Был в старой России один парадокс, который замечали все, но никто не мог объяснить. Города росли стихийно, улицы искривлялись, дома лепились друг к другу, и солнечный свет, этот бесплатный источник тепла и здоровья, распределялся по-настоящему странно. Кто-то купался в его лучах с утра до вечера, а кто-то жил в сырой, вечной тени, где даже в полдень царил полумрак.
Никто не замерял тогда нормы инсоляции. Никто не рассчитывал, сколько солнечных часов в день положено человеку. Города росли как придется. И лишь спустя десятилетия выяснилось, что тень убивает не хуже голода.
Тюмень, кстати, не была исключением. Хотя город, раскинувшийся на живописных берегах Туры, с его крутыми обрывами и широкими водными просторами, казалось, был создан для того, чтобы солнце заливало каждую улицу, каждый дом и каждое окно. Но на деле выходило иначе.
И сегодня, когда мы говорим о новой комфортной недвижимости, мы часто забываем эту старую истину. Мы обсуждаем планировки, спорим о дизайне кухни. И почти не задумываемся о том, что главное в доме — это свет, воздух и тишина.
Почему в старом городе солнце заглядывало только в окна богатых? Как хаотичная застройка лишала тюменцев света и здоровья? И что такое «переменная этажность», которая возвращает нам то, что было утеряно?
Давайте разбираться по порядку.
Проклятие глухих заборов
Чтобы понять, отчего страдала инсоляция в дореволюционной Тюмени, нужно представить себе, как выглядела тогдашняя застройка. Город рос стихийно. Горожанин покупал участок, ставил дом, обносил его глухим высоким забором — и жил себе в своем замкнутом мире. Сосед делал то же самое. Так возникали лабиринты, где солнце заглядывало разве что в окна хозяйской спальни, но никогда — в подворотни, где ютилась прислуга, или в узкие проулки, по которым спешили прохожие.
Особенно остро эта проблема стояла в заречной части города — районе, который сегодня переживает второе рождение. В XIX веке здесь селились кожевники, ямщики, простой люд. Дома стояли так плотно друг к другу, а улицы были настолько узкими, что на них с трудом разъезжались две телеги. Воздух застаивался, солнце не успевало просушить землю после весенней распутицы.
В XIX веке вокруг жилых кварталов выросли заводские трубы, дым и копоть висели в воздухе, заслоняя и без того скудный свет. К концу века Тюмень, по свидетельству современников, превратилась в город разительных контрастов: на главных улицах — величественные особняки в стиле классицизма, широкие мостовые, простор; а в рабочих слободках — теснота, мрак и сырость.
Исследователи тех лет били тревогу. Врачи, опережавшие свое время, связывали вспышки болезней с теснотой, сыростью и недостатком солнечного света. Но их голоса тонули в хоре других проблем. Городу нужно было мостить улицы, строить школы, налаживать водоснабжение, бороться с эпидемиями, которые уже разразились. До норм инсоляции, до расчета того, сколько солнечных часов в день положено человеку, просто не доходили руки. Да и многие ли верили, что обычный свет способен лечить?
Купеческая наука о свете
Но были дома, где солнце не переводилось. Где высокие потолки давали воздуху свободу, а большие окна впускали свет даже в пасмурный день. Кто же строил их? Кто знал, как обратить фасад к солнцу, как защитить дом от ветра, как расположить комнаты, чтобы в каждой было тепло и светло.
Купцы, возводившие такие особняки, не имели за плечами архитектурных институтов. Но у них была житейская мудрость, подкрепленная поколениями.
Вообще секрет тюменского купеческого дома не в богатой резьбе и не в высоте потолков. Секрет в том, как этот дом стоял на участке, куда были обращены его окна и сколько воздуха оставалось между соседними зданиями.
Купец, закладывая усадьбу, думал не столько о престиже, а о тепле зимой, о прохладе летом, о том, чтобы в доме не застаивалась сырость.
Закон 1: Дом не выше соседа
Тюменские купцы редко строили выше 2-3 этажей, потому что высокое здание отбрасывает длинную тень. А затенять соседа считалось дурным тоном. Дом в 2-3 этажа легче проветривается и не создает «ветровых коридоров», где воздух гуляет как в аэродинамической трубе.
Советские микрорайоны, застроенные одинаковыми рядами-башнями, эту мудрость, кажется, забыли. Между высотками воздух застаивается или, наоборот, разгоняется до урагана, а солнце заглядывает только на верхние этажи.
В купеческой малоэтажности была своя мудрость: чем ниже дома, тем больше солнца достанется каждому.
Закон 2: Окна на две-три стороны
Хороший дом должен проветриваться. Поэтому купеческие особняки часто строили «в две улицы» — с окнами и на главную магистраль, и во внутренний двор. Так воздух мог проходить насквозь, не застаиваясь. Летом это спасало от духоты, а зимой — от сырости.
Закон 3: Высокие потолки
В старых купеческих домах потолки редко опускались ниже 4 метров. И это не какое-то «барство», тогда отопление было печное, его количество нельзя было отрегулировать краном на батарее. А теплый воздух, как известно, всегда поднимается вверх, и если потолок низкий, дышать становится тяжело. Высокие потолки давали пространству и людям свободно дышать, комнаты визуально становились больше и светлее.
Закон 4: Много окон и веранда
Купеческие особняки никогда не грешили скупостью на окна. Да, стекло было недешево, но свет ценили выше экономии. Окон было много всегда, и благодаря этому, солнце заглядывало в дом и утром, и после обеда, не оставляя углов в тени.
Но главное изобретение купеческих зодчих — застекленная веранда. Ее пристраивали к дому со стороны сада или внутреннего двора. Летом здесь спасались от жары: открывали все рамы, и ветер гулял свободно. Зимой веранда превращалась в «световой карман» и при этом работала как буфер, если была у входа. Она смягчала переход с улицы в дом, не выпуская тепло. Здесь пили чай, читали книги, дети играли в шахматы и куклы.
Пример такого решения — дом купца А.В. Колмакова на улице 25 Октября, 25. В реестре объектов культурного наследия сохранилось упоминание о «крытой веранде на чугунных колоннах». Очевидец, видевший дом до пожара, вспоминал: «огромная застекленная терраса с видом на реку. Представилось, как тут пили чай всей семьей».
В доме, полном света, не нужно было зажигать свечи до позднего вечера. И дышалось легко.
Как учитывали розу ветров?
Тюмень стоит на открытой местности. Ветра с северо-запада, с Туры, здесь не редкость. Купцы, строившие дома на берегу, знали: главный фасад лучше обращать на юг или юго-восток. Так дом получал максимум солнца и оказывался защищен от холодных ветров.
Задворки, где располагались конюшни, амбары, мастерские, уходили на север. Там ветер не страшен, а солнце и не нужно. Такая ориентация по сторонам света экономила дрова зимой и спасала от жары летом.
Пример тому — усадьба купцов Чираловых на улице Семакова. Главный фасад смотрит на юг, на солнце. Задняя часть дома, хозяйственная, обращена на север, к реке. Внутри — сквозное проветривание: окна выходят на все стороны, воздух гуляет свободно.
Врачи XIX века, ратовавшие за чистый воздух и солнечный свет, часто ссылались на опыт купеческих домов. «Там, где дома стоят редко, где окна велики, а потолки высоки, — писал один из санитарных врачей в отчете по Тобольской губернии, — там и болезни отступают».
Возвращение к истокам
Сегодня, задумываясь о новом комфортном доме, мы сразу начинаем представлять стили интерьера и мебели. Да, все это, безусловно, важно. Но есть аспект важнее.
Свет.
В старых купеческих домах это понимали. Потому и строили не столько ради красоты, а для здоровой жизни.
В «Вознесенском» возродили эту традицию, и переменная этажность здесь выбрана неслучайно. Архитектор Михаил Филиппов спроектировал ансамбль, где дома разной высоты стоят в правильном порядке. У храма — в два этажа. В глубине квартала — семь. Малоэтажные особняки у воды не заслоняют солнце от высоких. Ни одна резиденция не остается в тени.
Широкие окна, высокие потолки (от 3,3 до 6 метров), продуманная ориентация по сторонам света. В одних комнатах солнце встречает вас утром. В других — провожает вечером.
И в каждом дворе видно небо, горизонт, храм, реку. Дома не давят. Они обрамляют пространство, создавая уют и защищенность. При этом здания разной высоты еще и гасят силу ветра. Дворы остаются тихими даже в непогоду.
Архитектура семейного счастья
Представьте, что утро будит вас не будильником, а мягкими лучами, проникающими через большое окно. На кухне, где семья собирается за завтраком, всегда светло и тепло, даже в пасмурный день. В детской солнечные зайчики играют на стенах, а вечером, из окон гостиной, можно наблюдать закат над городом, над рекой. Во дворе, защищенном от ветра и машин, играют дети. Взрослые гуляют по купеческому саду, никуда не торопясь.
Тишина, свет, воздух — вот три кита, на которых держится семейное счастье в «Вознесенском».
«Вознесенский» — это дань уважения зодчим купеческой Тюмени. Тем, кто понимал, что настоящая архитектура основана на любви к человеку.
Архитектурный ансамбль «Вознесенский»
Вдохновлен традицией, создан для будущего.
Ул. Щербакова, 2, корп. 1
+ 7 (3452) 68-10-10