Все части повести будут здесь
Дом Маринки и Толика выстыл, Богдана помогла Лёве принести дрова и растопить печь, потом разогрела в кастрюльке то, что дала ей для Лёвы тётя Маруся, вскипятила чайник.
– Как ты один тут будешь ночевать? – покачала головой.
– Мне и в лесу приходилось, и в поле – рассмеялся парень – так что за меня не переживай!
Следующие два дня было тихо, а потом Богдана увидела издалека, что возле ворот дома, в котором сейчас жил Чак, стоит небольшой тёмно-зелёный фургон. Пошла в ту сторону в надежде выяснить, что происходит и кто это приехал. Боковая дверь фургона была приоткрыта, она заглянула туда и отпрянула – в нём находился человек, причём был он в состоянии полного беспамятства.
Часть 43
Они приехали втроём, через несколько дней после того, как Богдана исполнила просьбу Чака и съездила в город, чтобы оттуда позвонить по номеру, написанному им на бумажке. По её соображениям она сделала всё правильно, и после того, как вернулась, Лёва сказал ей, что теперь остаётся только ждать результатов. Из тех слов, что он нацарапал в записке и которые она сообщила незнакомому голосу в телефоне, сама она ничего не поняла, но стало ясно одно – Лёва старается через кого-то очень важного помочь и себе, и ей.
И вот вечером, когда она вернулась с работы и рабочий посёлок укрывали серые, безрадостные сумерки, недалеко от ворот остановилась машина, а скоро в калитку требовательно постучали. Богдана открыла, и Брюс у её ног тут же зарычал угрожающе, глядя на троих высоких мужчин в одинаковых кожаных куртках чёрного цвета и в голубых «варёнках». Парни были такие здоровые, что Богдане казалось – куртки их сейчас дружно затрещат по швам в плечах. По одной из штанин джинс у каждого из них спускалась толстая цепочка, которая, изогнувшись, уходила к поясу и цеплялась там за шлёвку. Хорошенько осмотрев их, Богдана подумала с усмешкой: «Трое из ларца – одинаковы с лица», но вслух этого говорить не стала. Они все были похожи даже причёсками – короткие «ёжики» торчком торчали вверх, в виде правильных квадратных «площадок», придавая им грозный, пугающий вид, и несмотря на сумерки, на глазах у всех троих были солнцезащитные очки. «Не иначе, Терминаторы!» – снова подумала она, но вслух сказала:
– Брюс, тише! – и обратилась к незнакомцам – вам кого?
– Хорошая собака – вместо ответа произнёс один из них необычайно мягким для его внешности голосом и протянул руку.
Клацнув зубами, Брюс вцепился в манжету куртки парня и тот быстро одёрнул руку.
– Чё ты лезешь к собаке, Заноза?! – заговорил второй – не видишь что ли – это дело рук Чака?! Скажи спасибо, что он тебе не то что рукав у куртки не отодрал, а вообще без руки не оставил – и лениво пережёвывая во рту жвачку, обратился к Богдане – милое создание, мы к Чаку. Он здесь?
– Да. Пойдёмте! – она пропустила парней вперёд и показала им на дверь в пристрой – сюда...
Сделала знак обеспокоенной тёте Марусе – та всё поняла и скрылась в доме. Богдана же, после того, как проводила незнакомцев к Чаку, пошла к воротам, открыла их, осмотрелась по сторонам, заметила машину ребят, – чёрную иномарку с тонированными стёклами, помятую с одной стороны, видимо, в кого-то врезались – и ещё раз внимательно оглядев улицу, закрыла.
Когда она вошла в пристрой, Чак произнёс просительно:
– Богдана, пожалуйста, оставь нас одних!
Она помедлила, прежде чем ответить:
– Ты уверен, что это безопасно?
Лёва рассмеялся.
– Это друзья, Богдана!
– Тебе что-нибудь нужно?
– Нет. Я... постучу в стену, чтобы позвать тебя.
Она кивнула и пошла к тёте Марусе.
– Богданушка, это кто?
– Друзья Лёвы – ответила она, задумавшись.
В ней вдруг с новой силой вспыхнула надежда, которой она жила все эти дни – может быть, Лёва сможет снова помочь ей. Только вот миссия на этот раз была гораздо серьёзнее – нужно было вернуть Богдане сына. Она-то, зная своего отца, трепетала перед тем, какую роль он теперь играет в посёлке, а станут ли впрягаться за неё перед ним люди, которые совсем её не знают?
– Богдана! – тётя Маруся умоляюще сложила руки на груди – может, ты попросишь их... помочь вернуть Сашеньку?
Она только хотела ей ответить, как в стену со стороны пристроя постучали. Когда она вошла внутрь, то увидела, что все трое сидят на стульях рядом с кроватью Лёвы. Присела на краешек к нему, и тот попросил её:
– Богдана, расскажи ребятам всё про своего отца – характер, как живёт, привычки, поступки, чем занимается.
Она рассказала, что знала и в том числе, про их последнюю встречу. Один из парней, тот самый Заноза, пожал плечом:
– Упырь какой-то, выродок, а не отец. За что он тебя так?
Пришлось кратко рассказать историю, связанную с Иваном.
– Жесть какая-то – пожал плечом второй. Сейчас они уже не выглядели столь бандитски – чёрные очки были сняты и жвачки они не жевали.
– Да, история... – сказал молчавший до сих пор третий, и все четверо переглянулись – в общем, Чак... давай сначала разберёмся с этими, с Октябрьского, а потом уже... займёмся делом ребёнка.
– Послушайте – сказала Богдана – у меня нечем вам платить. Ну сами посмотрите – как мы живём, порой на столе ничего, кроме картошки... Редко, конечно, но так бывает...
– А разве мы что-то про оплату говорили? – усмехнулся тот, которого звали Занозой – мы вроде даже не заикались...
– Богдана – обратился к ней Чак – ты не должна за это переживать... Это... моё дело.
Когда они собрались уходить, то все трое крепко пожали руку Лёве. Богдана проводила их до ворот и вернулась в пристрой.
– Я посмотрю рану – он уже не сопротивлялся, когда она так говорила – ложился на бок, чтобы она могла посмотреть и обработать – хорошо заживает. Лёва, ты уверен... что это не опасно?
– Что именно?
– Ну, связь с этими ребятами...
– Это мои друзья, не переживай. Они помогут тебе с Санькой, что-то придумают, я уверен.
– Лёва, спасибо тебе...
– Спасибо после – одёрнул футболку, сел на кровати – вот вернётся Санька домой, тогда и благодарить будешь. А вообще - это тебе спасибо. Я мог бы умереть от потери крови или ослабнув там, в кустах, если бы не ты. Ты настоящий друг, Богдана.
Но эти трое, что приезжали к Лёве на днях, были не такими наглыми, самоуверенными и отвязными, как те, что через пару дней остановили её после работы. Темнело сейчас чуть позже, и Богдана возвращалась засветло. Когда до дома оставалось не так много, за спиной у неё выросли три фигуры – она поняла по их решительно движущимся теням, что нужна им именно она.
– Эй, красота! – крикнул один из них – остановись на пару слов!
– Меня мама учила с незнакомыми дядями на улице не разговаривать – дерзко отрезала Богдана. Она понимала, что с такими нужно общаться только на их языке.
Один из них приблизился и резко дёрнул её за руку. Она тут же вынула из кармана нож и вскользь проехалась по его руке. Парень взвизгнул, но тут ему на помощь подоспел второй.
– Ты чё ножом машешь, коза?! – возмущённо спросил он – мы тебе сказали – на пару слов, значит, слушаться надо!
– Да кто ты такой, чтобы я тебя слушала?
Они прижали её к дереву, в кустах, недалеко от тропинки. Нож один из них забрал.
– После разговора верну – сказал ей, когда она потребовала отдать его.
– Чё надо? – выкрикнула Богдана – говорите, и отваливайте, некогда мне здесь базарить с вами!
– Ты вот этого чувака знаешь ведь? – один из них сунул ей под нос фото Лёвы – кент же твой, да?!
– Ну знаю, и чё? Не видела я его уже давно! Пропал он куда-то – и не сказал, куда!
– А ты не врёшь ли, коза?!
– Ты уверен, что я тебя в чём-то убеждать должна? Не хочешь – не верь!
Один из парней вдруг склонился к тому, кто показывал ей фото и что-то сказал шёпотом. Она ничего не смогла расслышать кроме слова «Батёк» и поняла, что говорят они про Батька, и видимо, про его роль в том деле, когда на них с тётей Марусей напали. Тот, что говорил с ней, ослабил хватку.
– Ты точно не видела тут этого чувака недавно?
– Да нет же, говорю тебе! Не видела! Я работаю сутками, как проклятая, нет у меня времени с вашими братками якшаться!
– Ладно, иди покуда! – парень нехотя отпустил её – но смотри, если узнаем, что наврала – никакой Батёк тебе не поможет.
Богдана выбралась из кустов на тропинку и поспешила домой. Дома она рассказала Лёве о том, что произошло.
– Эх! Всё-таки явились проверить... Хорошо, что ты догадалась кровь засыпать на тропинке. Богдана, ты не бойся – их скоро прижучат, так что вам с тётей Марусей ничего не будет угрожать.
А она подумала, что пережила уже столько, что совершенно не боится того, что будет дальше. Для неё теперь главное было – найти способ вернуть Саньку.
Ещё через пару дней Лёва попросил её помочь ему перебраться в дом Толика и Маринки. Богдана отговаривала его – он всё ещё ходил неуверенно, держась за бок, и она боялась, что рана его начнёт гноиться или, что хуже, пойдёт воспаление.
– Да ладно тебе, не переживай! – смеялся Лёва – я знаешь, какой живучий! На мне всё, как на собаке...
Дом Маринки и Толика выстыл, Богдана помогла Лёве принести дрова и растопить печь, потом разогрела в кастрюльке то, что дала ей для Лёвы тётя Маруся, вскипятила чайник.
– Как ты один тут будешь ночевать? – покачала головой.
– Мне и в лесу приходилось, и в поле – рассмеялся парень – так что за меня не переживай!
Следующие два дня было тихо, а потом Богдана увидела издалека, что возле ворот дома, в котором сейчас жил Чак, стоит небольшой тёмно-зелёный фургон. Пошла в ту сторону в надежде выяснить, что происходит и кто это приехал. Боковая дверь фургона была приоткрыта, она заглянула туда и отпрянула – в нём находился человек, причём был он в состоянии полного беспамятства. Руки его были прицеплены наручниками к крыше фургона изнутри за два крюка. Тело безвольно свисало вниз, голова клонилась на грудь, по всему торсу она видела синяки, кровоподтёки и ссадины. Сзади раздался голос:
– Ты чего тут высматриваешь?
Обернулась – перед ней стоял один из тех, кто приходил тогда к Лёве, после её звонка в городе. И человека в фургоне она узнала – это был один из тех, кто совсем недавно остановил её на тропинке, чтобы выяснить, знает ли она что-то про Лёву.
– А, Богдана! – узнав её, сказал парень – ты внимания не обращай – эти люди Лёву порезали, так что заслужили.
– Я увидела машину незнакомую – сказала она – решила пойти посмотреть, кто к Лёве наведался.
– Переживаешь? – улыбнулся парень – не стоит! Наш Лёвка и огонь, и воду, и медные трубы прошёл!
А ещё через несколько дней их чёрная машина с тонированными стёклами остановилась около дома тёти Маруси.
Когда она вышла за ворота, удивившись, ведь они знали, где теперь Лёва живёт, но почему-то приехали именно к ней, тот, которого они называли Занозой, сказал ей:
– Собирайся, Богдана, поехали!
– Куда? – она посмотрела на всех троих.
– Ты сына видеть хочешь? – она кивнула, не до конца ещё поверив в то, что он говорит – тогда поехали! Другого шанса может не быть!
– А Лёва?
– Лёва другие вопросы решает, он с нами не сможет. Да ты не боись – мы сами всё сделаем, как надо, и без него.
Богдана кивнула и, сказав, что ей нужно собраться и предупредить тётю Марусю, ненадолго ушла в дом. Потом вышла, одетая в тёмные джинсы и куртку, спросила, надо ли брать с собой Брюса, который скулил, не желая её отпускать, но они ответили, что справятся сами.
– Ребят... только давайте без... убийств, всё же он мой отец – сказала Богдана, когда села в машину.
– Мы не собираемся – подмигнул ей один из них – так... немного поучим его, чтобы больше носа не смел совать в твою жизнь.
Она заметила, что у всех троих под куртками была портупея и поняла, что с собой у них есть оружие. Её вдруг затрясло от осознания того, что сегодня, если всё будет хорошо, она увидит своего сына.
В городе она позвонила с таксофона Тоне, и та через Ирину смогла узнать, что Санька на месте, и поскольку был уже поздний вечер, оставалась надежда на то, что он там так и останется, и отцу не взбредёт в голову тащить куда-нибудь пацана на ночь глядя.
В Исток они въехали уже в сумерках. Проехали медленно мимо ворот их дома, Богдана показала им, отметив про себя, что в окнах уже не горит свет.
– Богдана – сказал ей один их парней, которого звали Сергеем – послушай, ты же понимаешь, да, что дело серьёзное... Я имею в виду – нам нужно будет попасть в дом, сын твой может испугаться...
– Ничего... Я постараюсь его успокоить. Самое главное – забрать его.
– Через ворота не стоит – заметил второй парень, тот самый Заноза, которого на самом деле звали Андреем – разве что потом Богдану впустить, чтобы она мальчика забрала...
– Богдана, меня послушай. Мы проникнем через зады в огород и во двор, решим проблему с собаками, тебе нужно остаться здесь, у ворот, и сидеть тихо. Как только мы всё сделаем – сразу тебя впустим.
Продолжение здесь
Спасибо за то, что Вы рядом со мной и моими героями! Остаюсь всегда Ваша. Муза на Парнасе.
Ссылка на канал в Телеграм:
Присоединяйся к каналу в МАХ по ссылке: https://max.ru/ch_61e4126bcc38204c97282034
Все текстовые (и не только), материалы, являются собственностью владельца канала «Муза на Парнасе. Интересные истории». Копирование и распространение материалов, а также любое их использование без разрешения автора запрещено. Также запрещено и коммерческое использование данных материалов. Авторские права на все произведения подтверждены платформой проза.ру.