«Я стояла на автобусной остановке, сжимая в кармане билет в один конец, — вспоминает Вера, бывшая участница организации „Свидетели Иеговы“. — Мне было тридцать лет. У меня не было ни образования, ни денег, ни профессии. Но хуже всего было то, что я знала: с этой секунды моя собственная мать больше никогда не посмотрит мне в глаза. Если мы столкнемся на улице, она перейдет на другую сторону. Для нее я теперь мертва».
История Веры лишь одна из миллионов. Как получается, что религия, которая изначально проповедует любовь, превращается в инструмент тотального контроля?
Чтобы ответить на этот вопрос, нужно посмотреть на эволюцию таких движений.
Американский социолог Х. Р. Нибур в своей работе «Социальные истоки деноминационализма» (1929) представил схему «секта — деноминация — церковь».
Согласно этой схеме, секта возникает из-за недовольства людей тем, что церковь слишком погрузилась в мирские дела и утратила высокий уровень религиозной напряжённости. Со временем секта может трансформироваться: с появлением детей и сменой поколений она начинает напоминать церковь, а затем может стать деноминацией — организацией с иерархией и догматами, но ещё не достигшей универсальности церкви. Такие секты очень страшны, ведь они погружают разум человека в иллюзию почти полностью, а иногда с самого рождения.
Общество привыкло думать, что в секты попадают исключительно глупые, необразованные или психически нездоровые люди. Нам нравится эта иллюзия. Она работает как психологический щит, позволяя говорить себе: «Уж со мной-то такого точно не случится». Но наука, изучающая поведение масс, безжалостно рушит этот миф. Никто не просыпается утром с мыслью: «Пойду-ка я вступлю в деструктивный культ и разрушу свою жизнь».
Люди идут туда за другим — за любовью, смыслом, избавлением от одиночества и простыми ответами на сложные вопросы. И в самом начале они это получают.
Именно на этой жажде искренности строят свои империи самые циничные манипуляторы в истории.
Вспомните феномен Ошо (Бхагван Шри Раджниша). В 1970–80-х годах к этому индийскому гуру стекались десятки тысяч людей со всего мира. Это не были нищие маргиналы. К нему ехали успешные европейские врачи, голливудские актеры, адвокаты, дети богатых промышленников.
Ошо продавал им абсолютную свободу от навязанных обществом правил, от чувства вины, от христианской морали. В его ашраме практиковали динамические медитации, свободную любовь и возвращение к «истинному я».
Люди были настолько очарованы его речами о духовном просветлении, что добровольно переписывали на коммуну свои миллионные состояния и по 14 часов в день бесплатно работали на стройке нового города Раджнишпурам в США.
А что же сам гуру?
Пока его последователи в одинаковых оранжевых одеждах ели пустую кашу, спали на полу и отказывались от материальных благ ради «духовного роста», Ошо вел жизнь, которой позавидовал бы арабский шейх. В его гараже стояло 93 автомобиля Rolls-Royce — по одному на каждый день. На его руках сверкали часы с бриллиантами, а его личный самолет был обставлен роскошной мебелью.
«Мы верили, что строим рай на земле. Мы любили его больше, чем своих родителей, — рассказывал позже один из бывших санньясинов (последователей Ошо). — Когда я узнал, что верхушка секты организовала массовое отравление людей в соседнем городе, чтобы захватить власть на выборах, мой мир рухнул. Мы думали, что мы дети света, а оказались рабами преступного синдиката. Самое горькое — осознавать, что твою искреннюю духовную жажду использовали, чтобы купить очередной Роллс-Ройс».
Эта слепота кажется невероятной свидетелю со стороны. Почему умные люди годами не замечали очевидного обмана?
Ответ кроется в механике захвата личности. Любая секта всегда начинается с невероятной, оглушающей теплоты. Чуть ли не присутствием самого Бога на собраниях.
Когда новичок переступает порог, его буквально топят во внимании. Ему заглядывают в глаза, искренне интересуются его болью, говорят, что он особенный и что здесь его, наконец-то, поняли. Для человека, измученного депрессией, тяжелым разводом или просто холодностью мегаполиса, это ощущается как возвращение домой. Мозг получает мощнейшую дозу гормонов радости. Человек попадает в эмоциональную зависимость от группы.
А как только капкан захлопнулся, правила игры меняются. Начинается изоляция.
Ни одна сектастская машина не доводила этот процесс до такого совершенства, как «Свидетели Иеговы» (организация признана экстремистской в РФ и жестко критикуется во всем мире). Их лидеры не носят экзотических нарядов и не собирают Роллс-Ройсы. Их контроль гораздо тише, тоньше и страшнее. Он строится на тотальной информационной блокаде и страхе.
Адептам с первых дней внушают: весь мир за пределами организации — это царство дьявола. Любая критика «Свидетелей» в интернете — это ложь и испытание веры. Общаться с «мирскими» людьми нельзя, дружить со школьными товарищами запрещено. Вся твоя жизнь должна вращаться только внутри общины.
Но самое страшное оружие этой секты — политика остракизма (лишения общения).
Если человек начинает задавать неудобные вопросы старейшинам или решает уйти, его вычеркивают из жизни. Буквально. Это не просто исключение из клуба. Всем оставшимся членам секты категорически запрещено даже здороваться с отступником.
«Когда я ушел, мой телефон замолчал навсегда, — делится Марк, отдавший организации 20 лет. — В один день я потерял жену, которая забрала детей, лучших друзей, с которыми мы вместе взрослели, и родителей. Ты выходишь на улицу, и тебе не с кем поговорить. У тебя нет ни одного контакта за пределами секты. Ты физически ощущаешь себя призраком. Многие возвращаются обратно, падают в ноги старейшинам, каются в том, чего не совершали, просто потому, что человеческая психика не может выдержать эту искусственную пустоту. Это форма эмоционального садизма».
Еще одна жуткая страница этой организации — запрет на переливание крови. Десятки бывших членов с содроганием вспоминают, как их заставляли носить в кошельке бумажку с отказом от крови на случай аварии. Врачи по всему миру сходят с ума от бессилия, когда родители-сектанты стоят у кровати истекающего кровью ребенка и закрывают к нему доступ грудью.
«Моя подруга умерла при родах, потому что отказалась от крови, — сквозь слезы рассказывает бывшая адептка Елена. — На ее похоронах старейшины не плакали. Они ставили ее в пример. Они говорили: смотрите, какая крепкая вера. В тот момент меня стошнило от осознания того, кому я поклонялась все эти годы. Они пьют человеческие жизни».
Почему же, несмотря на все эти ужасы, на разрушенные судьбы, тюремные сроки лидеров и разоблачения, секты не просто выживают, но и плодятся?
У науки есть на это очень горький ответ. Секты будут возвращаться снова и снова, потому что они эксплуатируют базовый баг человеческой психики — страх перед свободой и неопределенностью.
Наш мир становится всё сложнее. Мы захлебываемся в потоках информации, мы не уверены в завтрашнем дне, традиционные институты рушатся, люди всё острее чувствуют свое одиночество в толпе. Свобода выбора — это тяжелое бремя, потому что она подразумевает личную ответственность за свои ошибки. И именно в такие моменты проще всех сказать:
"Это всё Сатана".
То есть не разобраться с тем, что с тобой и миром происходит, а свалить всё на мифического демона, который якобы делает это специально, чтобы подорвать работу Бога.
Секта — будь то религиозный культ, агрессивный тренинг по личностному росту с кричащими гуру или фанатичное политическое движение — обещает измотанному человеку спасение.
«Отдай нам свою волю, и мы обеспечим тебе безопасность. Мы укажем, кто враг. Мы объясним, как правильно жить. Мы дадим тебе единомышленников. Тебе больше не нужно будет думать».
Секты нельзя победить законами. Запрещенные, они просто меняют вывеску, переодеваются из балахонов в деловые костюмы и уходят в онлайн.
Защитить от них может только одно — теплота реальных человеческих связей. Люди попадают к манипуляторам не потому, что ищут бога или просветления. Они попадают туда, потому что отчаянно ищут место, где их примут. И пока человек не найдет это безусловное принятие в своей собственной семье, среди реальных друзей и в нормальном обществе, торговцы суррогатной любовью никогда не останутся без клиентов.
Что думаете?