Традиционно: утро. Молитва.
Манная каша сегодня без единого комочка, гладкая, как атлас. К подозрительно ровной дороге. Жди подвоха от губернатора: или письмо потеряют, или випиэн отвалится. В воздухе разлита сонная тишина, нарушаемая лишь бодрым шипением чайника.
Бабушка позвала меня и дала пасхальное яйцо. Положив его в углу стола, я погрузилась в чтение комментариев.
Интернет-ваяние разных интересностей засосало меня в свою пучину. Пока на комментарии одни ответишь... каждая соцсеть просит кушать, как голодный Саймон-кэт. Так время плавно переваливает за полдень. Полив рассады, навести чистоту у цыплят. Ура! Дело дошло до работ во дворе! Плетистая роза, купленная на 8 марта, начала чахнуть. Собираю в кучу перчатки, лопату, удобрения, копаю глубокую яму рядом с колодцем...
Интересно, что там в колодце? Мы недавно живем здесь, по осени он был пустой, но сейчас другое дело... Даже в подвале вода стоит! Тяжелая крышка поддается с натужным стоном, обдавая лицо запахом сырости. Я сдвигаю её... И что же там?
Вместо моего лица там, в маслянистой темноте, зажглась другая картинка.
Комната. Жёлтый свет ночника. И Вадим. Маленький, в пижаме со слониками, стоит в кроватке и улыбается. А я стою в дверях — и шиплю. Нет, не шиплю — ору! Разъярённая фурия с растрёпанными волосами, которая смертельно устала и хочет только одного: чтобы ребёнок лёг спать! Вадим улыбается шире — он не понимает, за что на него кричат, он просто рад меня видеть... И от этой его открытой, беззащитной улыбки я завожусь ещё больше. Фурия во мне требует порядка и тишины!
А потом он заплакал...
Колодец показал мне это так чётко, будто вчера. Я видела, как кривится его рот, как первая слеза скатывается по щеке на слоника.
Мне стало стыдно так, что захотелось бросить в это отражение камень.
Я нащупала гладкий камушек в кармане и со всей силы запустила его в водную гладь!
Рябь пошла по воде воспоминаний. И в глубине проявилось ещё одно лицо. Моё. Только маленькое. И на меня кричала мама. Те же интонации. Та же усталость в глазах взрослого, который не справляется...
Я смотрела в этот двойной колодец стыда — мой стыд перед сыном и моя детская боль перед матерью — и вдруг поняла кое-что важное! То, что я говорила себе много раз, но забыла применить к себе.
Я не могу вернуться в ту ночь. Маленький Вадим вырос и теперь сам даёт мне камушки, чтобы я не падала. Но я могу сделать другое...
— Я не буду больше так! — сказала я вслух. Не Вадиму — он не слышит. Сказала той маленькой себе, на которую кричала мама. Сказала бабушке, которую иногда хочется трясти от бессилия, когда она снова забывает моё имя. — Я не буду так! Я простила маму, я прощу себя... А вместо того чтобы грызть себя виной, я лучше напишу тем, кто сейчас воюет с двухлетками за сон. Или пожертвую в фонд. Или просто не сорвусь сегодня на бабушке, когда она откажется от ужина.
Как только я это произнесла, вода в колодце воспоминаний перестала быть чёрным зеркалом стыда. Она стала просто водой, чистой и холодной.
Выдохнув, я надвинула на колодец тяжёлую крышку...
Я опустилась на колени перед приготовленной ямой. Роза лежала рядом — тонкие ветки, бледные почки, жаждущие жизни. В кармане стало пусто, камушек ушел на дно колодца, забрав с собой ту старую тяжесть. Теперь я была «сама», как и обещал Вадим в моем сне.
Бережно, стараясь не повредить хрупкие корни, я опустила саженец в землю. Есть в этом действии что-то исцеляющее: когда ты даешь корням опору, ты одновременно укрепляешь и свои собственные. Я засыпала яму рыхлой, пахнущей весной почвой, и с каждым слоем почвы чувствовала, как вина уходит в землю, становясь просто частью прошлого.
Я не могу изменить то, как кричала на маленького сына. Но я могу прямо сейчас полить эту розу. Я могу дать ей уход, тепло и время, чтобы она зацвела. Возможно, воспитание души — это тоже своего рода садоводство: нужно вовремя выполоть сорняки старых обид и набраться терпения, пока из боли прорастет что-то красивое!
Я притоптала землю вокруг стебля, выпрямилась и почувствовала, как затекшая спина отозвалась живой, честной болью. Бабушка в доме, наверное, уже снова забыла, что я только что её кормила. Но я больше не злюсь. Я просто пойду и заварю нам чаю и буду собираться на дачу...
Всё будет хорошо, я знаю!
Ставьте лайк и подписывайтесь на канал, чтобы вместе искать свет в глубине своей памяти и находить силы для прощения и любви
Побольше обо мне узнать можно в телеграм