Жила-была на свете маленькая девочка, и ее мучил очень важный вопрос, что такое счастье. С этим вопросом она обращалась к родителям, которые приходили измученные с работы. Она видела их потухший взгляд, легкую улыбку на изможденных лицах.
Как усталая мама, быстро приготовив ужин, тут же валилась в постель, ибо завтра ей рано вставать и снова идти на работу. Как быстро ел ее папа и тоже шел спать.
«Да и знали ли они когда-нибудь счастье? Любили ли они друг друга по-настоящему?» — думала маленькая девочка и не находила на свои вопросы ответов.
Любовь ее родителей давно стала привычкой. А тяжелый изнурительный труд ради куска хлеба лишил их радостей жизни. Да и была ли она когда-нибудь в их беспросветной жизни?
Родители девочки тоже вспоминали своих измученных мам и пап и привыкали к их нелегкой доле. Их судьба, казалось, передавалась по наследству, и не было выхода из этого замкнутого круга. Они видели, как рос их любознательный ребенок, как он тянулся к образованию и знаниям. Но им было горько от того, что у них не было денег, которые можно вложить в это образование. Да и нужно ли оно ей, если впереди ее также ждал нелегкий изнурительный труд? Труд от рассвета до вечера ради куска хлеба. Поэтому они могли только горько улыбаться и оттягивать для своей дочери эту печальную участь.
Девочка мучилась вопросами. Ей было жалко своих родителей. Она хотела им помочь и сделать их счастливыми. Но как этого достичь, она не знала. Да и сами родители как бы отдалились от нее. Поэтому для девочки существовало два мира. Ее мир, где давался простор самой необузданной фантазии, и мир ее родителей, в котором она видела нищету и нехватку денег.
И тогда девочка вышла на улицу. Она увидела яркое Солнце и решила его спросить о счастье.
— В чем счастье, Солнышко? — робко задала она свой вопрос.
Солнышко взглянуло на нее с высоты и улыбнулось девочке. Потом оно послало солнечных зайчиков. Они окружили девочку в хоровод и принялись играть с нею. Самые смелые запрыгивали на ее, покрытое веснушками, личико. Девочка засмеялась, и зайчики ответили ей тоже смехом. Всем было радостно в этот прекрасный и чудесный миг.
— Мое счастье, — отвечало ей Солнышко, — дарить радость и тепло животным и людям. Мои лучи согревают посевы, дают деревьям зацвести после зимней спячки. Увидев их, начинают петь птицы, и вся природа оживает в этот момент, наполненная моим светом. В этом мое счастье.
— Спасибо, Солнышко! — сказала девочка, удовлетворенная этим ответом, но внутри она понимала, что это не ее счастье.
«Пойду к Ветру», — подумала она и, попрощавшись с Солнышком, пошла дальше.
Легкий ветерок обвевал ее нежной прохладой. И девочка спросила:
— В чем счастье, Ветер?
— Я свободен и волен — в этом мое счастье, — ответил ей Ветер. — Я могу быть легким и нежным, но также могу быть холодным и злым. Свобода — мое счастье!
— Спасибо тебе, Ветер, — отвечала ему девочка. Но в глубине души она по-прежнему чувствовала, что это не ее счастье. Какая-то неведомая сила гнала ее вперед. И она снова шла и шла дальше.
Наконец, девочка устала и села передохнуть около родника. Она набрала в свои ладошки прохладную воду и с удовольствием выпила ее. Никогда до этого вода не казалась ей такой вкусной и так быстро утоляющей жажду.
И только она собралась вновь отправиться в путь, как к роднику приблизился Старец. Ему было много лет, но он не был сломлен и скрючен годами. И если бы не его седые волосы и борода, то девочка подумала, что перед нею 50-летний мужчина.
Старец улыбнулся ей, и девочка улыбнулась ему в ответ. От этого человека веяло теплотой и искренностью. И снова девочка задала свой вопрос:
— В чем счастье, дедушка?
Старец ласково поглядел на нее, потом достал из кармана пряник и протянул ей.
— Спасибо, дедушка! — сказала, смущаясь, девочка. И тут же вспомнила, что она не ела с самого утра, вонзив в пряник свои белоснежные зубки.
— Счастье, девочка, — ответил ей Старец, — в моей долгой и светлой жизни. Никогда в ней я не делал зла ни животному, ни человеку. И Господь даровал мне годы, чтобы я мог приносить счастье людям. Они приходят ко мне за советом и получают его. Хотя дорога ко мне не так пряма, как кажется. Многие шли по ней, но сворачивали со своего пути, и вновь возвращались к прежней жизни. Но тот, кто видел и слышал меня, уже не уходил прежним. Пелена спадала с его глаз, и он чувствовал себя просветленным.
Девочка слушала его мелодичный и завораживающий голос, и, хотя она не понимала смысла всех слов, на душе становилось светло и радостно. Ей хотелось петь и танцевать в новом, обновленном мире, путь в который указывал Старец.
— Но ты забыла про своих родителей, — напомнил он ей.
— Я больше не хочу туда, в их нищий и убогий мир! — заплакала девочка.
— Но они любят тебя и переживают о тебе, — ответил ей Старец.
— Ну и пусть! — капризничала девочка. — Их мир — это не мой мир! Их жизнь — не моя жизнь!
И тут Старец поднял свою морщинистую руку. Плач девочки чудесным образом прекратился.
— Я вижу, ты уже успокоилась, — сказал ей Старец. — Пора и твоим родителям увидеть настоящее счастье.
Неожиданно в его руках появился мешок, перевязанный красной лентой.
— Вот оно их долгожданное счастье, — сказал девочке Старец. — Как будешь подходить к дому, развяжи его. Ну же, беги к своим родителям.
И тут ноги девочки, помимо ее воли, побежали к дому. Она не чувствовала, как кусты хлестали ее по рукам и щекам, как жесткая трава резала ноги. Ведь в ее руках было само Счастье. И она несла его в дом своих родителей.
Не добегая до дома, она развязала красную ленту и открыла мешок. Каким-то таинственным образом окружающий мир стал меняться вокруг нее. Она понимала язык птиц и деревьев и была уже не просто девочкой, а частью этого мира, который манил и притягивал к себе.
Но ее поразило еще больше, когда она увидела своих смеющихся и радостных родителей и их преображенный дом. Они были такими взрослыми, а она такая маленькая, как та тряпичная кукла, которую до своего путешествия девочка любила прижимать к себе.
И вот теперь ее желание исполнилось. И взрослые, и она были счастливы.
15.03.2022 – 05.04.2026