В Приморском крае следователь СКР «творчески» подошел к приговору, устоявшему в Верховном Суде РФ, и фактически отменил такой важный в уголовном судопроизводстве принцип, как преюдиция. А дело было так.
В декабре 2007 года во Владивостоке случилось громкое событие: уехал из дома и не вернулся местный предприниматель Виталий Гуменюк. Милиция тогда выдвинула две версии – похищение или убийство. Три дня со страниц местных СМИ и интернет‑форумов не сходили ориентировки на пропавшего предпринимателя, а на четвертый выяснилось – никто Виталия Гуменюка не похищал и не убивал. Его исчезновение было частью блестящей милицейской спецоперации, проведенной в целях пресечения подготовки к совершению заказного убийства. Как выяснилось, убийство Гуменюка «заказал» Денис Рева, который был должен ему внушительную сумму – десять миллионов рублей. И только принципиальная позиция потенциального киллера, к которому обратились за выполнением «заказа», и мастерство сотрудников УБОП УМВД по Приморскому краю позволили организовать грамотную инсценировку убийства и доказать, что заказчик планируемого преступления действительно имел умысел устранить своего кредитора и предпринял для этого все шаги.
Нужно отметить, что сам Денис Рева с самого начала отрицал, что готовил убийство Гуменюка, впрочем, отрицал он даже и тот факт, что занимал у него деньги. Согласитесь, странная позиция, особенно при наличии у кредитора собственноручной расписки должника. В итоге – в 2010 году Приморский краевой суд признал Дениса Реву виновным в совершении преступления по статьям 30 и 105 УК РФ и приговорил его к девяти годам лишения свободы в колонии строгого режима. Казалось бы, справедливость восторжествовала, и на этом можно поставить точку. Но, как выяснилось спустя некоторое время, праздновать победу было рано.
В приговоре Приморского краевого суда в отношении Дениса Ревы, в частности, говорится следующее: «В судебном заседании подсудимый Рева Д. В. отрицал наличие у него денежного долга перед потерпевшим Гуменюком В. В. в сумме 10 000 000 рублей и утверждал, что денежные обязательства были связаны с обналичиванием денежных средств и возникли они не на основании договора займа, а в результате действий других лиц. Выполнять эти обязательства под воздействием угрозы насилием его принудили Перетягин, Жуков и Гуменюк. В судебном заседании были проверены указанные доводы подсудимого Ревы Д. В., они не нашли своего должного подтверждения и опровергаются собранными по делу доказательствами…»
Забегая вперед, скажем, что приговор Денису Реве устоял в Верховном Суде РФ. Это означает, что все установленные по делу обстоятельства, согласно действующему законодательству, имеют преюдициальное значение, то есть не подлежат проверке ни следователем, ни судом. Во время процесса Виталий Гуменюк заявил гражданский иск к Денису Реве о возмещении ему десяти миллионов рублей. А дальше начались чудеса, формулируемые то как «не нашедшие подтверждения факты», то как «вымогательство».
Версия Дениса Ревы о том, что его жертва Виталий Гуменюк причастен к незаконному обналичиванию денежных средств, похоже, стала для него навязчивой идеей. Уже находясь в местах лишения свободы, он неоднократно делал заявления о том, что Гуменюк все‑таки занимается незаконной банковской деятельностью, то есть «обналичкой». С 2010 по 2014 гг. в фирмы, принадлежащие Гуменюку, неоднократно приходили с проверками и обысками сотрудники оперативно‑розыскных частей УМВД по Приморскому краю для выяснения возможного соучастия Гуменюка в противоправных денежных операциях. Заметим, приходили они в том числе и по заявлениям Дениса Ревы. И каждый раз эти проверки ничем не заканчивались, так как установить причастность предпринимателя к нелегальным банковским операциям не получалось, потому что ничем противозаконным он не занимался.
Однажды такая проверка судоходной компании, одним из учредителей которой был Виталий Гуменюк, закончилась тем, что приморская полиция изъяла из помещения компьютеры, с помощью которых осуществлялась связь с капитанами судов. Это привело к тому, что компания, говоря простым языком, в одночасье лишившись «зрения», «ослепла». И сделано это было опять‑таки не без деятельного участия Ревы, который на тот момент, заметим, находился в местах лишения свободы.
Но самое интересное случилось в октябре прошлого года, когда следственные органы Приморья открыто продемонстрировали, что принципа преюдиции в уголовном судопроизводстве для них не существует. Об этом рассказал адвокат из Владивостока Дмитрий Прокопенко, известный читателям «Российского адвоката» по оправдательному приговору, вынесенному матросу и командиру атомной подводной лодки «Нерпа», которых обвиняли в гибели двадцати человек. Тогда адвокат Прокопенко выдержал серьезную схватку с военной юстицией, которая, как выяснилось в суде, даже не искала истинных виновников аварии, а всего лишь «назначила» виновными подходящие к той ситуации кандидатуры. Как мы помним, в том противостоянии Дмитрий Прокопенко одержал безоговорочную победу.
Вот что он рассказал по продолжившейся истории Виталия Гуменюка. Как выяснилось, два года назад к следователю СУ СК России по Приморскому краю (назовем его М. – Прим. авт.) поступило заявление от Дениса Ревы, в котором было сказано, что в его распоряжении имеется аудиозапись, из которой следует, будто Гуменюк вымогает у него деньги. После изучения упомянутой аудиозаписи и копии приговора по делу Дениса Ревы следователь, исходя из того самого принципа преюдиции, пришел к выводу: Гуменюк деньги не вымогал, а всего лишь просил вернуть долг. После этого его пытались убить, однако факт наличия долга судом был признан.
И вот спустя полтора года тот же следователь М. возбудил в отношении Виталия Гуменюка уголовное дело по ст. 163 УК РФ за вымогательство. При этом он не поставил в известность самого Гуменюка и даже не ознакомил его с вынесенным постановлением. Согласно Уголовно‑процессуальному кодексу, расследованием дела по данному виду преступления должен заниматься следственный орган внутренних дел. То есть изначально следователь М. для принятия процессуального решения был обязан направить материалы по подследственности. В крайнем случае он должен был направить материалы прокурору, который бы решил, какому ведомству передать их для расследования.
Но следователь М. придумал свой, эксклюзивный, вариант, правда в УПК РФ не предусмотренный: материалы по подследственности не направлять, а возбудить дело самому, но, не принимая к производству, в тот же день «спихнуть» его в полицейское ведомство. На самом деле, не могут же там взять и прекратить дело, поступившее к ним из территориального органа Следственного комитета!
Так уголовное дело, возбужденное в приморском отделении СКР, попало к следователю следственной части СУ УМВД по Приморскому краю Наталье Шпилевой. О том, что возбуждено дело, Виталий Гуменюк узнал от самой Шпилевой, которая позвонила ему 23 декабря 2014 года. Как выяснилось, дело возбудили двумя месяцами раньше, но с этим решением подозреваемого Гуменюка почему‑то не ознакомили. Теперь вместе с адвокатом Д. Прокопенко они пытаются добиться хотя бы какого‑то соблюдения процессуальных норм.
Их удивляет: как могло случиться, что сначала следователь М. никаких правонарушений в аудиозаписи, представленной Денисом Ревой, не усмотрел, а спустя полтора года все‑таки неправомерно возбудил дело и направил его для расследования в полицию. Известный своей принципиальностью адвокат Прокопенко намерен бороться до конца: слишком много «ляпов» и нестыковок в инкриминируемом его доверителю вымогательстве, о котором и говорить‑то серьезно нельзя. С точки зрения преюдиции, считает Прокопенко, приговор Денису Реве расставил все точки над «i»!
И вот тут самое время сделать некоторое пояснение. В 2014 году Виталий Гуменюк возглавил Приморское отделение Общероссийской общественной организации малого и среднего предпринимательства «Опора России». И отметился тем, что выступил с резкой критикой идеи так называемых «ТОРов» (территорий опережающего развития) в Приморье. Согласно официальной доктрине, участие в ТОРе дает возможность определенным компаниям получить преимущества перед конкурентами за счет создания бесплатной инфраструктуры – дорог, водопровода, электричества и т. п.
Виталий Гуменюк выступил против того, чтобы в нарушение условий равной конкуренции «отдельные товарищи» получали бы возможность за государственный счет вырваться вперед. Возможно, это просто совпадение, только вскоре после своих публичных заявлений Гуменюк получил в ответ «растоптанную преюдицию». Следователь территориального органа СК России вдруг принял решение, противоположное тому, которое принял три года назад, проигнорировал приговор, устоявший в Верховном Суде РФ. Кроме того, возбудил дело по статье, не относящейся к своей подследственности, при этом к производству его не принял, а направил в полицейское ведомство, чем неоднократно и грубо нарушил нормы УПК РФ.
Впрочем, на перечисленные нарушения прямо указала Генеральная прокуратура РФ в своем ответе на жалобу адвоката Прокопенко. Возникает резонный вопрос: почему принцип преюдиции работает на всей территории Российской Федерации, а в Приморском крае в результате «творческого подхода» следователя он работать перестал? Понятно, что рядовой следователь СУ СКР по Приморскому краю мог ошибиться в трактовке тех или иных норм УПК, но над ним же есть руководители! И то, что они не замечают, как их подчиненный без стеснения «растаптывает» один из основных принципов уголовного судопроизводства, выглядит, по меньшей мере, странно.