Численность населения в этих регионах-лидерах составляет чуть больше 1,2% жителей России. И всё равно, отмечают эксперты, родить даже одного ребёнка, и уж тем более двух, для многих женщин — это настоящий медицинский подвиг.
Согласно данным Росздравнадзора, Вологодская область заняла второе место в рейтинге регионов страны по приросту суммарного коэффициента рождаемости. Пересказывая итоги Всероссийского научно-образовательного конгресса «Право на жизнь», вологодский губернатор Георгий Филимонов заявил:
«По итогам марта 2026 года суммарный коэффициент рождаемости составил 1,386 единицы. Это выше, чем в среднем по СЗФО — 1,217 и по стране — 1,362. Прирост по сравнению с аналогичным периодом прошлого года составил 0,067 единицы. Вологодчина по этому показателю уступила только Ямало-Ненецкому автономному округу, где прирост составил 0,097 единицы».
На самом деле демографическая динамика упомянутых регионов (+4,8% у Вологодской области и +7% ЯНАО) выглядят почти подвигом на фоне остальной России. Хотя, вероятно, слабо скажутся на народонаселении страны, поскольку численность населения обоих регионов-«рекордсменов» составляет чуть больше 1,2% жителей России.
По мнению вологодского губернатора, причины успеха - профилактика рынка алкогольной и вейп-продукции, и поддержка молодых и многодетных родителей в рамках нацпроекта «Семья» и программы губернатора «Семья – оплот Русского Севера».
Если первое направление в основном состоит из «оргмероприятий», то второе – дело весьма затратное. Например, в 2024 году на решение демографических задач в Вологодской области было выделено 2,8 миллиарда рублей.
И это не случайно.
Социально-экономические и биологические причины, вызывавшие бурный рост рождаемости в прежние времена, утратили свою актуальность. Огромная детская смертность (помните, у Пушкина в «Капитанской дочке» 8 братьев и сестёр Петруши Гринёва умерли в младенчестве) и смертность женщин от родов, к счастью, ушли в прошлое. Нет необходимости в детском крестьянском труде, когда в 5-7 лет дети уже начинали работать по полной – от прополки проса (пшена; основного зерна в то время и посевы которого особенно сильно поражаются сорняками) до ухода за молодым скотом и прядения шерсти.
Социолог Игорь Бестужев-Лада был прав – человечеству удалось преодолеть ограничения естественного отбора, в результате чего сегодня выживают почти все представители нашего биологического вида. Это приводит к накоплению «генетических ошибок и болезней». Бестужев-Лада в 1980-е годы оценивал долю здоровых детей всего в 25-30%. Он отмечал, что век назад оставшиеся 70-75% младенцев не выжили бы, не передав свои «недостатки» потомкам.
Когда мы говорим о снижении рождаемости в развитых странах, мы не учитываем биологические факторы. Рождение даже одного ребёнка, а тем более двух, для многих женщин становится настоящим испытанием. Это предел их физических возможностей из-за растущего числа серьёзных заболеваний, связанных с репродуктивным здоровьем.
Многочисленные исследования показывают, что среднее желаемое число детей в семье – около 2-х. Тяготы жизни работают на снижение этого желаемого числа, и в итоге мы получаем в России СКР 1,3-1,4 (в братской Белоруссии уже 0,9-1, во враждебной Украине – 0,8, в недружественной Польше 1-1,1).
Итак, с технической точки зрения, для медианной семьи достаточно одного-двух детей (при этом даже один ребёнок значительно снижает уровень семейного благосостояния). Больше детей необходимо государству, задача которого — изменить текущие предпочтения семей. Практика показала, что традиционные правоконсервативные методы, такие как «убеждения», «угрозы» и «ограничения», не дают результатов. Пожалуй, единственный способ - использовать рыночные механизмы, чтобы деторождение стало формой занятости с соответствующим вознаграждением.
Здесь напрашивается аналогия с СВО, где властям удалось опытным путём нащупать стимулирующее рыночное равновесии – первоначальная выплата, зарплата, компенсация наследникам за потерю кормильца и т.д. К мысли воспользоваться спецоперацией для подъёма демографии подталкивают и депутаты Госдумы – например Нина Останина, которая недавно посоветовала разочаровавшимся в мужчинах женщинам обратить внимание на «бойцов СВО».
Действительно, если с помощью щедрых выплат удаётся у этих бойцов преодолевать природный блок перед страхом смерти, то, вероятно, возможно сделать то же самое и с ограничительным блоком женщин на рождение детей.
«Даём 2 млн руб. за каждое рождение – не получилось, 3 млн – не получилось, 5 млн руб. – ура, заработало!; нашли рыночное равновесие; а за 10 млн руб. за каждого ребёнка бабы начали рожать как из пулемёта! – куда нам теперь девать этих детей, товарищ царь/премьер/президент?», - иронизирует политолог Павел Пряников.
Но в его иронии – много «правды жизни». Такой подход мог бы сработать. И Россия получила бы новые счастливые многодетные семьи с материально «упакованными» «бойцами» и их жёнами.
Ну, а то, что такого до сих пор не происходит, рождает у наблюдателей подозрение, что на самом деле высшему начальству эта не очень интересна тема. Система (и не только в России) устроена так, что настоящие приоритеты проверяются только деньгами, а не громкими заявлениями с трибуны.
Да и, если честно, денег жалко. Особенно на фоне решения таких приоритетных задач, как военные расходы или кормление высшего 0,1% населения – «элиты» страны.
Кстати, массовый завоз в страну мигрантов – это как раз способ сэкономить - повысить рождаемость «за копейку», «за гражданство».
А о том, что высшее начальство на самом деле озаботилось демографией как приоритетной задачей, мы узнаем, когда/если женщины в России начнут получать очень большие выплаты, или хотя бы будет объявлен эксперимент на эту тему…