Есть тема в воспитании и взращивании детей, весьма интересная. Родители у нас все ответственные, аж 82 процента считают, что сами должны на эту тему подрастающее поколение просветить. Да только как просветить, если говорить с ребенком на неё не желаешь?
****
Это великий парадокс ответственного родительства. Мы, взрослые, носим в себе торжественную уверенность, что просвещение насчет гендерных взаимоотношений (эк пришлось завернуть — цензуражешь!) — дело исключительно семейное, интимное, долженствующее производиться из уст в уста под абажуром и с томиком классика в руке. Я тут нашел данные опроса, целых 82 процента опрошенных родителей на полном серьезе голосуют за то, что миссия сия возложена именно на нас, на родителей, и ни в коем случае не на какую-то там бездушную школу или, упаси боже, улицу.
Вот только вот странность — тоже более 80 процентов опрошенных подростков за инфой такой идут. В Интернет.
Потому как миссию просвещения родители всегда откладывают на завтра. А завтра — на послезавтра. Ну, неудобно же с ребёнком га такие темы говорить, хоть и должно!
А послезавтра оказывается, что ребенок уже вырос, и можно с облегчением выдохнуть: «Пронесло! Не пришлось краснеть».
Давайте честно.
Мы же ответственные. Поэтому мы не говорим.
Мы привычно создаем вокруг «табуированной темы» такой плотный кокон из многозначительного молчания и неловких покашливаний, что любой нормальный ребёнок быстрее расшифрует клинопись шумеров, чем дождется от мамы внятного объяснения, откуда берутся дети.
Максимум, на что хватает нашей просветительской отваги — это глубокомысленное «Ну, ты уже большой/большая, сам (а) всё понимаешь» или сакраментальное «Главное, чтобы ты в подоле не принес/не принесла». Вот и весь ликбез. Педагогический гений чистой воды.
И вот тут начинается самое увлекательное. Родители, испарившись из диалога, свято верят, что чадо пребывает в блаженном неведении, разглядывая гербарий. А чадо тем временем идет не в библиотеку, а на форум. Потому что 82 процентам родителей некогда, а у анонима в сети всегда есть время. Там, в душных недрах подростковых пабликов, в чатах с аватарками котиков и печальных аниме-персонажей, кипит настоящая жизнь. Именно там задаются вопросы, от которых ответственный родитель грохнулся бы в обморок прямо на недоготовленный семейный ужин. Про нежелательную беременность спрашивают не у мамы, которая в ответ роняет чашку, а у такого же пятнадцатилетнего незнакомца с ником «Ангел_Тьмы_2009». Про неразделенную любовь, про странные ощущения в теле — всё туда, или в поисковик, минуя стадию «разговора по душам на кухне».
А потом наступает момент истины. Ребенок вдруг выдает в разговоре какое-нибудь словечко или знание такой анатомической глубины, что у мамы отвисает челюсть, а папа начинает судорожно вспоминать пароль от «родительского контроля». И вот он, финальный аккорд родительской драмы, удивленный вопль в пустоту: «И откуда ты всё это знаешь?! Мы же с тобой об этом не говорили!»
И в этом вся соль. Мы не говорили — они узнали. Мы считали себя главным источником знаний (82%!), но по факту оказались просто статистами, задумчиво смотрящими в стену, пока интернет делал нашу работу, только без нашего разрешения и без педагогической лицензии.
Так что ответственность наша, родительская, 82-процентная, лежит где-то на полке рядом с нераспечатанной брошюрой «Как поговорить с ребенком о взрослении». Брошюра пылится, а мы всё удивляемся: надо же, какие дети пошли осведомленные. А кто-то добавляет: испорченные.
И откуда что берется?