Мужчина, который надеялся на счастье. Одиннадцать женщин и история “Синей бороды” сегодня.
Сказка про Синюю бороду обычно вспоминается как детский ужастик.
Богатый мужчина, запретная комнатка, ключ в крови и висящие по стенам жёны. Но если вернуться к тексту Шарля Перро, становится понятно: это совсем не детская история.
Перро начинает с витрины:
«У одного человека было когда‑то два дома, один в городе, другой в деревне;
серебра и золота — полные сундуки; …Но борода у него была синяя. Это делало его таким безобразным и страшным, что ни одна женщина не соглашалась за него идти».
Женщины, пишет Перро, «пугались» и отказывались, пока их не переубедили.
«У него была по соседству знатная дама, у которой было две дочери. Он засватался за одну из них, но ни одна не желала выйти: им противна была его синяя борода.Однако он часто бывал у них, говорил учтиво, угощал, показывал свои богатства… Чем больше они на это смотрели, тем меньше страшной казалась им его синяя борода».
Это место важное. Сначала у тебя внутри есть «нет». Потом человек слишком удобен, ухожен, обеспечен. Он водит тебя по своим залам, открывает сундуки, накрывает столы — и собственный страх начинает казаться капризом.
Когда свадьба всё‑таки случается, Перро не уходит в «жили они долго и счастливо». Он показывает, как устроена власть.
«Спустя месяц после свадьбы Синяя Борода сказал жене:
— Мне нужно уехать на несколько дней по важному делу. Вот ключи от кладовых, вот — от сундуков с золотом, от шкафов с посудой, от ларцов с драгоценностями. А вот и ключ от всех комнат в доме. Но этот, маленький, — от комнатки внизу, в конце длинного коридора. Запрещаю тебе входить туда под страхом моей страшной немилости».
Формально — она «хозяйка всего дома». По сути — ребёнок, которому дали поиграть большим набором ключей и повесили огромный замок на самую важную дверцу.
Помните, что дальше? Дальше — та самая сценка, от которой сказка становится фильмом ужасов:
«Она долго колебалась, но любопытство было сильнее страха. Она спустилась по лестнице, подошла к дверце и долго дрожала, вставляя ключ в замочную скважину. Дверь отворилась. Вначале она ничего не увидела, …она увидела, что пол был весь в крови, а на стенах висели тела прежних жён Синей Бороды…
Жуть конечно… Не буду пересказывать всю сказку.
Но вот ключ.... А ключи то невозможно отмыть, — очень точная метафора: как бы ни убеждали себя, что «он изменился» и «я сама виновата», след от пережитого насилия всё равно проступает.
Исследователи любят искать у сказок реальные корни.
Часто рядом с «Синей бородой» вспоминают истории «благородных людей» XVII века: снаружи — уважаемые дворяне, герои войн, меценаты, внутри их домов — запертые жёны, избиения, исчезновения служанок и детей.
Это была эпоха, когда мужчина мог годами творить ужас за закрытыми дверями, и лишь редкие побеги, доносы или скандалы вытаскивали это наружу.
Перро не называет имён. Но трудно поверить, что его сказка написана совсем из воздуха. Скорее это аккуратная упаковка коллективного страха: богатый, уважаемый мужчина и то, что он делает с теми, кто «осмелился» быть не такими, как ему нужно.
Прошли века… . Сказочный тиран с синей бородой мог бы сегодня работать в офисе, водить кроссовер и называть себя «нормальным мужиком».
У него не будет крюков на стенах и топора в потайной комнате.
Зато может быть длинный список женщин, которые по очереди входят в его дом как «почти жёны» — и так же по очереди из него уходят, каждая со своим страхом.
И звучащие слова песни, словно иллюстрирующие их состояние: «Я вижу страх в твоих глазах…»
Синяя борода сегодня это про мужчину, для которого женщина существует ровно до тех пор, пока она послушна и не заглядывает в «запретную комнату» — в его настоящую сторону.
История. Михаил, ему сейчас 47 лет.
В его окружении однажды за спиной кто‑то сказал: «Наш Синяя борода опять один». Но его собственный рассказ кажется очень приличным и даже, может вызвать сочувствие...
Я всегда думал, что иду к простому человеческому счастью. Рано начал зарабатывать, я рано женился, хотел семьи. Нормальный мужик, который делает всё как надо.
Первая жена изменила и ушла, оставив ребёнка. Я стал и мамой, и папой и вывел для себя формулу: “Все бабы — суки. Чем лучше к ним относишься, тем хуже они с тобой”.
Потом, конечно, я оттаял. Я не держал “на стороне” — либо живём вместе, либо до свидания. Для меня по‑другому не существует отношений. Каждой я давал крышу, безопасность, деньги. И каждая в какой‑то момент начинала быть недовольной, выносить мозг.
Первая — обыкновенная, молодая. Хотела “жить как люди”: семья, отпуск раз в год, дети. Я вкалывал, хотел лучшего, а она ныла, что меня нет дома. Потом изменила и ушла.
Вторая — врач. Умная, самостоятельная. Я думал, вот, нормальная женщина: и к себе требовательна, и меня понимает. А оказалось, у неё свои взгляды на то, как жить. Ей не хватало “моего участия”, “моих эмоций”. Я зарабатываю, всё есть, что ещё?
Третья — с детьми была. Я принял её двух детей как своих. А через полтора года она заявила, что я “слишком контролирую".
Четвёртая — творческая. Вроде движуха была, тусовки, алкоголь, на драйве.
Я ей мастерскую оборудовал, а она про какую‑то свободу заговорила.
...Череда женщин, год- два и все куда-то исчезают…« Я не понимаю, что этим стервам надо?»
Его «правила» как внутренняя сказка.
У меня всегда было одно условие: ты либо принимаешь мои правила и живёшь по ним, либо нам с тобой не по пути. Они соглашались.
Ничего я не требовал. Нормальные вещи:
– я главный, мои решения закон,
–на тебе дом, уборка, готовка,
–ты не повышаешь голоса и не выносишь мне мозг, если что-то не нравится смотри первый пункт, мужчина всегда прав, он главный,
– ты не выносишь мусор на люди, не бежишь жаловаться маме, не устраиваешь сцен при друзьях,
–если мне надо расслабиться, ты участвуешь, а не сидишь с кислой миной
Я ведь не просил невозможного, правда?
С его точки зрения — правда. С точки зрения этих одиннадцати женщин — у каждой есть своя версия, но которая сводилась к тому, что вначале все выглядело действительно стабильно, как мечта- мужик обеспечивает, все в дом, женщина для него предмет заботы. А потом… потом за каждое прегрешение прилетала оплеуха… потом извинения, потом затишья… а потом снова оплеуха,
Страх каждого шага, потому что если суп в тарелку налит первому не ему, может быть ругань, если не так погладила его вещи влетит пощёчина, если не улыбается, когда он «отдыхает» — “влетит по мордам”».
У Синей бороды в сказке была запретная комната. У Михаила — целый дом, в который женщина может войти только при одном условии: никогда не открывать рот не вовремя и делать так, как велит он.
Вроде, что такого он требовал? Он так и не понимает, почему ушли все те женщины...Сейчас он один и ищет новую "жену".
Где‑то рядом с нами есть ещё не одна такая история — с другим именем, но теми же правилами.
Сказка ложь, да в ней намёк. А верить ли в сказки и на каких условиях жить — решать вам.
Подписывайтесь на канал, чтобы не пропустить новые истории.
Если вам откликается тема скрытого насилия, не пропустите
В канале VK еще больше историй и разборов https://vk.com/t_izumrudova