Старые анестезиологи .
Часть 1.
Сначала под это, не совсем приятное на слух, определение, попадали люди пенсионного возраста, продолжающие работать, хотя пенсия уже манила и звала. Потом эта грань как-то размылась, и все услышанное от старших коллег попадало в метафизическую папку с названием «старые анестезиологи рассказывали».
Я так прикидываю, им было от 35 до 60, а казалось, что столько не живут…. Сейчас выходит, что я сама уже «Старый анестезиолог». (Конечно, я уже и не работаю, но это пожизненное звание)
Так вот, одним из- старейшин, с кем мне довелось пообщаться и поработать был Лазарь
Рувимович Недлин. У него стаж работы был больше, чем у меня возраст! Он начинал свою карьеру хирургом, а потом когда во главе стола поставили специального врача анестезиолога взамен медсестры, капающей эфир на тряпочку, пошел в анестезиологию. Думаю, что учить этих первых было некому, учились по ходу пьесы. Хирургическое прошлое иногда было тоже полезным, если
молодые хирурги сомневались, он советовал, что делать. А «бабанька», любимая моя учительница в интернатуре, в самые драматические моменты, когда специалисты заходили в тупик, могла обработать руки, быстро надеть перчатки и одним движением найти и показать им аппендикс или нужную кишку, после чего снять перчатки спокойно продолжала быть анестезиологом!
Но об этом немного после!
Когда мы с Лазарем
познакомились, ему было за 70, он тяжело ходил, практически ничего не слышал, да возможно и не особо хотел.
Но при этом проводил виртуозные наркозы, причем в условиях лекарственного дефицита. Ну и как подобает настоящему анестезиологу, рьяно критиковал хирургов. Самым страшным ругательством, которым он часто пользовался, было: «вот дураки» , многократно исполненное в разных вариантах и стилях. Однажды в плановом отделении проходила большая длительная операция на которой выяснилось, что количество органов, которые необходимо удалять, превышает запланированное.
Кто-то пошел помочь, отпустить анестезиолога на чай, и попутно узнав, планы хирургов, поделился с коллективом. Он долго перечислял удаляемые органы,
Лазарь внимательно слушали и спросил: а матку? -да нет, Лазарь Рувимович, это мужчина! Но тот уже устав прислушиваться, завел свое «вот дураки», матку надо удалять!
Первый вопрос, свидетельствует, что он очень внимательно следил за происходящими в сфере его интересов. Я провожу наркоз, ко мне с какой-то таинственной или даже заговорческой улыбкой подходит взрослая анестезистка и громким шепотом издает: я извиняюсь, но Лазарь Рувимович сильно интересуется, Елена Давыдовна, вы из «наших»?
Конец 1 части