ГЛАВА 4. Пепел старых обид, билет в один конец и паника в стеклянной башне
Остаток ночи на Заячьей заимке тянулся мучительно долго. Анна сидела у печи, глядя на танцующие языки пламени. Слова Риты, сказанные в лихорадочном бреду, эхом бились в голове: «Красная ампула… Ира умерла… Желтая папка в сейфе…»
Глава 3:
Пазл сложился окончательно, и картина оказалась страшнее, чем Анна могла себе представить. Десять лет назад она отказалась тестировать сомнительные препараты крупной фармацевтической компании на своих пациентах. Через неделю произошла та фатальная «ошибка» на операционном столе, а Вадим дал против неё показания. Теперь всё было предельно ясно: её не просто подставили. Её убрали с дороги, чтобы превратить третий, закрытый на ремонт корпус клиники, в нелегальный полигон для испытаний на людях. На тех, кого некому искать.
Утром Рита открыла глаза. Жар спал. Лошадиная доза антибиотиков и крепкий, молодой организм сделали свое дело. Девушка сфокусировала взгляд на бревенчатом потолке, затем резко повернула голову. Увидев Анну, сидящую за грубым столом с чашкой кипятка, она попыталась приподняться.
— Лежи, — голос Анны прозвучал ровно, без эмоций, но в нем была сталь. — Швы свежие. Порвешь — второй раз я тебя не зашью, здесь нет нормальных условий.
— Где мы? — прошептала Рита, оглядывая убогую избушку. — Те люди… они забрали меня из больницы? Вы отдали меня им?
Анна поставила чашку и подошла к топчану.
— Если бы я хотела тебя отдать, я бы не увозила тебя с заднего двора в старой люльке под дулом ружья. Мы на заимке. Сюда нет дороги. Здесь безопасно.
Она достала из кармана серебряный скальпель и положила его на одеяло Риты.
Девушка побледнела так, что её лицо слилось по цвету с простыней. Она судорожно втянула воздух.
— Откуда… откуда вы знаете? — её голос дрожал. — Я ничего вам не рассказывала…
— Ночью у тебя был жар. Ты рассказала достаточно, — Анна придвинула табурет и села. — Про третий корпус. Про Иру. И про желтую папку в сейфе Вадима Игоревича.
Рита закрыла лицо руками и тихо, безысходно заплакала.
— Они убьют меня. И вас тоже убьют. Вы не представляете, какие там деньги крутятся. Вадим Игоревич… он чудовище. Он говорил, что мы помогаем науке, а сам просто колол нам яд за гранты. Я украла этот кулон из его кабинета, думала, что это будет моей страховкой. Думала, он испугается огласки.
— Вадима никогда не пугали чужие слезы, — холодно отозвалась Анна, вставая. — Он боится только одного — потерять свое кресло и свободу.
В дверь глухо постучали. Три коротких удара, один длинный. Условный сигнал.
Анна отодвинула засов, и в избу ввалился дед Степан, окутанный облаком морозного пара. Он сбросил на пол тяжелый рюкзак.
— Фух, ну и сугробы намело, — старик стряхнул снег с ватника. — Привез продукты, как договаривались. Крупа, тушенка, хлеб. Но новости у меня паршивые, Сергеевна.
Анна насторожилась.
— Что в деревне?
— В Сосновку участковый пожаловал. А с ним те двое, городские, на джипе. Ходят по дворам, расспрашивают про тебя. Твою избу участковый вскрыл, искали девчонку. Городские сулят сто тысяч рублей тому, кто скажет, где у нас лесные заимки есть. Народ пока молчит, лесной закон блюдет, но сам знаешь — деньги дурные, кто-нибудь да проболтается. День-два, и они прочешут этот квадрат с собаками.
Анна кивнула. Хронология поиска была ей понятна. У них было максимум сорок восемь часов, прежде чем безопасники Вадима доберутся до этой избы.
— Значит, план меняется, — жестко сказала Анна, принимая решение. — Степан, ты останешься здесь с Ритой. Дров хватит, еда есть. Главное — ни звука, печь топить только ночью, чтобы дым не заметили.
— А ты сама куда? — опешил старик. — В бега по тайге? Замерзнешь ведь, Сергеевна!
— Нет, Степан. В бегах я была последние десять лет, — Анна подошла к столу и начала собирать свою скудную аптечку в дорожную сумку. — Я еду в Москву.
Рита ахнула, приподнявшись на локтях.
— Вы с ума сошли?! Он вас уничтожит! Вас же даже на порог клиники не пустят!
Анна повернулась к девушке. В её глазах, долгие годы скрывавших боль и смирение, теперь полыхал ледяной, расчетливый огонь. Огонь профессионала, который нашел цель.
— Десять лет назад я пыталась играть по правилам. Я верила в справедливость. За это я поплатилась карьерой и свободой, — голос Анны звучал тихо, но от него мороз шел по коже. — Теперь правил нет. Мне нужна эта папка, Рита. А Вадиму нужна ты. Пока он ищет тебя в сибирской тайге, он не ждет удара в спину в своей собственной клинике.
Логистика была выстроена за десять минут. Возвращаться в райцентр, где рыщут люди Вадима, было самоубийством.
— Степан, — Анна посмотрела старику в глаза. — В сорока километрах отсюда есть старая железнодорожная ветка, где товарняки с лесом идут на Екатеринбург. Довезешь меня до переезда?
Старик почесал небритый подбородок и кивнул.
— Довезу, Сергеевна. У меня там знакомый путеец есть, договоримся. Но путь это не близкий, и ехать придется в собачьем холоде.
— Холодом меня давно не напугать, — отрезала Анна. Она накинула свой старый пуховик. — Рита, запомни. Выжидай неделю. Если я не вернусь или не пришлю весточку… Степан переправит тебя к староверам за болота. Там не найдут.
Девушка заплакала, но Анна уже не смотрела на неё. Она сделала свой выбор.
Москва. 52-й этаж башни делового центра. Роскошный кабинет клиники «Мед-Элит».
Вадим Игоревич стоял перед зеркалом, поправляя галстук стоимостью в две месячные зарплаты обычного хирурга. Жизнь удалась. Через неделю он подписывает международный контракт на поставку нового оборудования. Эксперимент в третьем корпусе завершен, следы зачищены. Осталось только решить мелкую, досадную проблему со сбежавшей студенткой.
На полированном дубовом столе завибрировал телефон. Закрытый канал связи.
Вадим неспешно подошел, взял трубку и нажал кнопку приема.
— Слушаю. Вы закрыли вопрос с девчонкой?
Голос начальника службы безопасности на том конце провода звучал сдавленно и напряженно.
— Вадим Игоревич, у нас осложнения. Девчонку выкрали прямо из районной больницы.
Вадим замер.
— Выкрали? Из реанимации? Кто? Вы там совсем мышей не ловите?! Я вам за что плачу?!
— Послушайте, шеф. Мы пробили информацию, — безопасник понизил голос. — Операцию в тайге провел не местный коновал. Врач в больнице сказал, что швы на артерии сделаны на уровне высшего пилотажа. Бабу, которая её привезла и потом увезла из-под нашего носа на мотоцикле, зовут Анна.
Вадим раздраженно вздохнул.
— И что мне с вашей Анны? Найдите её и закопайте вместе с девчонкой!
— Вадим Игоревич… — человек на том конце сделал паузу, словно боясь произнести следующие слова. — Местные говорят, она бывшая зечка. Сидела за врачебную ошибку. У неё короткие седые волосы, и она… она невероятно хладнокровная. Главврач сказал, что её фамилия Власова.
Хрусь.
Вадим даже не понял, как это произошло. В его левой руке был зажат тяжелый хрустальный стакан с водой. От шока, который парализовал его мышцы, пальцы сжались с такой животной силой, что толстое стекло треснуло. Вода и капли крови от мелкого пореза брызнули на безупречный итальянский костюм.
Но Вадим не почувствовал боли.
Воздух в кабинете внезапно стал тяжелым, как бетон.
Анна. Его бывшая наставница. Женщина, которую он предал в суде, чьими руками он вымостил себе дорогу наверх. Она не спилась в тюрьме. Она не сломалась. Она сидела в сибирской тайге, и именно к ней, по какой-то злой иронии судьбы, попала сбежавшая Рита.
— Шеф? Вы меня слышите? — донеслось из трубки.
Вадим судорожно сглотнул. Паника, липкая и холодная, начала подниматься от желудка к горлу.
— Слушайте меня внимательно, — прошипел он, и его лощеный голос сорвался на визг. — Бросайте все ресурсы! Нанимайте местных охотников, криминал, кого угодно! Выверните эту тайгу наизнанку, но найдите их!
Он нажал отбой и швырнул телефон на диван.
Власова жива. И она умеет складывать два и два. Если девчонка рассказала ей про желтую папку, если Анна поймет, что произошло десять лет назад… Она не пойдет в полицию. Она пойдет за ним.
Четверо суток пути превратились для Анны в испытание на прочность.
Степан сдержал слово. За несколько бутылок самогона и тысячу рублей путеец на безымянном переезде подсадил Анну в товарный вагон с пиломатериалами, идущий на Екатеринбург.
В вагоне было темно, пахло сыростью и машинным маслом. Морозный ветер задувал в щели, пробирая до самых костей. Анна ехала, закутавшись в старый тулуп, который отдал ей Степан.
Ей было физически больно от холода, но разум оставался кристально чистым. В темноте товарного вагона она по минутам расписывала свой план.
В Екатеринбурге она за наличные, которые годами копила в Сосновке, купила билет на пассажирский поезд до Москвы. Она выбрала плацкарт, самое неприметное боковое место. Без телефона, без банковских карт. Призрак, который нельзя отследить по биллингу.
На пятый день рано утром поезд плавно подошел к перрону Ярославского вокзала.
Москва встретила её мелким, колючим снегом и привычной суетой. Толпы людей спешили по своим делам, не обращая внимания на женщину в старом пуховике с уставшим, изможденным лицом.
Никто не видел в ней некогда знаменитого хирурга. И это было её главным преимуществом.
Анна спустилась в метро. Ей нужно было безопасное место и союзник. Человек, который не поверил в её вину десять лет назад, но чьего голоса не хватило, чтобы переломить ход суда.
Она добралась до старого спального района на окраине города и пешком дошла до обшарпанной пятиэтажки.
Поднявшись на третий этаж, Анна нажала на кнопку звонка.
За дверью послышались шаги. Щелкнул замок.
На пороге стоял пожилой мужчина в домашнем кардигане. Михаил Борисович, бывший анестезиолог из её старой бригады, давно вышедший на пенсию.
Он посмотрел на женщину на пороге. Сначала с раздражением, затем с непониманием. И вдруг его глаза расширились.
— Аня?.. Господи Иисусе... Аня, это ты? — он схватился за косяк, словно боясь упасть. — Мы же думали, ты сгинула после зоны...
— Здравствуй, Миша, — спокойно сказала Анна, переступая порог. — Мне нужно твое удостоверение, чтобы пройти в клинику. И мне нужен план третьего корпуса. Вадим заигрался в бога, и я пришла его остановить.
(Продолжение следует...)
Дорогие читатели! Вот это поворот! Анна не стала прятаться, как загнанный зверь. Она выбрала самый смелый и опасный путь — нанести удар прямо в сердце империи Вадима, пока он ищет её в сибирских лесах!
Предатель в панике, но он не знает главного: его бывшая наставница уже в Москве, и она готовится проникнуть в свою же клинику! Сможет ли Михаил Борисович помочь ей обойти современную систему охраны? Успеет ли Анна найти желтую папку до того, как Вадим уничтожит улики? И что будет, когда ученик и учитель наконец встретятся лицом к лицу?
🔥 Если вы всем сердцем болеете за Анну и ждете её триумфального возмездия — пишите в комментариях «ХОЧУ ФИНАЛ»! Ставьте свой самый мощный ЛАЙК, чтобы поддержать героиню, и обязательно ПОДПИСЫВАЙТЕСЬ на канал. Следующая глава обещает быть просто огненной!