Представьте себе лес в самом сердце ноябрьской ночи. Не тот уютный осенний лес с золотыми листьями, а поздний, чёрный лес.
Деревья голые, как кости, пронзают низкое свинцовое небо. Воздух холодный, сырой, пахнет прелой листвой, грибной сыростью и чем-то ещё — медвежьей шерстью и мёдом, забродившим в дупле.
Под ногами не хрустит хворост, потому что земля покрыта толстым ковром мха, впитывающего каждый звук.
Вы идете, и чувствуете на себе тяжелый, умный взгляд из чащобы. Это не взгляд волка — тот смотрит голодно и прямо.
Это взгляд того, кто знает. Кто видел, как рождаются и умирают реки, как каменеют горы. Он не нападет.
Он просто наблюдает. И от этого становится не по себе, но и… спокойно. Потому что он — хозяин. Он — Велес.
Бог, которого не приглашали на пиры к другим богам, но без которого не начинался ни один серьёзный разговор с миром.
Велеса не изображали на самых почетных местах. Его идол — бородатый мужчина с рогом изобилия — стоял не на холме, где Перун и Даждьбог, а внизу.
На торжище — среди криков купцов, запахов кожи и пряностей. На границе села — где пахнет дымом и навозом.
На лесной опушке — где кончается мир людей и начинается мир непознанного. Велес — бог порогов.
Божественной черты, за которой всё становится другим. И чтобы понять его, надо забыть о стройных рядах греческих богов на Олимпе.
Славянский пантеон — не пирамида, а круг, где у каждого своё место в великом колесе года. И Велес в этом круге — самая тёмная, самая глубокая и самая важная точка.
Имя, которое произносят шепотом. Кто ты такой, Волос?
Само его имя — уже загадка и магия. Велес и Волос. Два имени, как две стороны одной монеты, отчеканенной в подземной кузнице.
- Велес — имя власти, величия, воли. От него идут слова «велий» (великий), «власть», «велеть». Это имя бога-повелителя, но повелителя не над людьми, а над силами. Над той незримой, тягучей силой, что заставляет траву пробивать асфальт, медведя ворочаться во сне в берлоге, а душу умершего — искать путь в Навь. Когда произносили «Велес», голос становился тише, а спина выпрямлялась — из уважения и легкого страха.
- Волос — имя близкое, почти домашнее, но оттого не менее сильное. Это шерсть, волос, волна, влага. Имя связи со всем живым, пушистым, растущим. «Волхв» — служитель Волоса, тот, кто понимает язык этой шерсти и этих волн. «Волосатый» — значит, сильный, природный, наделенный дикой мощью. А ещё это имя скотьего бога. «Скот» в древности — не только коровы и овцы. Это богатство, имущество, сила рода. «Иметь скота» означало «быть состоятельным». Волос был хранителем этого благополучия, его земным воплощением.
Получается парадокс: Велес — великий незримый властитель. Волос — косматый хозяин каждой овцы в стаде.
Одно без другого не работает. Не может быть истинной власти без связи с земным, с шерстью, с потом. И не может быть настоящего богатства без покровительства великой, тёмной силы из-за границы мира.
Три лика одного бога. Медведь, змей и старец
Если Перун — это ясный удар молнии, то Велес — это тень от грозовой тучи, длинная, меняющая форму и бесконечно глубокая. Он проявляется в трёх главных ипостасях, которые пугали и завораживали наших предков.
Велес медвежий владыка (зверь)
Представьте: лесной царь в прямом смысле.
Не благородный олень, а медведь — «бер» (отсюда «берлога» — логово бера), «хозяин», «дедушка».
Для славянина медведь был не просто зверем. Он был почти человеком в звериной шкуре.
Он ходит на двух лапах, его след похож на человеческий, он умён, любит мёд (дар богов) и… умеет «умирать» на зиму и «воскресать» весной.
Эта его способность впадать в зимний сон, похожий на смерть, а потом выходить из берлоги отощавшим, но живым, делала его живым символом цикла смерти и возрождения, над которым властвовал Велес.
Ритуал: осенью, когда медведь уходил в берлогу, ему «завязывали лапы» — символически, соломой или нитками, чтобы крепче спал.
А весной, услышав первый рёв «хозяина», праздновали пробуждение природы.
Считалось, что сам Велес просыпается и начинает гнать зиму прочь. Медвежья лапа («скотья нога») была мощнейшим оберегом. Её вешали в хлеву, чтобы Велес охранял скот, клали в колыбель, чтобы дал младенцу силу зверя.
Велес змеиный мудрец (гад)
А теперь представьте другую картину. Топи, болота. Вода, чёрная, как чай, покрытая ряской.
И из неё поднимается огромный чешуйчатый змей. Не злой, как в христианских легендах.
Древний, мудрый, холодный. Змей в мифологии всех народов — страж подземных богатств, знаний, источников жизни. Он связан с водой, а вода — с миром предков (Навью).
Велес в этом обличье — бог подземного мира, хранитель душ и скрытых знаний.
Змей никогда не нападает первым. Он лишь стережёт. Чтобы получить его мудрость (или сокровище), нужно договориться. Принести дар. Проявить уважение.
Отсюда связь Велеса с волхвами, кудесниками, знахарями.
Они были его жрецами. Их знание трав, заговоров, звёзд и погоды — это знание, украденное (или подаренное) у самого Змея, у тёмных вод подсознания мира. Волхв не молился яркому солнцу.
Он шептался с тенью, вслушивался в шум дождя и шорох листьев, и в этом шорохе слышал голос Велеса.
Велес старый странник (человек)
И, наконец, третий образ. Вы идёте зимней дорогой. Вьюга.
Вдруг из белого марева возникает фигура: высокий старик в длинной, поношенной власянице, с посохом из корявого дерева.
Лица не разглядеть под капюшоном. Он молча кивает и идёт рядом.
Он не говорит, но с его появлением вьюга словно стихает, а в груди появляется странное спокойствие.
Вы доходите до развилки, оборачиваетесь — а его уже нет. Только на снегу рядом с вашими следами — широкий след медвежьей лапы.
Это — Велес-странник, Велес-путник. Бог дорог, но не лёгких летних троп, а зимних, опасных путей, переходов, торговли.
Он покровительствовал купцам («гостям»), которые рисковали, пересекая границы племён, везя с собой не только товар, но и новости, знания, технологии.
Он же был проводником душ в загробный мир. Его посох — не опора, а жезл, отмеряющий границы между мирами. К
упцы клялись не золотом и не Перуном, а Волосом. «Идти на Волос» — значило заключать договор, скреплённый высшей силой, которую не посмеет нарушить ни одна сторона.
Его словесный образ — седой, мудрый старец с бычьей головой или с рогом изобилия — это уже позднее, оседлое воплощение бога-дарителя богатства.
Эти три лика сливаются в один устрашающий и прекрасный образ: бог, который одновременно и в берлоге (в земле), и в воде (под землёй), и на дороге (между мирами). Он — сама пограничность.
Велес и Перун. История великой драки и великой дружбы
Самая известная легенда о Велесе — это его вечный спор и вечное единство с Перуном. Это не борьба добра и зла. Это космический цикл, залог жизни мира.
Велес — хитрый, по-змеиному мудрый — похищает нечто у Перуна. Чаще всего — его скотину (небесные стада туч), жену или детей. Он уводит их в свой подземный мир, в Навь.
Перун — ярый, горячий бог-воин, громовержец — впадает в ярость. Он пускается в погоню. Начинается великая битва. Перун мечет молнии, раскалывает дубы.
Велес обращается в змея, медведя, убегает, прячется. В конце концов, Перун побеждает, прогоняет Велеса, выбивает из него искры (или воду), и возвращает похищенное.
Казалось бы, Перун — герой, Велес — злодей. Но всё с точностью до наоборот. Без этого похищения мир бы умер.
- Что такое «скотина Перуна»? Это дождевые тучи, грозовые облака. Летом они на небе (в мире Яви, Прави). Но чтобы был дождь, тучи должны «умереть» — пролиться на землю, уйти в почву, в подземные воды (мир Нави). Велес, как бог подземный, «похищает» тучи, уводит их в свои владения.
- Битва — это гроза. Молнии Перуна бьют в землю (в царство Велеса), пытаясь освободить воду.
- Итог: Велес, побеждённый, выпускает воду на свободу. Идёт дождь. Земля напивается. Растения растут. Скот (уже земной) сыт. Перун вернул жизнь, но только потому, что Велес сначала её забрал и сохранил.
Это история о цикле воды, о смерти и возрождении природы. Велес — необходимый участник процесса.
Он — хранитель жизненной силы, когда она в скрытом, «мёртвом» состоянии (зима, засуха). Перун — её освободитель и активатор (весна, гроза).
Они вечные противники и вечные союзники. Один не существует без другого. Поэтому идолы Перуна ставили на холме, а идолы Велеса — у подножия, у воды.
Они смотрели друг на друга через весь мир, поддерживая его равновесие.
Праздники Велеса. Когда тёмный бог выходит к людям
У Велеса не было одного большого, яркого праздника вроде Ивана Купалы.
Его время — это «сумерки» года, переходные, часто самые трудные периоды. Когда нужно было заручиться поддержкой тёмного владыки, чтобы выжить.
Великое Велесово Зимнее (Комоедицы — позднее Масленица)
Самый важный момент. Конец февраля — начало марта. Зима ещё держит в мёртвой хватке, но где-то в глубине уже шевелится жизнь.
В это время Велес, по преданию, сбрасывает с себя зимнюю шкуру (или поворачивается на другой бок в берлоге).
Праздник был шумным, почти бесшабашным. Пекли «комы» — первые жаворонки из теста (позже — блины, символ солнца, которое вот-вот победит), но отдавали их сначала медведю — первому съесть кусок бросали в лес.
Сжигали чучело Зимы (Марены), но понимали, что она уходит в царство Велеса, чтобы потом возродиться.
Это был праздник надежды, основанной не на пустом оптимизме, а на знании тёмного закона циклов. Мы провожаем зиму, потому что знаем: Велес её уже «проглатывает», чтобы потом отдать силу весне.
Велесовы Дни (Волосовые бороды) — 24 февраля
Более тихий, хозяйственный праздник. Крестьяне приносили «бороду Велесу» — оставляли в поле несжатый последний пучок колосьев.
Это был дар богу, чтобы он сохранил силу земли до следующего года, «придержал» её в своём подземном царстве.
Этим же пучком потом кормили скот на зимовье, чтобы Велес-Волос охранял животных.
День Волха-Велеса (примерно 14 июля)
Летний праздник, когда силы Велеса проявлялись в волхвах и знахарях. Считалось, что в это время трава набирает полную силу, а граница между мирами истончается.
Знахари ходили собирать травы, шепча особые заговоры — обращаясь напрямую к «дедушке Велесу», чтобы он дал травам целебную мощь. Это было время тайного знания, магии, договоров с природой.
Осенние Велесовы Ночи (конец октября — начало ноября)
Самый мистический и пугающий период. Граница между миром живых (Явь) и миром мёртвых (Навь) распахивалась.
Велес, как владыка Нави, выпускал души предков погостить. Но вместе с ними могли выйти и тёмные сущности.
Люди накрывали обильные столы (тризны), оставляли еду предкам, но сами боялись выходить ночью.
Это время поминовения, страха и уважения к той силе, что управляет самым великим таинством — смертью. Позже этот праздник наложился на христианские Дмитриевскую субботу и Хеллоуин.