Рекомендуется послушать тем, кто топит за Scopus и Web of Sciences

Да, господа. Есть такой спектакль Константина Симонова, написанный по личному указанию Иосифа Виссарионовича Сталина. Указание на нему было дано в 1947 году 14 мая на встрече с ним, с Молотовым, с Ждановым и Фадеевым. Об этом разговоре Симонов написал в своей книге "Глазами человека моего поколения". Кстати, эта предсмертная книга-воспоминание написана на волне тех настроений и взглядов на этот вопрос, которые были, как теперь понятно, были временными и необоснованными, тогда как эта пьеса оказалась ПРОРОЧЕСКОЙ.

Если у вас нет времени слушать, можете скачать и прочитать. Она есть в открытом доступе.

Но должен предупредить, что радиопостановка - это СОКРАЩЁННЫЙ вариант пьесы.

И позволю себе привести ЦИТАТУ

Трубников. Хорошо, не будем сейчас спорить об этом. Я хочу только сказать, что если желание войти со своими открытиями в большой мир, в мировую науку считать смешным, то можно незаметно для себя превратиться в провинциалов.

Макеев. А если считать свою страну провинцией, мой дорогой, то можно быстро и незаметно для себя превратиться в шаркуна перед заграницей. Я, конечно, не о тебе. Но, вообще-то говоря, что за отвратительная традиция, которую за тридцать лет советской власти нам, интеллигентам, все еще не удалось до конца выбить из себя, – традиция считать себя какими-то бедными родственниками заграницы и бегать туда за похвальными листами!

Ольга Александровна. Ну, в известной мере тут есть в нас, в русских, что-то, как говорится, врожденное, то, с чем приходится внутри себя бороться, то, что идет от старого.

Макеев. Что от старого – да, а что врожденное – неправда, ложь! Идея своей неполноценности, второсортности никогда не была врожденной в русском человеке. Она долго и искусственно вдалбливалась извне, из-за границы: из Германии, из Франции, из Англии – откуда хотите, отовсюду, откуда было выгодно вдолбить в нас эту идею. А врожденного в ней нет ни на копейку.

Трубников. Пришел, увидел, победил! Всем досталось на орехи. Теперь тебе остается только прочесть нам лекцию на входящую ныне в моду тему о низкопоклонстве. А так как я начну с тобой препираться, то сразу зачислить меня по этому разряду.

Макеев. Что-то ты сегодня уж больно задираешься!

Трубников. Стало быть, зачислишь?

Макеев. А что же? Заслужишь – так и зачислю.

Трубников. Дудки! Не выйдет! Уж в чем я не грешен, в том не грешен. Ношу отечественный костюм, не держу американского холодильника и вполне доволен своим радиоприемником минского завода.

Макеев. А разве низкопоклонство заключается в том, чтобы любить заграничные холодильники или штаны? Есть, конечно, люди, которые готовы умиляться хоть ночному горшку, если он заграничный, но это больше смешно, чем грустно. Нет, голубчик, есть другое низкопоклонство, серьезное, от которого, кстати сказать, и ты не свободен. Оно заключается в том, что люди думают, что тот, враждебный нам мир гораздо благороднее, чем он есть; считают людей из того мира способными на гораздо более высокие побуждения, чем те, на которые они способны; считают их мнимую свободу действительной, их проданную капитализму совесть – чистой, а их беззастенчивую рекламу своих достижений, талантов и умственных способностей – правдивым зеркалом их жизни. И поэтому умиляются, когда получат письмо от этих «сверхчеловеков», и, вырезав, чуть ли не вешают на стену строчки из паршивого заграничного журнала. И кто это иногда делает? Ученые с мировым именем!

Трубников. Только не забывайте, что мировое имя – это и есть четыре строчки в одном паршивом журнале, еще четыре строчки в другом, еще четыре строчки в третьем – это и есть мировое имя!

Макеев. Неправда. Настоящее имя, заработанное у нас, в Советском Союзе, по одному этому уже есть мировое имя! А все эти строчки в заграничных журналах – это только примечания к мировому имени советского человека.

КОНЕЦ ЦИТАТЫ

https://krispen.ru/simonov_k_07.docx

Также интересный документ

А книгу "Глазами человека моего поколения" найдёте тут - скачивается в любом формате

А вот в изложении Симонова по стенографии, которую он надиктовал сразу после разговора со Сталиным, та самая фраза, которой Сталин распорядился разработать эту тему в литературе. Из книги "Глазами человека моего поколения", Константина Симонова.

ЦИТАТА

— А вот есть такая тема, которая очень важна, — сказал Сталин, — которой нужно, чтобы заинтересовались писатели. Это тема нашего советского патриотизма. Если взять нашу среднюю интеллигенцию, научную интеллигенцию, профессоров, врачей, — сказал Сталин, строя фразы с той особенной, присущей ему интонацией, которую я так отчетливо запомнил, что, по-моему, мог бы буквально ее воспроизвести, — у них недостаточно воспитано чувство советского патриотизма. У них неоправданное преклонение перед заграничной культурой. Все чувствуют себя еще несовершеннолетними, не стопроцентными, привыкли считать себя на положении вечных учеников. Это традиция отсталая, она идет от Петра. У Петра были хорошие мысли, но вскоре налезло слишком много немцев, это был период преклонения перед немцами. Посмотрите, как было трудно дышать, как было трудно работать Ломоносову, например. Сначала немцы, потом французы, было преклонение перед иностранцами, — сказал Сталин и вдруг, лукаво прищурясь, чуть слышной скороговоркой прорифмовал: — зас**нцами, — усмехнулся и снова стал серьезным.

КОНЕЦ ЦИТАТЫ

Ещё одна цитата из этой пьесы

"Вы только вспомните, как мы иногда диссертации принимали, за что поблажки давали. За то, видите ли, что у автора три статейки в английских журналах напечатаны. Сами англичане напечатали! Высший суд! Разве не бывало так?"

Комментарии, как говорится, излишни.