Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Не только нефть: кто выиграет от конфликта на Ближнем Востоке

Обострение ситуации на Ближнем Востоке традиционно приводит к росту цен на нефть. Но влияние текущего конфликта не ограничивается этим рынком. Если фокусироваться только на газе и черном золоте, можно упустить все остальное. В современном мире конфликты влияют также на рынки драгоценных металлов, стоимость валюты, логистические маршруты, оборонный сектор, продовольственную безопасность. Напряженность вокруг Ирана создает волатильность, которая одновременно угрожает и открывает возможности для инвестора. Начнем с очевидного. Нефть — явный бенефициар, а также все страны и компании, связанные с ней. ОПЕК сообщает о том, что добыча черного золота резко снизилась. В марте это минус 7,7 млн баррелей в сутки. Просела также и переработка. Сейчас показатели на минимуме с 2020 года. Что же касается цены, то она держится в районе 100$. При существенном ухудшении ситуации мы можем увидеть цифры и в 200$ за баррель. Такой вариант выглядит жестким, но уже очевидно, что противостояние США с Ираном мо
Оглавление

Обострение ситуации на Ближнем Востоке традиционно приводит к росту цен на нефть. Но влияние текущего конфликта не ограничивается этим рынком. Если фокусироваться только на газе и черном золоте, можно упустить все остальное. В современном мире конфликты влияют также на рынки драгоценных металлов, стоимость валюты, логистические маршруты, оборонный сектор, продовольственную безопасность.

Напряженность вокруг Ирана создает волатильность, которая одновременно угрожает и открывает возможности для инвестора.

Кто в явном плюсе

Начнем с очевидного. Нефть — явный бенефициар, а также все страны и компании, связанные с ней. ОПЕК сообщает о том, что добыча черного золота резко снизилась. В марте это минус 7,7 млн баррелей в сутки. Просела также и переработка. Сейчас показатели на минимуме с 2020 года.

Что же касается цены, то она держится в районе 100$. При существенном ухудшении ситуации мы можем увидеть цифры и в 200$ за баррель. Такой вариант выглядит жестким, но уже очевидно, что противостояние США с Ираном может пойти по любому пути.

На фоне конфликта подорожали металлы, электроэнергетика, продовольствие, удобрения. Рынок алюминия явно теряет объемы. После атаки пострадал один из крупнейших производителей на Ближнем Востоке. Блокировка пролива повлияла и на рынок гелия, который нужен для производства чипов. В связи с этим Россия ограничила его вывоз за пределы ЕАЭС до конца 2027 года.

Если рассматривать отдельные страны, то выигрывают те, у кого есть нефть, газ и металлы. По логике Россия явно в плюсе. В марте страна заработала около $19 млрд, а это почти вдвое больше, чем месяцем ранее. Причина понятна — цены на нефть.

МВФ даже повысил прогноз по росту российской экономики на ближайшие два года. Прогноз по росту ВВП в 2026 году улучшился с 0,8% до 1,1%. А вот в 2027-м году темпы роста останутся такими же — на уровне 1,1%.

Рост цен на сырье — это не всегда хорошо для экономики

Да, наш дефицитный бюджет пополнился дополнительными доходами, но конечный потребитель в итоге почувствует только одно — увеличение цен если не на все, то на многое, а это, в свою очередь, натолкнет ЦБ на мысль притормозить со снижением ключевой ставки.

Но даже несмотря на рост нефтяных цен, наш фондовый рынок выглядит слабовато. Уверенной положительной динамики, которой все так ждут, пока не наблюдается. На индекс МосБиржи сейчас давит по-прежнему крепкий рубль, инфляционные ожидания, пессимизм по поводу ставки и тот факт, что всерьез обсуждается вопрос налога на сверхприбыль.

Меньше всего в данной ситуации повезло европейским странам, которые энергетически зависимы от других государств. Здесь стремительно дорожает топливо, логистика, а с ней и цены на другие товары и услуги. Страны этого региона могут совершить вынужденный переход к зеленой энергетике.

А если продовольственный кризис

Уже очевидно, что конфликт между США и Ираном вышел за рамки регионального противостояния. Удары по объектам ядерной программы, ответные атаки на американские базы в регионе, блокада Ормузского пролива — все это привело к эффекту домино.

Важно понимать, что на цене энергоресурсов завязано слишком много отраслей. Поэтому дорожает не только нефтегаз. Текущие события затронули огромное количество отраслей, в том числе, связанных с производством продуктов питания. Ближний Восток — не ключевой производитель продовольствия, но критически важный транзитный узел и регион массового импорта. Военные действия нарушают поставки, разрушают инфраструктуру портов.

Производство продовольствия зависит от доступности удобрений. Нарушилось производство карбамида (мочевины), а это самое распространенное азотное удобрение. Из-за нехватки газа сокращают объемы производства и компании из Южной Азии, которые работают в этой сфере.

Дефицит удобрений ударит по урожаю через 3-6 месяцев. В северном полушарии сейчас как раз сезон посева, и появляются сигналы о том, что урожай риса в этом году может оказаться ниже ожидаемого. Это значит только одно — цены вырастут. Еще в марте из-за конфликта на Ближнем Востоке на мировых рынках прилично подорожала российская пшеница. В плюсе и производители сахара, который также растет в цене.

На этом фоне мы уже сейчас видим, что наметилась тенденция к усилению протекционизма. Государства и дальше будут все больше закрываться, вводить ограничения на экспорт. «На коне» ресурсные страны, остальным же придется непросто.

Стоит сказать и про топливный кризис. Авиабилеты подорожали, а туроператоры фиксируют рост доплат по сборам. По оценке Российского союза туриндустрии (РСТ), цена на международные перелеты уже прибавила на 5000-15 000 рублей на человека.

Как поступать инвестору

Нефть подорожала, но вместе с тем растет интерес и к другим энергетическим ресурсам. Текущий кризис может стать толчком к развитию атомной энергетики. Это означает, что подтянутся все вторичные отрасли: металлы, уран, переработка отходов. Плюс свой толчок к развитию получит и зеленая энергетика. В условиях дефицита газа и нефти других вариантов у некоторых стран попросту не остается.

С точки зрения инвестиций в фондовый рынок, понятно, что стоит ориентироваться на бумаги компаний нефтегазового сектора. Но здесь не все эмитенты одинаковы. Включаем инвестиционный анализ и оцениваем риски.

Если государство и экспортеры в нынешней ситуации явно выигрывают, то конечный потребитель, как всегда, теряет. Импортные товары, которые шли к нам через Ормузский пролив, уже прибавили в цене 5-10%. Это коснулось автозапчастей, электроники, фруктов и орехов. Дорожает сырье для производства удобрений.

Учитывая все эти факторы, увеличиваем долю антиинфляционных активов. Рост цен уже имеет место, и это явно не предел, если конфликт затянется. На текущий момент Россия закупает около 70% промышленных товаров и 20% продовольствия. Даже, если ситуация придет в норму в самое ближайшее время, потребуется время для возврата к старым цепочкам поставок.

Общая ситуация в мире кризисная.Однако именно в такие периоды инвесторов на рынке становится больше: в 2019-ом их было 3,9 млн человек, а сейчас уже более 40 млн. Нет смысла ждать «стабильности» или «дна». История повторяется снова и снова, а каждый кризис рождает оправдания для бездействия. Конфликт на Ближнем Востоке — не исключение. Риски абсолютно реальны, но есть инструменты, которые актуальны здесь и сейчас.

Материал не является финансовой или инвестиционной рекомендацией.

Как думаете, затронет ли нас продовольственный кризис?

✅ Больше полезной информации в телеграм-канале Vesperfin

✅ Ставьте лайк, если было полезно!

Наши контакты:

👉 Сайт школы Vesperfin

👉 Мы Вконтакте