#чувства #потеря #депрессия #проза #психологический_контекст #сны #реальность #прошлое #подростки #отношения #конфликт #внутренний_конфликт #одиночество #невысказанные_вопросы #внутренний_монолог #прошлое
Дэн смотрел на меня, но в то же время куда-то сквозь меня. Взгляд был тяжёлым и мутным, как будто он вдруг перестал понимать, где находится. Или наоборот, начал понимать?
— Дэн, — негромко позвала я, — Дэн, пожалуйста, не… будь таким.
Он явно через силу улыбнулся. Заставил себя сделать это ради меня.
— Ты потеряешь её, — сказал Тимур, — ты сам приговорил её, когда выбрал. И сегодня в парке. Это было её решение. Она не могла не понимать. Она положила розу.
Меня затошнило. Снова дала о себе знать почти бессонная ночь, плюс к ней добавилось потрясение.
— Ты следил за нами? — спросил Дэн. Но прозвучало это как утверждение.
— В парке.
— Я просто был там.
— Ты просто…
— Дэн, пусть говорит, что хочет, — прошептала я, хватая его за руку, — пожалуйста, Дэн. Я просто хочу уйти отсюда.
Дэн на секунду замер, как будто не знал, что делать, потом резко обнял меня. Я подняла голову, пытаясь поймать его взгляд. И тут же пожалела об этом. Глаза лихорадочно блестели, дыхание сбилось. Он хотел что-то сказать, но промолчал, потому что слова не решали уже ничего. Их было сказано сегодня уже слишком много. И это по-настоящему пугало.
— Рыжая, ты веришь мне?
— Да.
— Правда?
— Да. Дэн… пожалуйста…
Я потянулась к нему первой, прекрасно понимая, что делать этого ни в коем случае нельзя, а он не остановил. Не остановил, когда это ещё можно было сделать. Никто не остановил.
Поцелуй был резким, и необратимым. Слишком отчаянным. Слишком живым и тёплым для этого холодного места. В нём смешалось всё, что мы оба чувствовали в этот момент: боль, страх потерять друг друга, ужас перед тем, что могло случиться уже в самом ближайшем будущем, скорбь. Это было не про нежность. Это было про “останься”, про “пожалуйста, пусть всё, что он тут наговорил, окажется лютым бредом”, про “ты здесь, со мной, и пусть так будет всегда”.
Поцелуй длился дольше чем следовало бы… Следовало бы? Ага, бред, конечно. Никакого поцелуя вообще не должно было быть.
Секунд пять — достаточно для того, чтобы увидеть, понять и сделать выводы. Целая вечность боли и отчаяния на грани наслаждения.
А потом всё закончилось.
Тишина была резкой и необратимой, как и наш поцелуй. А ещё она была тяжёлой и вязкой. Тишина, которая наступает, когда ты, вроде, всё осознал, но мозг пока отказывается принять факт
необратимого
неизбежного.
Секунд пять оглушительной тишины. А потом я услышала шёпот, и по телу словно прошёл разряд электрического тока. Я не могла двигаться, не могла говорить, кажется, не могли даже дышать.
Как мы могли?
я не могла этого сделать
Я поднесла к губам кончики пальцев, с ужасом глядя на Дэна. А он просто смотрел на меня. Вот так просто.
Шёпот за спиной. Там, где в окружении венков и роз стоял гроб с телом Жанны.
— Видела?
— Они…
— Самое время…
— И место…
— Ммм…
— Впечатляет…
— Ну надо было уже тогда и…
— Прекрати!
— Новая подружка?
— Симпатичная…
— Так себе…
— Устроили тут… за гранью просто.
Я продолжала смотреть на Дэна, ища поддержки. Ища оправданий. Но поддержки не было. Только боль, страх и странный, непонятный мне вызов.
Кто-то смущённо отводил глаза в сторону, кто-то, наоборот, смотрел на нас с откровенным неодобрением, даже неприязнью, кто-то делал вид, что вообще ничего не произошло. Нашлись и те, кто, снял нас на телефон. Это было уже за гранью, конечно, но было. Они смотрели на нас с тем жадным интересом, который появляется, когда происходит нечто запретное.
Я повернулась к маме Жанны. Она смотрела на нас с такой пронзительной болью в глазах, что мне захотелось кричать. Но я не могла. Не могла даже заплакать, потому что это было бы уже тоже за гранью, как в случае с телефоном.
здесь моя дочь лежит, — говорил её взгляд, — а вы…
Карина стояла рядом с ней. Она всё сразу поняла, но не могла решить, как реагировать на случившееся, поэтому просто смотрела на меня и хмурилась. Дэн был её сыном, и она реагировала на случившееся, как мама, а не как сторонний наблюдатель. И она понимала, что драка с Тимуром — то, что в итоге и привело к поцелую, — стала следствием затянувшегося конфликта, а не сиюминутной выходкой, потому что Дэн просто психанул. И, думаю, она понимала, что наш поцелуй не был проявлением желания или влечения, скорее, это был жест отчаяния, страха и боли, попытка почувствовать себя живыми среди…
— И ты говорил, что это я веду себя некрасиво? — сказал Тимур. Дэн развернулся к нему, но не успел ничего сделать. Его остановил негромкий, но твёрдый голос Карины.
— Достаточно.
Дэн замер на секунду и чуть сильнее сжал мою руку. Взгляд Тимура был задумчивым и на удивление спокойным. Уголки губ тронула едва заметная ухмылка.
— Красиво, — сказал он, понимая, что Дэн уже ничего не сделает, — и, главное, вовремя.
Напряжение стало почти невыносимым.
На нас продолжали смотреть. А мы продолжали держатся друг за друга, как будто отпустить означало потерять.
А потом я услышала какой-то звук: то ли вой, то ли стон. Мама Жанны. Она опустила голову на гроб дочери и зарыдала. Карина не попыталась её успокоить. Она просто стояла рядом и гладила её по плечу.
Дэн молча поволок меня к выходу.
ПРОДОЛЖЕНИЕ ⬇️
ССЫЛКА на подборку ⬇️
ССЫЛКА на подборку “Сводный брат” ⬇️