Слово couturier в смысле модельер, дизайнер, портной или швей подойдет, чтобы рассказать об удивительной странице в истории барнаульского андерграунда.
Вы помните свои первые джинсы? Для тех, кому сегодня 25 лет, трудно ответить на этот вопрос. Современную молодёжь с трёх лет родители наряжают в джинсы как в обычную удобную одежду. У тех, кто родился в 1960-х, джинсы появлялись осознанно.
Иногда я заявляю, что СССР развалился из-за того, что власть не смогла наладить производство или закупку джинсовых штанов. Предположим, что в 1985 году средняя зарплата была 100 рублей, а сегодня — 100 000 рублей. Вы готовы заплатить за джинсы месячную зарплату? А в то время вариантов почти не было. И магазинов не было. То есть нельзя было зайти в торговый центр и купить джинсы. Отдельные мистические события случались, но это эпизоды из фантастических рассказов. Например, как на какой-то советской фабрике пошили штаны из хорошей ткани. Для тех, кто понимает в джинсах, очень важно качество, эксклюзивность ткани, кроя, отделки: клёпки, замок, строчка, лейбл и то, как тряпка красится. Если вы в этом ничего не понимаете, для вас всё равно важно, чтобы это были удобные штаны.
А тогда джинсы были критерием свободы. Все джинсы в СССР завозили контрабандой. Чтобы купить джинсы, нужно было поехать на барахолку. Это огромный нелегальный базар в чистом поле, на пустыре, где граждане продавали дефицит, в первую очередь модную одежду, которой не было в магазинах. О барахолке можно написать роман. Как некоторые молодые люди покупали дефицит в 9 утра, а в 11 продавали дороже на 100%. Для этого нужно было иметь талант и коммерческое чутьё.
Все хотели джинсы, и партийная идеология, утверждавшая, что эти синие штаны — одежда врага, не помогала, а только раздражала. Руководители страны были очень далеки от понимания детей и внуков. Брежневу в 1980 было 74 года, Путину в этом году будет столько же.
Итак, джинсы в 1985 году — символ свободы и параллельного коммунистической идеологии существования. Комсомольское собрание осуждает джинсы, но половина аудитории в джинсах, а вторая мечтает их купить.
Я помню свои первые джинсы. Мне было 8 лет. Это был джинсовый костюм из ГДР (смотрите фото). Эти джинсы я не осознал. А в 13-14 лет мне достались новые индийские джинсы Milton’s, но они были бежевого, а не синего цвета. Это было круто, но я хотел индиго. Как у меня появились нормальные джинсы, я не помню, потому что потом была череда волшебных приключений.
Если государство не способно решить проблему, её решают в домашних условиях, и по всей стране появились подпольные цеха, производящие поддельные джинсы. Они тоже были дефицитом, и достать их было непросто. В 1983 или 84 году в Барнауле прогремело уголовное дело — известному в узких кругах предпринимателю дали большой срок за изготовление джинсовой одежды. Фамилию я забыл, но Тим напомнит. Другие вынесли из этого урок и пошли другим путём.
Что творилось в 85–88 годах в Барнауле в сфере лёгкой промышленности! В городе был Дом моды и Дом моделей. Кажется, это были две разные организации, начал формироваться круг профессиональных манекенщиц. Помню наши заходы на показы и дальнейшие приключения с этими красивыми девушками. И в этой ситуации тотального дефицита появляется Тим. Дмитрий Воронин — высокий блондин в красивой одежде, с золотыми руками, тонким вкусом и знанием мировой моды. Внимание: ему 19 лет. Он не просто звезда тусовки, он художник, способный за 4 часа сделать точную копию «Levis 505», которую с трудом отличит специалист, а с трёх метров на красивой девичьей попе это неотличимо. Как настоящий художник, он придумывает собственные модели, знает все современные тенденции в нитках, отстрочках, видах карманов, заклёпках и «чекухах», которые сам рисует и печатает на коже. Это высокий уровень. Тим создал свой бренд.
Если Тим по всем лекалам — модный дом, то Андрон — свободный художник.
Вторым великим художником-модельером в Барнауле становится Андрей Латыпов, широко известный как Андрон.
Я о нём написал отдельно. Он глыба андерграунда. Ссылка.
Андрон — другой художник, у него свой стиль. Творчество утончённого эстета Тима и панк-культура Андрона не пересекаются, но парни остаются друзьями.
В начале 90-х Тим выходит на большие объёмы и с партнёрами открывает предприятие, поставляющее в торговые точки джинсовые штаны и куртки. Это был хорошего качества массмаркет, помимо этого он шьёт уникальные модели для московского бомонда. В какой-то момент Тим много шьёт из кожи — в его коллекции есть любая одежда, от кожаных платьев, и брюк до курток и пальто. Он делает полноценную джинсовую коллекцию и двадцать лет живёт в Москве. Он прошёл все этапы художника-модельера — от домашнего рукоделия до тиражей на азиатских фабриках.
Тим — это икона альтернативного джинсового стиля. Я изнашивал его разные изделия, потому что в какой-то момент был дилером его марки. Иногда наглел и продавал штаны в магазине «Российский текстиль» или успевал впарить пару штанов на площадке между этажами в ЦУМе.
Помимо Тима и Андрона, нужно вспомнить Силакову. Прости, Света, ты будешь под девичьей фамилией. Фантастически красивая девушка с умением носить одежду и шить. В 1985 или 86 году она шила себе даже джинсовую обувь. У Силаковой был свой взгляд на моду, свой стиль. Её одежда была по-настоящему женственной, не приторно девчачьей, а реально достойной высокого подиума. Силакова — высокий профессионал и до сих пор производит интересную одежду, специализируясь на артистических костюмах. Потому что она тоже художник, а не швейная фабрика.
Одежда от Тима и Андрона не затерялась в миллиарде джинсовых изделий, рухнувших на развалившийся Советский Союз в 90-х годах. Огромное количество магазинов, автолавок, базарных ларьков продавали сотни миллионов изделий. Но я не рассказываю о массовых изделиях.
Одежда от Тима и Андрона — это искусство, художественное творчество. Иметь их вещь — уникальная возможность. Чтобы купить штаны от этих модельеров, нужно встать в очередь.
Они смогли вписаться в новое время, сохранить творческий подход к своему делу и остаться художниками. При этом Тим — интересный поэт, крупный специалист в музыкальной технике, знаток музыки и просто дорогой друг. Андрон — звезда панк-культуры.
Это два главных героя мира высокой моды советско-российского андерграунда.
Если бы министры СССР дали 19-летнему Тиму в 1985 году швейную фабрику и километры джинсовой ткани, они бы сохранили СССР. И в этой шутке есть доля правды.
Книга по ссылке:
Благодарю, что дочитали. Пожалуйста, поставьте «нравится» или оставьте комментарий. Подпишитесь, если это не противоречит вашим принципам. Обратите внимание - под текстом появилась кнопка «Поддержать».