Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Казахский гой как источник татарского выражения

Есть такая грамматическая форма в татарском языке: глагол + "магае". Например, "сугыш булмагае" - "лишь бы не было войны". Тут не только утверждение, но и немножко восклицание. Причем, есть только в отрицательной форме. Например "исән-сау булгае" нельзя сказать, имея в виду "лишь бы был здоров". Вообще, в татарском языке какие-то арахаичные окончания для отдельных выражени именно в отрицательной форме, почему-то, закрепляются. Например, "мәмеш" "ишетмәмеш", который может быть только в сочетании "ишетмәмешкә салына" - "неслышащий", "претворяется неслышащим", а вот "претворяется слышащим" через эту форму, вроде как "ишетмешкә салына" не говорят. Ну с "мәмеш" все понятно. Кто учил турецкий, знают, что татарскому прошедшему времени на "-ган" (неочевидное время, свидетелями которому не было) соотвествует турецкое на miş. Значит, когда-то такая форма времени была в татарском языке, но отмерла? Или это заимствование с присказкой или поддразниванием иностранцев, зашедшая из огузских тюркских?

Есть такая грамматическая форма в татарском языке: глагол + "магае". Например, "сугыш булмагае" - "лишь бы не было войны". Тут не только утверждение, но и немножко восклицание.

Причем, есть только в отрицательной форме. Например "исән-сау булгае" нельзя сказать, имея в виду "лишь бы был здоров". Вообще, в татарском языке какие-то арахаичные окончания для отдельных выражени именно в отрицательной форме, почему-то, закрепляются. Например, "мәмеш" "ишетмәмеш", который может быть только в сочетании "ишетмәмешкә салына" - "неслышащий", "претворяется неслышащим", а вот "претворяется слышащим" через эту форму, вроде как "ишетмешкә салына" не говорят.

Ну с "мәмеш" все понятно. Кто учил турецкий, знают, что татарскому прошедшему времени на "-ган" (неочевидное время, свидетелями которому не было) соотвествует турецкое на miş. Значит, когда-то такая форма времени была в татарском языке, но отмерла? Или это заимствование с присказкой или поддразниванием иностранцев, зашедшая из огузских тюркских? Или остатки р-булгарского в редких выражениях (как всякие "бармалы", "кайтмалы" - "надо б пойти", "надо б вернуться" в Кайбицком и Апастовском, построенные по той же схеме, что аналагичные чувашские выражения)? Кто бы вот сказал - нигде нет литературы по этимологии окончаний, исторической грамматике на татарском.

А над "-магае" я ломал голову. Правду, допустим, не узнаю, а с чем сравнить?
Пока не увидел отрывок юмористического фильма, казахско-кыргызского. И там казахский полицейский опрашивает кыргызских автомобилистов, а потом, в ответ на его реплику говорит: "ты что, если все время будешь вставлять гой, думаешь, по-казахски будешь разговаривать?"

Я копнул, что же значит "гой" по-казахски. В казахском языке «ғой» — это усилительная частица, которая переводится как «же», «ведь», «то», «уж». Она придает предложению оттенок утверждения, уверенности, напоминания или смягчения просьбы. Часто используется в разговорной речи, например: білемін ғой — «знаю же» или айтты ғой — «он же сказал»

КДПВ
КДПВ

Значит, наше "булмагае" это "булма гай-ы", видимо. "Булма гай", это "не будь уж!", а "булмагай-ы", это, видимо, как "икән-е", то что частица принимает грамматику целого выражения, которое усиливает, то есть это "чей-то "не будь уж"".

Как вам такая версия на безрыбье? Я жажду опровержений знающими людьми!