Мать и дочь сидели на кухне, и чай давно остыл. Полина смотрела на телефон, который вибрировал от уведомлений, она не брала трубку.
— Это она? — спросил мама, хотя знала ответ.
— Она. Пишет в соцсетях, цитирует статьи Жилищного кодекса и угрожает, — Полина усмехнулась. — Представляешь, написала: «Я приду с прокурором и понятыми. Готовь ключи».
Звали эту «она» - Вика. Полина видела её только на старых фотографиях. Для Полины эта квартира была всем миром. Здесь она родилась, росла, здесь умерла её бабушка, здесь прошло детство, пока отец пил и пропадал у новых женщин. А для Вики... Для Вики это была просто место регистрации.
Всё началось с того, что Полина пошла снимать отца с регистрационного учета. Тот умер ещё полгода назад, но у Полины все не было времен сходить, да и желания тоже особо не было. Отец пил, от этого его и не стало.
Приходит полина в паспортный стол, подает документы. Сотрудница смотрит в монитор, хмурится и говорит:
— У вас там еще осталась зарегистрирована гражданка Виктория.
— Кто? — Полина тогда впервые услышала это имя.
— Дочь вашего отца от первого брака, прописана с 2003 года.
Вот так, в один день, Полина узнала, что у неё есть сестра, которая по документам уже двадцать лет имеет полное право жить в квартире, претендовать на бабушкину комнату.
- Но её же никогда здесь не было. Мама рассказывала: они развелись, когда Вике было года два. Первая жена отца забрала дочку и укатила к бабушке по маминой линии. Больше никто их не видел.
- Мне-то вы что высказываете? Идите в суд.
Иск Полины был весьма четким: признать Викторию утратившей право пользования квартирой.
Ответ не заставил себя ждать. Вика наняла адвоката и подала встречный иск:
- Прошу вселить меня, передать ключи и устранить препятствия.
Я пришел в зал заседаний, когда там давала показания соседка снизу, тётя Галя. Ей было уже под 80, она помнила молодой еще бабушку Полины.
Судья:
— Свидетельница, скажите, проживала ли ответчик Виктория в этой квартире?
Тётя Галя (поправляя платок):
—Да что вы, милая? Я эту квартиру знаю 45 лет. Там сначала бабка Шура жила, потом с ней сын-алкоголик. А эта девица... Как её... Вика? Я её в глаза не видела никогда. Полинка там с пеленок, а этой не было.
Адвокат Вики (вскакивая):
—Но она была ребенком! Её мать могла препятствовать!
Тётя Галя:
—Деточка, дверь никто не заколачивал. Пришла бы, увидели. А так ее не было: не приходила ни разу, а то бы я знала. И знаешь что? Отец их общий, Царствие ему небесное, последние 10 лет вообще в соседнем доме с сож ите льницей жил, в эту квартиру даже за вещами не заходил. Какое там вселение?
Потом давала показания Полинина мать, Наталья. Она плакала, рассказывала, как уходила от мужа-пьяницы, как забирала маленькую Полину, как Полина росла с бабушкой, обожала ее. А про Викину мать отзывалась жестко:
- Она сама не пускала ребенка сюда. У них с бабкой Шурой была дикая война. А потом Вика выросла и забыла, что у неё есть здесь прописка. Ни отцом, ни бабушкой она не интересовалась. Да ладно бы отцом… бабушка-то ни в чем не виновата была. Вспомнила Вика о квартире только, когда бабушка умерла и отец умер, а Полина в суд пошла. Вот тут она сразу голос подала.
Сама Вика на суд явилась. Собранная, в деловом костюме, с папкой документов.
— Я имею полное право жить в этой квартире. Я там прописана с детства, член семьи нанимателя. Да, я не жила, потому что там жили чужие для меня люди: мачеха, бабушка... Физически невозможно было определить порядок пользования! А сейчас там живет только Полина, значит, есть место и для меня.
Судья:
—Почему вы не пытались вселиться раньше? 10 лет назад, 5 лет назад, пока была жива ваша бабушка? Вы уже давно совершеннолетняя.
— Ну... Я надеялась на добрую волю. Но Полина забаррикадировалась, сменила замки. Мой отец, кстати, хотел меня выписать, но я не согласилась. Я предлагала ему деньги за коммуналку, а он отказался.
Тут Полина не выдержала.
— Какую коммуналку? Ты предлагала её человеку, который не жил дома 10 лет? Ты даже не знала, что отец умер. Ты узнала об этом через год, потому что работаешь в соцфонде и наткнулась на его данные. А звонила ты мне только один раз, с угрозами. Где ты была эти годы? Засуетилась, когда квартира опустела. Хочешь просто долю поиметь, чтобы деньги получить. Кто тебе мешал не деньги предлагать, а самой какую-то часть платить?
В зале повисла тишина. Вика покраснела, зашелестела бумажками.
— Я не знала, что отец не живет там, мне никто не говорил.
Судья:
— Ответчица, где вы проживаете сейчас?
—С мамой, сестрой в одной комнате. Тесно, конечно, но я готова платить за эту квартиру половину коммуналки,я переведу деньги.
— А я не приму, - возмутилась Полина. - Потому что ты чужой человек. Ты хочешь вломиться в мою жизнь, потому что тебе тесно в твоей комнате, тяжело? А мне не тяжело было, когда я хоронила бабушку одна? Когда вывозила вещи отца, делала ремонт? Где ты была тогда, сестра?
Это была кульминация. Помощник прокурора, который слушал всю эту семейную драму, в итоге встал и спокойно сказал:
- Полагаю иск о признании утратившей право пользования обоснованным.
Решение суда было коротким:
- Признать Викторию утратившей право пользования. Снять с регистрационного учета. Во встречном иске — отказать.
….суд приходит к выводу, что Виктория утратила право пользования спорным жилым помещением. Из материалов дела следует, что первоначально она, будучи малолетней вынужденно выехала из квартиры вместе с матерью после развода родителей. Однако, в 2018 году Виктории исполнилось 18 лет, с этого момента и до момента получения сведений о смерти бабушки … ответчик не проявляла интереса к спорному жилому помещению, ссылаясь на невозможность проживать в квартире с чужими, по сути, людьми, и условиях, при которых проживание в одной квартире невозможно. Виктория не оспаривала, что с достижения 18 лет и до момента смерти бабушки не пыталась вселиться в квартиру, не обращалась ни к отцу, ни к бабушке с просьбой вселиться в квартиру. Не имел места и факт несения расходов по содержанию жилья и оплате коммунальных услуг. Такое поведение ответчика суд добросовестным признать не может, ответчик в течение длительного времени, даже учитывая период с момента достижения ею совершеннолетия, не общалась с отцом и бабушкой , сестрой Полиной, не пыталась восстановить родственные отношения, ответчик не знала, что отец длительное время в спорной квартире не живет, о его смерти узнала спустя год, хотя при проявлении необходимой заботы по отношению к своему близкому родственнику должна была узнать о смерти отца своевременно, в том числе, обратиться к бабушке или сестре для получения сведений о жизни отца…
Почему суд встал на сторону Полины? Всё просто, хоть и жестоко.
Закон называет это «добровольным отказом от прав». Вика была прописана, но за 7 лет после совершеннолетия она не сделала НИЧЕГО, чтобы реализовать своё право. Она не платила коммуналку, не пыталась вселиться, не интересовалась судьбой жилья. А главное, у неё было другое постоянное место жительства. Она просто ждала, пока квартира «освободится».
Регистрация - это не индульгенция. Если человек ведет себя как гость, который забыл дорогу на протяжении долгих лет, он теряет право называться членом семьи.
*имена взяты произвольно, совпадения событий случайно. Юридическая часть взята из:
Решение от 27 октября 2025 г. по делу № 2-5305/2025, Кировский районный суд г. Екатеринбурга