Расщепление при ПРЛ часто называют защитным механизмом (я тоже называю). Это, спору нет, точно - и одновременно почти бесполезно знать, если не понимать его устройство и появление. Потому что в момент, когда человек, которого ты любил вчера, становится чужим и опасным без видимой причины, слово «механизм» не даёт ровным счётом ничего.
Почему вчера он был идеальным, а сегодня - чужим? Почему ты не можешь вспомнить ничего хорошего между вами, когда злишься? Почему надо либо любить до боли, либо почти не чувствовать ничего - и никак иначе?
У этого есть объяснение.
Это расширенная версия материала о расщеплении при ПРЛ и пограничной организации личности - с дополнительными пояснениями про устройство и работу этого феномена. Более короткий вариант - здесь.
Что такое расщепление при ПРЛ - простыми словами?
Прежде чем объяснять механизм, нужно договориться о терминах - потому что слово «расщепление» в обыденном языке означает сразу несколько совершенно разных вещей, и большинство из них здесь ни при чём.
Расщепление личности в том смысле, в каком его показывают в кино («Сплит», «Три лица Евы», «Мистер Робот»), - это диссоциативное расстройство идентичности, DID. Другой диагноз, другая история и механизм другой. Расщепление психики в шизофрении тоже отдельная тема: само слово «шизофрения» буквально переводится как «расщеплённый ум», но речь там идёт о разрыве между мышлением и реальностью, а не о том, о чём мы говорим здесь.
Расщепление при пограничном расстройстве личности - это защитный механизм психики, при котором человек не может удерживать противоречивые образы одного и того же человека одновременно. Мелани Кляйн, которая описала этот механизм ещё в 1940-х, называла его splitting - буквально «разделение». Психика разделяет мир на два несовместимых полюса: «полностью хорошее» и «полностью плохое». Никаких промежуточных состояний и никаких оттенков. Расщепление работает как переключатель без промежуточных положений - метафора неточная, как все метафоры, но она описывает именно то, что сложно передать напрямую.
Для человека с пограничной адаптацией это означает следующее: партнёр, которого он любит, может в один момент стать совершенно чужим и опасным - даже (или почти) без того, чтобы партнёр реально что-то сделал. Достаточно одного ощущения, одной интонации или одного взгляда. Переключатель срабатывает, и перед тобой уже другой человек. Или, точнее, ты видишь другую его «версию» - и не можешь вспомнить, какой он был час назад.
---
Как проявляется расщепление при ПРЛ? Признаки и жизнь изнутри.
Клиническое описание расщепления звучит нейтрально. В жизни оно выглядит иначе.
Например. Человек начинает отношения - и первые недели или месяцы партнёр кажется идеальным. Именно кажется - в хорошем смысле: это реальное переживание. Партнёр занимает место «полностью хорошего объекта» во внутреннем мире, и это ощущение очень интенсивное, почти физическое. Потом что-то происходит - партнёр задерживается, не отвечает на звонок, говорит «нет» в ответ на просьбу - и переключатель срабатывает. Тот же самый человек теперь занимает место «полностью плохого объекта». И предыдущий опыт, предыдущее тепло, предыдущие доказательства любви - они не исчезают, они просто становятся недоступны. Как если бы их попросту не было.
Это называется нарушением постоянства объекта. В норме ребёнок к трём-четырём годам достигает важной вехи: он начинает понимать, что мама, которая сейчас злится, и мама, которая обнимала его утром, - один и тот же человек. Что человека можно любить и злиться на него одновременно. Что другой человек продолжает существовать в твоём внутреннем мире, даже когда ты на него обижен. При пограничной адаптации эта веха не пройдена - и внутренний мир устроен иначе.
Расщепление при ПРЛ в отношениях проявляется в нескольких узнаваемых формах.
Идеализация с последующим обесцениванием - самая известная. Человек сначала ставит партнёра на пьедестал, потом с того же пьедестала сбрасывает. Со стороны это выглядит как непоследовательность или манипуляция. Изнутри - как совершенно реальная смена восприятия.
Расщепление, направленное на конкретного человека - когда один и тот же близкий попеременно воспринимается как «лучший» и «худший» за короткий промежуток времени. Иногда в течение одного дня.
Расщепление на себя - когда человек не может удержать связное ощущение собственной идентичности. В один момент он чувствует себя особенным, значимым, любимым; в следующий - ничтожным, невидимым, «не таким». И тоже без значимых внешних поводов.
Наконец, расщепление распространяется на весь мир: люди вокруг делятся на «своих» и «чужих», «хороших» и «плохих», и попасть из одного лагеря в другой очень просто - иногда достаточно одного неловкого слова.
---
Откуда это берётся? Расщепление как детская адаптация.
Расщепление при пограничном расстройстве личности появляется не из ниоткуда - оно формируется как ответ на конкретные условия раннего развития. И здесь важно понять одну вещь:
«Формирование пограничной личности было здоровым решением в детстве».
Здоровым, а не патологическим!
Когда ребёнок растёт в среде, где значимый взрослый непредсказуем - то любящий, то отвергающий, то доступный, то эмоционально отсутствующий - психика оказывается перед невозможной задачей. Нужно сохранить отношения с этим взрослым, потому что от него зависит выживание. И нужно как-то справиться с тем, что этот взрослый одновременно источник любви и источник боли. Интегрировать это - удержать оба образа вместе - ребёнок не может. Психика ещё не созрела для такой сложности.
Поэтому психика делает единственное, что умеет: разделяет. «Хорошая мама» и «плохая мама» существуют как два отдельных внутренних объекта, не связанных между собой. Когда мама добрая - активируется один объект. Когда мама злится или уходит - активируется другой. Это позволяет сохранить надежду («хорошая мама существует») и одновременно защититься от тотального отчаяния («это не та же самая мама, которая меня любит»).
Внутренний мир пограничной личности населён множеством дезинтегрированных, противоположных образов себя и других - «частичных объектов». Не целостных людей с их сложностью и амбивалентностью, а фрагментов: «хороший», «плохой», «заботливый», «отвергающий». Когда во взрослых отношениях что-то активирует один из этих фрагментов - человек реагирует на него, а не на реального человека перед собой.
В детстве расщепление - спасение. Во взрослой жизни оно становится ловушкой, потому что мир по-прежнему воспринимается через ту же оптику, которая была создана для другой ситуации.
---
Сколько длится расщепление при ПРЛ и как распознать его в моменте?
Это вопрос, на который почти никто не отвечает прямо - а между тем именно его люди задают в острых ситуациях. Впрочем, на него и правда сложно ответить, но мы попробуем.
Эпизод расщепления может длиться от нескольких часов до нескольких дней. Иногда дольше - особенно если ситуация, которая его запустила, не разрешилась, или если отношения с человеком находятся в хроническом напряжении. Интенсивность и продолжительность зависят от нескольких вещей: насколько сильным был триггер, насколько устойчив человек в целом на данный момент, есть ли рядом что-то или кто-то стабилизирующий.
---
Как ощущается расщепление при ПРЛ изнутри?
Это трудно описать, потому что один из признаков расщепления - именно то, что в момент эпизода он не ощущается как «расщепление». Он ощущается как целостная реальность. Человек ведь не думает: «у меня сейчас такой режим, я вижу партнёра искажённо». Он думает: «я наконец вижу его таким, какой он есть на самом деле!». Предыдущее восприятие кажется наивностью или самообманом.
Сопутствующие ощущения:
- сильная тревога или, наоборот, неожиданное онемение;
- ощущение, что земля уходит из-под ног;
- острое желание немедленно что-то сделать - позвонить, выяснить, уйти, как-то прекратить невыносимое; или, противоположно, полная заморозка.
Один из ранних признаков того, что расщепление начинается, - исчезновение памяти на хорошее. Ну, то есть не буквальная амнезия, а функциональная недоступность: ты знаешь умом, что хорошие моменты были, но не можешь их почувствовать. Они стали абстракцией.
---
Что делать при расщеплении при ПРЛ - и зачем вообще с этим работать?
Расщепление при ПРЛ не лечится техниками. Никакой алгоритм действий «в момент эпизода» не устраняет сам механизм. Техники могут помочь пережить острый момент с меньшим ущербом - но это не то же самое, что работа с причиной.
Причина - в дефиците постоянства объекта, в незавершённом развитии, в том, что психика так и не научилась удерживать амбивалентность. Это то, что происходит в долгосрочной терапии: постепенное, иногда скачкообразное формирование способности видеть человека целиком - с его хорошими и плохими сторонами одновременно, без потери ни тех, ни других.
Когда в терапии это начинает происходить, человек замечает несколько вещей. Эпизоды расщепления становятся короче. Появляется небольшой зазор между триггером и реакцией - маленькое «подождите» перед тем, как переключатель срабатывает. Появляется возможность удерживать: «он сейчас сделал что-то, что мне не нравится, и я всё ещё знаю, что он меня любит».
Но это только звучит просто. На деле - это огромный путь.
Практически полезно знать несколько вещей о том, как вести себя в острый момент расщепления, не усугубляя ситуацию.
Первое - не принимать необратимых решений в эпизоде. Желание немедленно всё прекратить, написать, объяснить, поставить точку - в расщеплении очень сильное. Почти всегда лучше подождать.
Второе - попробовать найти физическое заземление: что сейчас происходит в теле, какие предметы вокруг, какие ощущения реальны прямо сейчас.
Третье - если есть поддержка, это хороший момент, чтобы написать или позвонить.
Но всё это - навигация внутри шторма, а не способ его остановить.
---
Вместо заключения
Расщепление при пограничном расстройстве личности часто описывают как «манипуляцию» или «непоследовательность». Я встречал это объяснение достаточно часто, чтобы знать, насколько оно вредно - и насколько оно далеко от того, что происходит на самом деле.
Человек с расщеплением не притворяется. Он действительно видит мир таким - разделённым на полюса, без серого. Это не характер и не намерение. Это адаптация, которая когда-то была единственным доступным способом выжить в среде, где мир был непредсказуем и небезопасен. Адаптация, которая теперь стоит слишком дорого.
Работать с расщеплением можно. Это долго, это нелинейно и часто весьма болезненно - но это реально. Психика, которая научилась разделять, способна научиться и соединять.
Если вы узнали себя в этом тексте и думаете о том, чтобы начать работу, - посмотрите мой профиль на b17 или напишите в Telegram: @sivpsy.
Автор: Сергей Сивирский
Психолог, Гештальт-подход
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru