которые делили тут каждый метр, его не трогали.
Он уже собирался задернуть занавеску, когда из зависшего над обрывом кунга донесся звук. Глухой, мощный, сбивчивый лай. В железной коробке билось живое существо. Макар не помнил, как накинул старую телогрейку. Он выскочил на крыльцо, прихватив ржавую монтажку, которой колол лед у порога. Снежная крупа тут же резанула по лицу наждачкой. Дыхание перехватило от колючего мороза.
Внедорожник стоял в десяти метрах, набирая обороты. Макар метнулся к пикапу, подошвы валенок скользили по промороженной глине. Крайний борт кунга был стянут толстой цепью с навесным замком.
— Эй, кто там?! — крикнул водитель джипа, заметив движение. — А ну пошел прочь, старик!
Макар не слушал. Он просунул плоский конец инструмента в дужку замка и навалился всем своим немалым весом. Мышцы свело судорогой, металл скрипнул, и дужка с сухим щелчком лопнула. Цепь упала в снег. Дверца распахнулась, и на Макара выпрыгнула огромная тень. Белый комок шерсти размером с кавказскую овчарку сбил его с ног. В этот же момент джип с разгону толкнул пикап в бок. Машина скрипнула рессорами, сорвалась с обрыва и ухнула в темноту. Снизу донесся треск ломающегося льда и тяжелый всплеск.
— Готово, Валер, ушла! — крикнул водитель.
— Разворачивай. Завтра на участок к этим умникам поедем, зачистим там всё, — бросил человек в мехах, захлопывая окно. Джип развернулся, обдав Макара запахом разогретого металла, и исчез в метели.
В избе было тепло, пахло сушеным чабрецом и раскаленной печной кладкой. Пес отряхнулся, едва не сбив табуретку. Это был молодой, мощный волкособ. На его шее болтался широкий брезентовый ошейник с плотным пластиковым коробом. Макар присел на корточки, протянув загрубевшую ладонь. Пес недоверчиво обнюхал пальцы и позволил дотронуться до шеи.
— Так-так, приятель. Следящее устройство, значит, — Макар покрутил коробку. — Если эти деятели хотели тебя на дно пустить, у них и приемник может быть.
Оставлять маяк в доме было нельзя. Макар быстро срезал ошейник инструментом, обмотал его куском свинцовой фольги от старого аккумулятора, вышел во двор и закинул сверток глубоко в сугроб за баней. Сигнал там не пробьется.
Вернувшись, он бросил псу кусок мороженой лосятины. Тот проглотил мясо за секунду, но к печке не пошел. Волкособ встал у входной двери, уперся носом в щель и заскулил. Затем обернулся, глядя на человека тяжелым, почти человеческим взглядом.
— Хозяева твои там? — Макар тяжело вздохнул, потирая ноющую поясницу. — Не дождешься ты их, парень.
Пес тихо рыкнул и ударил лапой по доскам. В этом жесте было столько отчаяния, что Макар почувствовал, как в груди что-то дрогнуло. Он знал это чувство. Когда его баржа уходила в пучину, он так же стоял на берегу, не в силах ничего изменить.
— Ладно. Веди.
Он достал из-под кровати завернутое в промасленную тряпку приспособление, проверил механизмы и шагнул в ночь.
Спустя два часа прочесывания сугробов, когда ноги гудели от усталости, пес вывел его к поляне. Здесь стоял арендованный сруб столичных гидрологов. Макар знал, что пару недель назад сюда приехал биолог Борис со своей дочкой-подростком Дашей. Они брали пробы воды. Дверь в избу была высажена вместе с косяком. Внутри — полный беспорядок. Стеклянные колбы раздавлены тяжелыми ботинками, матрасы распороты. Пахло разлитыми составами и сыростью.
Макар осмотрелся. Зачем Валерий — местный делец, скупивший лесопилку и золотой прииск — устроил этот погром? Очевидно, Борис накопал что-то серьезное. И, судя по следам, гидрологи успели уйти в лес, предварительно закинув собаку в кунг пикапа, чтобы та не попала под раздачу, пока они уводили погоню за собой. Валерий просто забрал машину, не зная, что внутри пес.
Макар достал фонарик. Полки перевернуты, пол вскрыт. Те люди искали документы. Он присел у расколотой кирпичной печи. Местные мастера всегда оставляют тайник в дымоходе. Макар просунул руку в толстый слой сажи и нащупал твердый предмет. Это был защищенный планшет в резиновом чехле, замотанный в пищевую пленку.
Экран загорелся тусклым светом. На рабочем столе были открыты таблицы и фотографии. Борис зафиксировал, как люди Валерия по ночам сбрасывают вредные составы от промывки золота прямо в ручьи, питающие Ангару. Концентрация превышала норму в сотни раз. Весной, когда пойдет лед, вся река на сотни километров станет мертвой зоной.
Пес навострил уши и глухо зарычал, глядя в разбитое окно. Издалека послышался нарастающий гул моторов. Валерий прислал своих людей закончить работу.
— Уходим, живо! — шепнул Макар, пряча планшет за пазуху.
Они выскочили через боковую дверь и скатились в глубокий овраг, заросший буреломом. Макар накинул на пса свою серую куртку, прижав его к снегу.
На поляну выехали три снегохода. Крепкие мужики в камуфляже достали канистры. Запахло горючим. Через минуту изба исчезла в пламени, осветив тайгу тревожным желтым светом.
— Пусть всё до основания исчезнет! — распорядился старший. — Валерий сказал, если бумаги не найдем, значит, они пропали. Едем на трассу, девчонка с отцом пешком далеко не ушли.
Утром Макар запер волкособа в заброшенном подвале на окраине своего участка, а сам пошел в поселок. Ему нужно было понять расстановку сил. Единственным представителем власти тут был участковый Тарас. В опорном пункте было душно. Тарас, щуплый мужик с бегающим взглядом, пил растворимый кофе.
— Чего тебе, Макар? — скривился участковый. — Ты ж к людям не выходишь.
— Да вот, ходил силки проверять. Смотрю, изба гидрологов пропала в огне. И самих не видать, — спокойно сказал Макар, наблюдая за реакцией.
Тарас даже не моргнул.
— Проводка подвела, видать. А городские эти еще вчера умотали на попутках. Испугались морозов.
Макар опустил взгляд. У ножки стола стояли сапоги Тараса. На подошве налипла вязкая, неестественно желтая глина. Такая глина была только на дальнем отвале прииска, куда посторонним путь закрыт.
— Ну, раз уехали, значит уехали, — кивнул Макар и вышел на улицу.
Вся местная власть была на содержании у дельца. Тарас на зарплате у Валерия. Идти к нему с планшетом — все равно что самому себе яму рыть. Оставался один вариант. Пять лет назад, когда Макар пытался добиться правды за неисправную баржу, ему помогал въедливый специалист из краевого центра Денис. Сейчас Денис занял высокий пост. Но связи в поселке не было. Вышка стояла только на Лысой сопке, в десяти километрах по целине.
Макар вернулся за псом, забрал из дома рацию и лыжи. Подъем занял три выматывающих часа. Ветер валил с ног, снег забивался за воротник, тая на разгоряченной спине. Наконец, они добрались до ржавой вышки. Макар накинул провода на клеммы старого аккумулятора, который принес с собой. Рация зашипела.
— Денис. Если слышишь, это Макар. Отзовись.
Тишина. Только гул статического электричества.
— Денис. Ангара. Макар. Прием.
Спустя две томительные минуты сквозь помехи пробился голос:
— Макар? Ты откуда вещаешь? Я думал, ты пропал совсем.
Макар не стал тратить время на приветствия. Быстро и сухо выложил факты: вредные сбросы в реку, уничтоженный дом, планшет с пробами, пропавший ученый с дочкой и хозяин прииска Валерий, который заметает следы.
В эфире повисла пауза.
— Понял тебя, — голос Дениса стал жестким. — Это масштаб края. Мы их давно ведем, но улик не хватало. Поднимаю своих людей. Будем у вас часа через четыре. Сиди тихо.
Связь оборвалась. Макар начал сматывать провода, когда пес вдруг глухо рыкнул, глядя вниз со склона. Макар прищурился. К подножию сопки стягивались снегоходы. Люди Валерия засекли радиопередачу. И самое паршивое — впереди шли два человека с собаками. Они взяли след от самого поселка.
— Обложили, — процедил Макар. — Пора уходить, парень.
Они скатились по обратному склону, лавируя между стволами сосен. Сзади нарастал лай. Охотничьи псы шли уверенно. Вдруг волкособ остановился. Он не стал убегать. Шерсть на его загривке поднялась дыбом. Из подлеска вылетели две крупные лайки, оскалившись. Волкособ не издал ни звука. Он сделал обманный выпад, ушел из-под прыжка первой собаки и мощно приложил ее корпусом в бок, откинув в снег. Вторая лайка попыталась вцепиться ему в лапу, но пес перехватил ее за шкирку и прижал к земле, злобно зарычав прямо в морду. Охотничьи псы, не ожидавшие такого напора, с визгом попятились и пустились наутек.
— Не отстанут. К реке надо, — распорядился Макар.
Они выскочили на открытый лед Ангары. Ветер здесь гулял свободно, поднимая снежную поземку. Лед был неровным, с промоинами — из-за состава, который лили с прииска, вода замерзала плохо. Из-за мыса навстречу им выехал снегоход. За рулем сидел сам Валерий. Он заглушил мотор, неторопливо слез с сиденья и вскинул свой инструмент.
— Куда собрался, старик? — его голос эхом разнесся над рекой. — Давай сюда то, что нашел в печке, и я позволю тебе уйти в свой лес.
Макар не стал играть в переговоры. Он выхватил из кармана сигнальное приспособление и пустил заряд прямо в сторону снегохода. Ярко-красный свет с шипением ударился в пластиковый капот, рассыпая снопы искр. Валерий отпрянул, инстинктивно закрыв лицо рукой. Этой секунды Макару хватило. Он преодолел расстояние в несколько прыжков и с размаху приложил тяжелым основанием своего инвентаря по вещам Валерия. Те отлетели в снег.
Мужчины сцепились, тяжело дыша. Валерий был моложе, покрепче, он попытался подмять Макара под себя. Но волкособ не стоял в стороне. Пес вцепился в толстую ткань куртки Валерия на плече и с рычанием потянул назад. Валерий потерял равновесие. Он попятился, наступил на припорошенную снегом проталину. Раздался громкий хруст. Ненадежный лед провалился, и хозяин прииска с криком рухнул в черную ледяную кашу. Макар и пес отскочили на твердый наст.
Валерий барахтался в воде, его тяжелая куртка намокла и тянула на дно. Пальцы со скользили по крошащейся кромке.
— Вытащи! — захрипел он, глотая воду. От былой заносчивости не осталось и следа, в глазах стоял дикий испуг.
Макар смотрел на него сверху вниз. Человек, который ради денег был готов отравить реку и не пощадить людей. Оставить его тут было делом одной минуты. Но Макар был спасателем. Бывших в этом деле не бывает. Он молча отстегнул свои лыжи, лег на живот, распределяя вес, и протянул одну лыжу к полынье.
— Цепляйся, — процедил он сквозь зубы.
Валерий вцепился в пластик мертвой хваткой. Макар, кряхтя от натуги, вытянул тяжелое тело на лед. Негодяй рухнул на спину, трясясь от холода и выплевывая воду. Макар без лишних слов зафиксировал ему руки за спиной подручными средствами.
К обеду ветер стих. Макар сидел на поваленном дереве у берега. Рядом лежал синий от холода Валерий, укрытый брезентом со снегохода. Пес лежал у ног Макара, грея его сапоги. С берега послышался хруст веток. Из леса вышел участковый Тарас, держа спецсредство наготове. За ним маячили еще двое местных.
— Ну вот и все, Макар, — криво усмехнулся Тарас. — Валера, живой? Сейчас мы этого умельца оформим, и поедем греться. Давай сюда планшет, дед.
Макар даже не встал. Он посмотрел куда-то поверх головы участкового. Воздух внезапно разорвал тяжелый, ритмичный стрекот. Из-за верхушек сосен вынырнул серый вертолет без опознавательных знаков. Подняв снежную бурю, он завис над берегом. Одновременно с этим из леса вылетели два вездехода. Из них посыпались люди в белых маскхалатах, беря Тараса и его людей на прицел.
Участковый побледнел как полотно. Его рука дрогнула, предмет глухо шлепнулся в снег. Из вертолета спустилась высокая женщина в строгой темной форме — инспектор Зоя, известная своей решительностью. Она подошла к Макару, мельком взглянув на огромного пса.
— Денис просил передать, что вытащит вас из вашей берлоги любым способом, — жестко, но с тенью уважения сказала она.
Макар достал из-за пазухи планшет и протянул ей.
— А гидрологи? — хрипло спросил он.
— Нашли час назад, — кивнула Зоя. — Они вышли на старую метеостанцию, подали сигнал. Замерзли, но живы. Сейчас под присмотром врачей в районной здравнице.
Связанный Валерий, поняв, что всё рухнуло, начал сдавать всех — от начальника охраны до чиновников, покрывавших нарушения.
Вечером того же дня Макар зашел в палату районного пункта. На кровати сидела укутанная в одеяло Даша, рядом суетился Борис. Когда дверь открылась, волкособ пулей влетел в комнату. Он запрыгнул передними лапами на кровать, вылизывая лицо плачущей от счастья девочки. Борис подошел к Макару. Ученого потряхивало, глаза впали, но взгляд был твердым.
— Я не знал, как его вытащить. Мы оставили его там, чтобы те люди его не тронули, пока мы отходили. Думали, потом вернемся... Спасибо вам.
Макар не любил долгих речей. Он просто кивнул, поправил потертую кепку и вышел в коридор. Там его ждала Зоя.
— Слушай, Макар. У нас в охране ресурсов нехватка кадров. Нужен человек, который знает Ангару лучше, чем свои пять пальцев. И который не продается.
Макар посмотрел в окно. Там спала река, которую он сегодня спас. Он тяжело вздохнул, прищурился на заходящее солнце и впервые за пять лет улыбнулся.
— Где подписать бумаги?
Спасибо за ваши лайки, комментарии и поддержку нашего канала! Будем рады новым подписчикам!